Сувенир 47

Как я и думала, в замок мы попали через площадку для летательных аппаратов. Посредине стен, башен и переходов обнаружилось целое поле, над которым, как рой пчёл, сновали десятки флайеров. Одни присаживались, чтобы быстро выпустить своих пассажиров и снова взмыть в воздух, за ними тут же опускались другие. Наша машина влилась в этот поток, повинуясь каким-то указаниям местного диспетчера, и тоже закружила над двором, дожидаясь разрешения на посадку.
- Какой огромный замок, - проговорила я, разглядывая разворачивающуюся под нами панораму. – Император живёт здесь, Альдор?
- Нет, конечно. Это слишком большое и старое сооружение, его используют только для официальных приёмов или балов. У императора есть ещё пять дворцов в разных частях Мирассы, меньшего размера, но куда более удобных и современных. А это – Цитадель, выстроенная тогда, когда считалось, что нужно защищаться от нападения извне.
- А кто мог напасть на Мирассу? – удивилась я. – Ведь уже давным-давно мир, и Рубеж надёжно защищает границы Содружества.
- Ну, поскольку это было сразу после войны, тогда ситуация была другой, вторжение считалось возможным, поэтому и дворец построили больше похожий на крепость, чем на дом. Но нет худа без добра, он и сейчас приносит пользу.
По-видимому, пришла наша очередь, потому что флайер вдруг изменил направление и начал быстро снижаться. Не прошло и минуты, как мы ступили на каменные плиты внутреннего двора крепости Лемира Грасса. Вблизи замок казался ещё больше, огромные башни подавляли, заставляя чувствовать себя мелким насекомым, попавшим в мир гигантов.
- Скорее, скорее, нас уже ждут! – заторопился Альдор, подхватывая под руку жену, которая явно собиралась остаться около стратега. – Нам вон к тому входу!
Он махнул в сторону одной из стрельчатых арок, которые по периметру окружали площадку. Видимо, заодно, они служили дверями. Задерживаться, и вправду, не стоило, потому что со всех сторон в нас бил ветер от садящихся и поднимающихся летательных аппаратов, а плиты под ногами ощутимо вибрировали.
Добравшись до указанной арки, отмеченной длинным языком лилового бархата, мы увидели тёмный узкий проход, около которого внезапно материализовались несколько фигур, закутанных с головы до ног во что-то ярко-синее. На головах у них были тюрбаны, наподобие Альдорового, только намного меньше, и безо всяких украшений. Вместо масок таинственные личности закрывали лица кусками лёгкой ткани, позволявшей видеть только глаза.
- Мы – личные гости императора, - сообщил им наш гид и указал рукой в перчатке на своего тестя. – Господин Скросс…
Одна из фигур шагнула ближе к столпу предпринимательства, и мы все дружно ахнули: нагнувшись к самой груди папаши Линны, незнакомец медленно выпрямился, чуть не проведя своей тряпочкой по самой маске визнес-крокорауса. Создавалось полное впечатление, что он его обнюхал!
Надо отдать должное выдержке Скросса, - он даже не шелохнулся, а вот у его жены вырвался невольный возглас.
- Не бойтесь, это же гвардейцы… Так они запоминают гостей, - пояснил Альдор.
- П-по запаху, что ли? – уточнила я, с трудом удерживаясь, чтобы не отскочить подальше. Человек, ведущий себя, как собака… это было странно. Да чего там! Это было просто жутко! Тем более, что ни один из гвардейцев не произнёс ни слова. Они только стояли и смотрели на нас.
- Ну, в том числе, и по запаху, - снисходительно ответил мне аристократ и продолжил представление. – Госпожа Скросс…
Сцена с обнюхиванием повторилась, только с той разницей, что мать Линны всё-таки отступила на полшага. Гвардеец ничего не сказал и на это, а попросту шагнул за нею следом, закончив процедуру на том же самом расстоянии.
- Госпожа Кальтари… Господин Валлегони… Госпожа Вайберс…
Когда синяя фигура повернулась ко мне, я попятилась. Хотя и видела весь ритуал «запоминания», и понимала, что ничего он не сделает, инстинктивный страх, который внушал гвардеец, контролировать было очень сложно. Мне на помощь, как обычно, пришёл Эдор. Положив руку на плечо, он заставил меня стоять спокойно, пока этот… непонятно кто, изучал мой запах. Вблизи, даже сквозь закрывавшую лицо ткань, было видно, что пропорции этого самого лица явно нарушены. На месте носа обрисовывался какой-то бугор, слишком широкий и большой для обычного органа. И глаза… Невольно взглянув в них, я примёрзла к месту: они были совершенно нечеловеческими! Большие, тусклые, очень тёмные, словно зрачок и радужка сливались вместе, и почти без ресниц. Я мгновенно представила себе, что могло скрываться под тканью, и содрогнулась. Императорские гвардейцы были сущими уродами!
«А что ты хочешь? – тут же одёрнула я себя. – Это не наш мир, это Мирасса… Тут уже пятьсот лет действуют совершенно другие законы».
