Оазис 6

АРЬЕ:
Я максимально старалась себя развеселить и развлечь. Пустыня это что? Это хорошо, даже интересно. Особенно интересно стало ближе к полудню. Температура критически поднималась, а песок под ногами расползался. И поскольку Оазиса на горизонте не наблюдалось, я решила все же устроить привал. Сначала перекусила, хотя есть не хотелось. Выпила воды из волшебной фляги за здоровье Леди Каллины Калли. А потом, привалившись спиной к огромной глыбе обсидиана и укрывшись с головой плащом, решила вкусить плоды культуры и достала книгу, одобренную папой. Она называлась Фискальдууз Бульзи Аак 'Стихи. Поэмы. Басни'. Открыла произвольно и начала читать.
Стихотворение называлось 'Стыдливый принц'.
Стыдливый принц, накинув пеньюар на плечи,
Пошел в купальню охладить свой стан
Он шел легко, был тихий вечер
Закат кроваво умирал от ран.
Из складок пеньюара выползая,
Принц ножкой трогал гладь воды
Тепло ушло, настала ночь седая
Она пришла в сопровождении звезды.
Рывками водоем пересекая,
Принц выдохся и захотел уйти,
Но звезды и луна с небес сияя,
Напомнили ему в себя придти.
Стыдливый принц был наг, а пеньюар далече
Рванулся он к нему, чтобы наготу прикрыть
Но ироничная Луна с небес мерцала,
Мешая принцу из купальни выходить.
Он встретил утро, рук и ног не чуя
Луна ушла, принц выполз на песок
Сил не было одеться, но врачуя
Нахально солнце трогало лучом висок...