Когда нас, наконец, пропустили, и мы стали спускаться по узкой длинной лестнице, я спросила Альдора:
- А кто они, эти гвардейцы?
- Как кто? Разумеется, стража императора, - ответил он.
- Но они… не люди? – уточнила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
- Ну, скажем, не совсем, - ответил мирассец не слишком охотно. – В основе своей, люди, но… модифицированные.
- То есть, их подвергли генной мутации? – продолжала допытываться я.
Вограны знают почему, но я никак не могла остановиться. Возможно, дело было в моих чувствах, которые я испытала при виде людей-псов.
- Да, скорее всего, - коротко ответил Альдор.
- А вы знаете, что законы Содружества запрещают изменение генома человка?
- Дорогая Тэш, я знаю, что ваше общество подвержено множеству запретов и предрассудков. Но мы-то не в Содржестве! Мы на Мирассе, и у нас есть свой взгляд на некоторые вещи, в том числе, на генетику. Так, пришли… Нам сюда.
Мирассец открыл какую-то небольшую дверь, и мы совершенно внезапно, прямо из мрачного тёмного прохода, вошли в ярко освещённый зал, в котором играла музыка, множество людей в карнавальных костюмах расхаживали туда-сюда, стояли и танцевали. Словом, мы оказались прямо посреди бала.
Я почувствовала, как кто-то сжал мою руку: рядом возник стратег.
- Тише, Тэш, тише, - тихо сказал он мне на ухо, - а то мне придётся опять взахлёб целоваться с тобой, а для этого ещё надо найти подходящее помещение… Успокойся, это же планета, на которой Вограны знают сколько лет работали лучшие генетики моего времени. Неужели ты думаешь, что они здесь зря ели хлеб? Я уверен, что Грасс вытянул из них всё, что мог. Поэтому постарайся не удивляться так и, главное, не падай в обморок. Хорошо?
Я просто кивнула, потому что говорить пока не хотелось. Ну, действительно, стоило сложить два и два, и становилось понятно, что Эдор прав. С чего, спрашивается, я решила, что генетические эксперименты на Мирассе закончились созданием идеальных сексуальных рабов, если ещё пятьсот лет назад вовсю муссировались идеи создания идеальных поваров, пилотов и врачей? Вон, рядом со мной шёл идеальный стратег… По-видимому, мои собственные взгляды заставляли меня быть слепой. Мне казалось, что столь страшные преступления, как те, что совершил Грасс, должны были ужасать и его самого, он тоже должен был понимать, что из величайшего героя стал величайшим преступником… А если нет? Если ничего подобного он не понимал?
Тогда… Тогда у меня были все шансы обнаружить, что низость человеческой природы может быть куда глубже, чем я думала. Эдор тысячу раз прав: надо взять себя в руки и перестать шарахаться от всего непривычного. Это Мирасса, Тэш, это Мирасса…
Тем временем, мы успели пройти первый небольшой зал и попали в следующий, гораздо большего размера, и с гораздо большими толпами людей. Прямо у дверей нас остановил ярко-зелёный человек, костюм которого чем-то напоминал древнюю одежду прислуги аристократов. Слегка поклонившись, он сказал звучным, низким голосом, странно контрастировавшим с его маской, застывшей в дурацкой ухмылке:
- Рад приветствовать вас, господа. Разрешите вручить вам программу вечера… - и он ловко раздал нам небольшие безделушки, напоминающие брелоки для ключей. – Прошу вас обратить особое внимание на время Торжественного шествия, и расписание обязательных танцев. Если у вас возникнут какие-то вопросы, обращайтесь к вашим гвардейцам… Приятного отдыха!
Человек отступил в сторону, давая нам возможность пройти дальше.
- О каких это «наших» гвардейцах он говорил? – спросила я Альдора.
Рука стратега предостерегающе сжала мою.
- Тех, что прикреплены к нам на этот вечер, - коротко пояснил зять господина Скросса.
- И когда же их успели… прикрепить к нам? – не отставала я.
- Прямо на входе в замок. Тэш, не надо беспокоиться. Вы не увидите и не услышите их до самого конца бала, если вам вдруг не понадобится их помощь. Вот если что-то случится - тогда зовите их.
- Как?
- Очень просто. Скажите вслух: мне нужна помощь.
Совершенно неожиданно после этих слов слева от нас выросла фигура в ярко-синем, заставив меня шарахнуться в сторону. Альдор отрицательно покачал головой, и гвардеец отступил назад, а потом словно растворился в воздухе!
- Вот, видите? – поучающе заметил муж моей дорогой подруги. – Всё элементарно…
Я судорожно сглотнула. Как хотите, но появляющиеся из ниоткуда гвардейцы заставляли меня нервничать куда больше, чем гипотетические неприятности, в которые я могла попасть!
- Тэ-эш… - предостерегающе прошептал мне на ухо стратег, и я стиснула зубы. Вограны с ними, с этими страшилищами. Главное, чтоб не выскакивали вот так, внезапно…
Мы шли по краю длинного зала, в центре которого старательно выделывали сложные фигуры около сотни человек в причудливых одинаковых костюмах. Присмотревшись, я подняла, что это не гости, а какие-то артисты, специально приглашённые для увеселения публики, и отвернулась. Развлекаться хотелось всё меньше. Скроссы и Кальтари, по-видимому, не столь чувствительные, как я, вовсю обсуждали программу вечера, сравнивая что-то в своих брелочках. Мачо демонстративно указал мне на мою финтифлюшку, и я покорно нажала на единственную кнопку.
Безделушка тут же посветлела и начала выдавать запланированные увеселения, иногда весело попискивая и подсвечивая некоторые пункты, вероятно, особенно интересные. Я пробежалась глазами по списку и закручинилась: программа была рассчитана на отсюда и до самого утра, а я уже знала, что покинуть императорский маскарад раньше времени можно только по оч-чень уважительной причине. Вограны их побери, всю ночь не спать…
Поскольку мне было глубоко безразлично, куда пойти, наша компания последовала за Кальтари, целенаправленно двинувшимся куда-то в дальний конец зала. Там обнаружились с десяток подъёмных устройств, на вид ровесников замка, но, возможно, только прикидывавшихся таковыми: вниз они ухнули не хуже самых современных скоростных лифтов! Всего через несколько минут мы были, судя по пояснениям, глубоко под замком, где, оказывается, имелась гигантская пещера, в которой проводилась часть мероприятий, причём, наиболее интересная, по уверениям Альдора.
Пещера, действительно, выглядела внушительно: огромное пространство, придавленное довольно низкими каменными сводами, местами явно подправленное людьми. Примерно в центре потолок неожиданно вздымался вверх метров на пятнадцать, и без сомнения имел рукотворный вид. Там и сям были хаотично разбросаны группы камней и обломков скал, декорированные под столы, скамьи и стулья. Прямо под куполом возвышалась сцена, на которой как раз рассаживалась группа людей в масках, с музыкальными инструментами в руках.
- В этой пещере совершенно уникальная акустика, - вещал Альдор, ведя нас за собой. – Вот здесь, рядом с музыкантами, вы будете слышать только их, а если отойдёте туда, - он махнул рукой в сторону, где тоже собралась небольшая кучка гостей, - то уже не услышите концерт, но будете слышать голоса артистов. И так устроено в нескольких точках, где расположены места для выступлений.
- А там что? – спросила Лавиния, указывая в дальнюю часть пещеры, терявшуюся в темноте.
- Там находится Большая лестница, на которой будет проходить Торжественный выход императора и часть танцев, - ответил зять господина Скросса. – Видите, как всё удобно, нам не придётся бежать в спешке сверху на церемонию, наоборот, мы займём самые удобные места, и всё увидим. А пока, давайте послушаем музыку, на императорские балы приглашают только лучших музыкантов.
Никто ничего против не имел, так что мы пристроились к группе разряженных кавалеров и дам, ожидавших начала концерта. Он начался вскоре, и приятно удивил меня: исполнители не пользовались никакими современными инструментами, но при этом звук был великолепным, качество исполнения – тоже, так что я получила массу удовольствия. Единственным минусом было то, что никаких стульев для слушателей не предполагалось, все стояли вокруг, причём, как я заметила, многие гости, послушав одно-два произведения, уходили дальше, и только самый стойкие меломаны, вроде нас, продолжали стойко сносить все неудобства.
Под конец концерта я начала зябнуть: в пещере было довольно прохладно и как-то сыро, что ли, словно она сообщалась с морем. На мой вопрос Альдор, наш неизменный гид, сообщил, что да, пещера, действительно, сообщалась с морем, более того, когда-то она полностью находилась под водой, но в процессе строительства замка её осушили и изолировали. Аристократ пригласил нас посмотреть на прозрачную перегородку, которая отделяла теперь внутреннее пространство пещеры от моря. Альдор уверял, что это незабываемое зрелище.
Так он и было: мы прошли по извилистому, но широкому коридору, и внезапно обнаружили, что стоим перед гигантской стеной воды. Зеленовато-лазурная толща подсвечивалась снизу сильными прожекторами, создавая иллюзию яркого полдня, хотя там, наверху, уже была ночь. В электрическом свете плавали стайки ярких мирасских рыбок, расцвечивая великолепный цвет воды золотыми и серебряными блёстками. Зрелище было фантастическим!
- А она… надёжная? – осторожно поинтересовалась Лавиния, подходя ближе к светящейся стене.
- Конечно, - уверенно ответил аристократ, подтягивая к себе за руку жену, попытавшуюся незаметно подобраться поближе к Эдору. – За её состоянием следят императорские инженеры, так что можете не волноваться, она не рухнет случайно.
- Разве что её специально обрушат, - пробормотал стратег себе под нос, но так, чтоб мы с Лавинией услышали.
Я невольно вздрогнула. Специально утопить несколько сотен людей? Зачем?!
И тут же напомнила себе: это Мирасса, здесь возможно, что угодно…
Налюбовавшись на прозрачную стену, которая впечатлила даже надежду нашей экономики, мы пошли обратно, тем более, что наступало время того самого Торжественного выхода императора, и мне очень хотелось посмотреть хоть одним глазком на нынешнего преемника Лемира Грасса.
В пещере оказалось уже масса народу, так что нам пришлось слегка поработать локтями, пробираясь в первый ряд. Впрочем, никто не возмущался нашей наглостью, из чего я сделала вывод, что на Мирассе вперёд лезли только те, кто имел на это право. Что ж, возможно, это было не так уж и плохо.
Толпы аристократов выстроились двумя рядами вдоль внезапно засветившихся линий на полу, видимо, обозначавших границы дозволенного для зрителей. Ещё несколько минут слышались покашливания, шорох, шарканье, негромкие голоса, а потом свет внезапно стал ярче, осветилась тёмная часть пещеры и я ахнула: там обнаружилась поистине гигантская лестница, на которой свободно поместились бы, например, три наших лесных домика в ряд!
В отличие от почти необработанной поверхности стен, ступени были не просто идеально вырезаны из местного голубого камня, но и отшлифованы до блеска. Подъём не был ни велик, ни крут, наоборот, - лестница была очень пологой, так что, вероятно, подниматься или спускаться по ней было очень удобно. На самом верху, на узкой площадке находилось одно большое, изумительно украшенное кресло. Порывшись в памяти, я вспомнила, как оно называлось: трон.
А, примерно, на метр ниже верхней была устроена ещё одна площадка, более широкая, уходящая куда-то за пределы каменного зала. Вот оттуда-то и полился людской поток! Под торжественные звуки труб на лестницу начали выходить люди в одноцветных костюмах и одинаковых масках. Они шли двумя колоннами, не перемешиваясь, так что казалось – вниз стекает полотно, раскрашенное клетками серо-голубого, жёлтого, зелёного, кремового цветов… А люди всё шли и шли.
Первые шеренги достигли подножия лестницы и торжественно двинулись дальше, между рядами зрителей, только теперь они, скорее, вытанцовывали, то приостанавливаясь, то поворачиваясь друг к другу, то раскланиваясь. Пока я наблюдала за этим фантасмагорическим зрелищем, Эдор внезапно сильно сжал мне руку, привлекая внимание.
- Тэш, нас зовут, - сказал он, кивнув в сторону. За его плечом стояла ярко-синяя закутанная фигура, от вида которой меня непроизвольно передёрнуло. Лавиния передвинулась ближе ко мне и тоже взяла за руку.
- Нам пора на встречу к императору, - продолжал стратег, - так что вы пока останетесь одни. Но не беспокойтесь, мы вас потом найдём, главное, не бегайте по дворцу вверх-вниз, хорошо? Лучше оставайтесь здесь, но если будут проблемы – звоните, я вифон выключать не буду, и, надеюсь, отбирать его тоже не станут…
- Но как же, - удивилась я. – Ведь император должен быть сейчас тут, как же вы встретитесь?!
- Не знаю, возможно, нас проведут заранее, а он только покажется и тут же уйдёт… Неважно. Главное, будьте здесь, хорошо?
Я послушно закивала головой, хотя сердце частило, как сумасшедшее.
Мужчины растворились в толпе, Линна проводила их долгим взглядом. Ну, или по крайней мере, мне так показалось.
Шествие продолжалось, теперь мимо нас шли оранжевые, синие и золотисто-коричневые люди в носатых масках. Но мне было вовсе не до них, в голове крутились мысли о том, что произойдёт на этой встрече, Вограны её побери… Я не обращала внимание на происходящее, пока музыка не стихла, и какой-то придворный в золотом костюме не вышел на площадку, ту, что пониже императорского кресла. Стукнув посохом, который он держал в руке, глашатай закричал:
- Приветствуем Его императорское величество, единовластного правителя Мирассы, хранителя Цитадели и хозяина Ковчега, Робера Пятнадцатого!!
Я ошарашенно захлопала глазами, пытаясь разглядеть это самое величество, но трон оставался пустым. Тем не менее, человек в золотом, ничуть не смущаясь отсутствием самодержца, отступил в сторону и низко поклонился пустому креслу. Следом за ним, под шорох и шуршание, присели или склонили головы все, кто собрались перед лестницей. С опозданием, но я тоже присела в церемониальном реверансе, продолжая таращиться по сторонам. Может, этот император, Плорад его сожри, стоял где-нибудь в стороне, и наблюдал за поклонами?..
Выдержав положенные по этикету десять секунд, вся масса снова зашуршала, распрямляясь, а золотой человек, встав прямо, стукнув посохом и завопил:
- Приветствуем Его императорское высочество, наследника единовластного правителя Мирассы, Наима Великолепного!!
Процедура повторилась, но и наследник не пожелал явиться народу, так что я не удержалась и пробормотала:
- Вот интересно… Какой смысл кланяться пустому креслу?..
Стоящий рядом мужчина, в чёрно-фиолетовом маскарадном костюме и богато разукрашенной маске, внезапно повернулся ко мне и сказал негромко:
- Каждый обряд имеет смысл. В данном случае, мы приветствуем всё-таки императора, а не кресло, и он знает об этом. Как и мы.
Я удивилась, но ответила:
- Так не проще было бы высказать ему приветствие как-то по-другому? Ну, или дождаться его прихода, хотя бы… А то ни его, ни наследника.
- Возможно, вы ошибаетесь, и кто-то из правящей семьи здесь всё-таки есть, - возразил незнакомец. – Просто император и его сын присутствуют на таких балах инкогнито, и чтобы не раскрывать его, придумали вот такой обряд. Почтение всё-таки высказывается, но и тайна сохраняется.
Я пожала плечами.
- Не мне судить чужие обряды.
Мужчина склонил голову набок.
- Если позволите, я бы предположил, что вы – приезжая?
- Да, - согласилась я. – Это так заметно?
- Пожалуй, да. Особенно, когда вы начинаете говорить.
- О… Ну, тогда, пожалуй, мне стоит помолчать.
- Нет, я совсем не имел в виду, что вы говорите что-то неправильное, - запротестовал незнакомец. – Просто ваши мысли, восприятие, слова, - они выдают в вас чужестранку. Но тем интереснее… Вам понравился бал?
Я с жаром уверила его, что да, мой собеседник рассмеялся, и между нами завязалась лёгкая, совершенно светская беседа. Через пару минут я представила господину Вайолету (так он назвался, заявив, что на маскараде используются только фальшивые имена) своих спутниц, поименовав их госпожой Бьянкой (Линну), госпожой Руди (Лавинию) и госпожой Голд (жену Скросса). Мне же псевдоним придумал сам собеседник, предложив имя Верда. Я согласилась, - почему бы и нет? Хоть кастрюлей назовите, главное, не ставьте на плиту.
Вайолет поинтересовался, на какие танцы мы записаны. Сверившись со своими брелоками, мы, все трое, оповестили его о своих планах, и тут он огорошил меня, заявив, что помесь полонеза и шобби, которую я изо всех сил учила, вот-вот начнётся. Я запаниковала: Эдора не было, а вставать в пару с кем-то, кого я не знала, было страшновато. Словно почувствовав мою растерянность, новый знакомый предложил стать моим партнёром, и мне пришлось согласиться, потому что когда вернётся стратег, было неизвестно, а других танцев я не учила!
Вайолет, как настоящий кавалер, довёл меня до двух рядов танцоров и даже поместил туда, куда было нужно, встал напротив, и танец начался. Я тут же постаралась выкинуть из головы всё лишнее. На удивление, это оказалось не так трудно, потому что стратег, благослови его Всевидящий, вбил в меня движения настолько прочно, что тело двигалось чуть ли не само. Я автоматически кружилась, двигалась назад, вперёд, удивляясь, что страх совершенно прошёл.
Мой неожиданный партнёр оказался прекрасным танцором, впрочем, ничего другого от местного аристократа я и не ожидала. Удивительным было другое: он похвалил и меня, сказав, что нечасто у него бывали в этом танце столько замечательные партнёрши. Льстил, конечно, но это был чистый бальзам на моё самолюбие, пораненное вечными насмешками Эдора.
Когда танец закончился, мы шли, болтая непринуждённо, как старые знакомые, к моим спутницам. Вдруг я, неловко ступив на выбоину в полу, подвернула ногу и остановилась.
- Что случилось, Верда? – тут же спросил новый знакомец, подхватывая меня под локоть.
- Ничего страшного, оступилась… - ответила я, осторожно пробуя, не повредила ли связки.
- Ах, ну это ничего… Я подумал, не привиделся ли вам призрак русалки, - усмехнулся Вайолет. – Говорят, иногда его видят здесь…
- Какой призрак русалки? – насторожилась я.
- Страшный, - таинственным голосом ответил мой собеседник. – Разве вы не слышали легенду о погибших русалках?
Я просто физически почувствовала, как кровь начала отливать от щёк. Легенду – не легенду, но кое-что о гибели местных русалок я слышала… Вопрос, что имел в виду Вайолет?
- Рассказывают, что когда-то, очень давно, ещё до прибытия людей на Мирассу, тут произошло настоящее побоище! – продолжал он. - Тогда в морях жили существа, похожие на людей, но с рыбьими хвостами. На Земле их назвали бы русалками.
- Вот как? – пробормотала я. – И что же с ними случилось?
- Однажды целое племя подводных жителей заплыло во время сильного шторма в эту пещеру, не зная о её свойстве усиливать звуки до невыносимой громкости. Они хотели спрятаться, но плеск и шорохи, издаваемые ими, стали так сильны, что русалки от страха сошли с ума. Они стали биться об стены и потолок, не понимая, что делают, и погибли.
- Все? – спросила я, чувствуя, как замораживает горло.
- Да, абсолютно все! Вот такой казус… Дикие существа не смогли понять, с чем столкнулись, но мы, люди смогли обуздать силы природы… Верда! Верда, что с вами?!.
И больше я ничего не слышала.

Как потом мне объяснили, это был обыкновенный обморок, сложилось вместе то, что я нервничала, долго стояла, да ещё голод (я и вправду забыла поесть перед балом), и вот – я свалилась прямо на руки Вайолету посреди пещеры! Видимо, накаркал Эдор…
Впрочем, надо отдать мирассцу должное, он ничуть не растерялся: тут же вызвал гвардейцев, успокоил моих спутниц и отнёс меня в одну из специальных комнат, где как раз можно было отдохнуть и поесть. Я пришла в себя буквально минут через пять, и обнаружила, что лежу на диванчике, уже без маски и с ослабленной шнуровкой на платье. Рядом сидела встревоженная Лавиния, это чувствовалось, даже несмотря на маску. А на стуле примостился Вайолет, что характерно – без маски. Собственно, то, что это именно Вайолет я определила только по его костюму.
Он оказался моложе, чем я думала, с довольно приятным, чуть вытянутым лицом, черноволосый и темноглазый. Во взгляде было напряжение и некоторая доля вины.
- Простите, что напугал вас, - сказал он с раскаянием. – Но мне и в голову не приходило, что вы так отреагируете на какую-то старую легенду!
Я тут же вспомнила его рассказ, и меня немедленно замутило. Видимо, это отразилось на лице, потому что мирассец тут же встревожился и взял меня за руку, нащупывая пульс. Подержал, потом отпустил и сказал:
- Похоже, ничего серьёзного, просто слабость… Голова кружится?
- Да, немного, - вяло ответила я. – Но это ничего, сейчас всё пройдёт…
- Конечно, пройдёт, как только вы поедите, - подтвердил он. – Не вставайте, я сейчас закажу что-нибудь сюда. Дамы, я могу что-нибудь предложить вам? – галантно обратился он к Линне и её матери, которые мялись у дверей, словно подумывая, как бы незаметно сбежать.
«Дамы» тут же приободрились, начали обсуждать меню, а Лавиния решительно потянула с лица маску.
- Уф, - сказала она, бросая её куда-то мне за спину. – Как надоела мне эта штука – не передать!
Я только улыбнулась. Несмотря на многочасовое хождение с хитрым сооружением на голове, подруга была прекрасна. Растрёпана, немного бледна, но всё-таки прекрасна. Что и подтвердил Вайолет, который, достигнув консенсуса с Линной и госпожой Скросс, обернулся к нам с каким-то вопросом, но, увидев лицо златовласки, осёкся на полуслове и замолчал. Лавиния отвела глаза в сторону и принялась вертеть в пальцах свой брелок. Госпожа Скросс отчётливо фыркнула, видимо, от всей души осудив подобное нарушение этикета.
Я вспомнила о фобии подруги насчёт мужчин, и перевела огонь на себя, спросив у обалдевшего Вайолета, нельзя ли попросить какого-нибудь бульона. Спохватившись, он тут же развил бурную деятельность, заказывая еду по своему вифону. Потом позвонил куда-то и сообщил, что он в комнате пять-семьдесят девять, затем попросил кого-то предупредить, где искать нас, и принялся устраивать всех вокруг стола, ненавязчиво выбрав себе место напротив Лавинии, которая упорно смотрела вниз, как будто всё самое интересное происходило именно там.
Нас снабдили закусками, бульоном, напитками, даже чем-то вроде одеял, в которые закутались все, кроме самого Вайолета, которому, похоже, холод был нипочём. Госпожа Скросс, поколебавшись, рискнула тоже снять маску, как и Линна, а я подумала, что голод – великая уравнивающая сила, никакой этикет не удержит голодного человека…
Мы сидели, поглощая принесённые вкусности и мирно беседуя, когда распахнулась дверь, и в комнату буквально ворвался Эдор. Постояв секунду в дверях, он одним быстрым движение снял маску и двинулся ко мне, но внезапно остановился и… склонился в глубоком поклоне.
Мы молча таращились на мачо все положенные по этикету секунды, пока он не выпрямился и вежливо сказал:
- Приветствую вас, Ваше императорское высочество… А мы ждали вас там, в столовой.

Опубликовано: 31.07.2015

Автор: Марлона Брандеска

ЗАЖГИ ЗВЕЗДУ!

Зажги звезду (уже зажгли 54 человек)
Загрузка...

 

« предыдущаяследующая »


На плюшки музам и на хостинг сайту:
(указывайте свой емайл!)


Яндекс.Деньгами
Банковской картой

Не будь жабой! Покорми музу автора комментарием!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Чтобы вставить цитату с этой страницы,
выделите её и нажмите на эту строку.

*

Музу автора уже покормили 10 человек:

  1. Чему быть,того не миновать! Лавиния встретила своего принца , которого ей Тэш напророчила! Здорово! Оченно интересно, но что-то будет и страшно удивительное! Спасибо.

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  2. Вот это интрига! Спасибо!

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  3. охрана устрашающая, а принцу, похоже, понравилась наша девочка :-), может он ее судьба? Спасибо!!

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  4. Какой интересный поворот) неужто наследник запал на Лавинию)Спасибо автору за его творчество:-) жду с нетерпением продолжение )

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  5. Спасибо! Как же это мило !!! Неожиданно!!! Я прям ощущаю ,будущие приключения впереди…..буду стойко ждать продолжения…..

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  6. Спасибо!

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  7. Вот это да-а-а-а!!!

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  8. Вот это поворот!)))

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  9. Какая прелесть :)

    Оцени комментарий: Thumb up 0