ЛЕЛЬМААЛАТ:
Мы с Кольдранааком держали Тульчинизза в четыре руки, чтобы он ни в коем случае не спровоцировал ситуацию взаимного выбора. Потому что, во-первых, он уже опоздал, и сейчас бежать к наставницам было глупо. Во-вторых, по моему мнению, Саграда получит непередаваемое удовольствие и от процесса состязаний, а в ее умениях я не сомневался, и от возможности произвести на Туля хорошее впечатление. Ну и, в-третьих, по мнению Кольдранаака, чем сложнее Великой Княгине будет в борьбе за сердце Туля, тем больше она его будет ценить, и, возможно, это даже позволит ему избежать традиционной судьбы дагайрских мужей. Вот мы и остались ночевать в его башне.
Коль приготовил нам успокоительный настой по собственному рецепту, оправдывая свои великолепные оценки по домоводству. Без этого настоя Тульчинизз вряд ли самостоятельно смог бы заснуть в эту ночь, переживая равно как за уже произошедшее в виде странных сегодняшних смотрин, так и за еще не наступившее, в виде испытаний, которые наставницы назначили на завтра.
Наставницы пошли навстречу пожеланию Великой Княгини, и отменили проверку волшебства в качестве отдельного испытания. Однако она должна была продемонстрировать свой волшебный дар во время оставшихся трех. Первым испытанием был бой. Женщинам дозволялось выбирать выступать только перед наставницами, или перед воспитанниками тоже. Княгиня Саграда, видимо, была не из стеснительных, поэтому нам разрешили присутствовать.
Если в Оазис Саграда явилась во всем великолепии, сверкающих доспехах и на боевом коне, то на испытания оделась более чем просто. Что ж, мне это даже понравилось. По-настоящему женственно, сосредоточиться на деле, а не на том, как ты выглядишь!
Первым испытанием стал бой. Поскольку Великая княгиня собиралась использовать волшебство, то в качестве партнера ей поставили не воительницу из гвардии, а магически созданного фантома. Который был быстр, точен и красив. Воспитанники, для которых были предусмотрены трибуны, получали истинное удовольствие. Развлечений такого рода, а уж тем более с применением волшебства в Оазисе было мало. Колдовали тут только волшебницы Оазиса, основной функцией которых было поддержание магической завесы, проверка дара испытуемых и потенциальная защита Оазиса от магических атак. Ну а воспитанников, понятное дело, никто и ничему не учил.
Фантом напоминал двуного зверя, он был массивнее Саграды и вряд ли слабее. Потому что одним из первых ударов своей шипастой дубиной он глубоко взрыл песок в том месте, где за секунду до этого стояла она. Саграда же начала с того, что активировала свою косу. Мы в обалдении смотрели, как волосы мгновенно расплелись и разделились на несколько тонких жгутов. Пока было непонятно, зачем ей это надо, но по тому, как уверенно она держалась, можно было предположить, что она знает, что делает. В руках у Саграды был меч из тхарской стали. И я невольно залюбовался ее четкими движениями, когда она кружа обходила фантома гася самые немыслимые его атаки. Скорость боя была нереальной. Воспитанники уже практически не дышали, пытаясь уследить за тем, что происходит. Тульчинизз сильно волновался, хотя было понятно, что волшебницы Оазиса много трудов положили на то, чтобы поддерживать фантома в боеготовности, но серьезно вредить Великой Княгине вряд ли будут. Хотя, судя по тому, что происходило на поляне, помощь ей и не требовалась... Все закончилось быстро. Едва оказавшись у фантома за спиной, волосы жгуты крепко зафиксировали его, а меч Саграды прижался прямо к его животу, готовый вспороть в любой момент.
- Довольно! - Наблюдающая Дартмаат подняла руку, волшебницы восприняли это как сигнал к действию и фантом исчез. - Мы видели достаточно! Кто-нибудь из наставниц будет оспаривать то, что Великая Княгиня прошла испытания?
Все наставницы промолчали. Тогда Дартмаат обратилась к Саграде.
- Мы благодарим Вас за великолепное зрелище. Следующее испытание-танец состоится здесь же через час. Вы можете свободно передвигаться по Оазису, отдохнуть и перекусить. Но мы убедительно просим Вас не опаздывать. То же самое касается воспитанников, которые пожелают присутствовать. - И она обвела тяжелым взглядом наши ряды.
Естественно все явились во время.
Танец Саграда выбрала военный тхарский. Я бы удивился, если было бы по-другому. Он был одиночным, но исполнялся в полном боевом облачении и с оружием. Доспехи на Великой Княгине были похлеще, чем пески Дагайры. Сияли так, что было больно глазам. Но Саграда, словно почувствовав неудобство зрителей одним мановением руки скрыла сияние и поудобнее перехватила меч в правой руке. В левой у нее была длинная цепь с утончающимися к концу цепи звеньями.
Танец начался с того, что она эту цепь вокруг себя раскрутила так, что большинство зрителей явно стали сомневаться необходимости меча. Я, испытывающий преклонение перед танцами, замер в священном трепете стараясь уловить каждое движение. Напротив, среди наставниц сидела Каваат, которая впилась в Княгиню не менее пытливым взглядом. Аккомпанемент обеспечивали барабанщики Оазиса. Они были специально натренированы, чтобы улавливать малейшее изменение ритма танцующей и умели тонко чувствовать момент кульминации, когда равномерные удары и отточенные движения становились единым целым.
Танец Саграды захватывал. Казалось удивительным, что такая молоденькая девушка умеет так танцевать. Она была подвижна и пластична, и при этом еще и не забывала вплетать в свои движения магию. Уже несколько раз цепь в ее руке и ее коса закручивались в спираль и меч, немыслимым образом оказывающийся внутри, разделял их надвое. То вдруг Саграда втыкала меч в песок, наматывала вокруг него цепь и как будто летела, держась за нее, по поляне. Ее движения становились то быстрее, то медленнее, но вдруг она, замерев на мгновенье, подхватила летящую цепь кончиком косы, распластала ее мечом на отдельные звенья, потом проведя рукой соединила, в то время как ее волосы расплетаясь закрывали сверкающим золотистым дождем чуть подрагивающую от напряжения спину.
Среди наставниц и зрителей царила полная тишина. Кольдранаак был захвачен зрелищем, но его взгляд был скорее любопытен, а что касается Тульчинизза, то он был просто в восторге. Для него больше никого не существовало. Однако наставницы привлекли внимание воспитанников своим вердиктом. Который также был в пользу Саграды. Никто и не думал сомневаться.

АРЬЕ:
Нет! Ну, кто бы мог подумать! После дневки под обсидианом, я опять встречала ночь, окрыленная надеждой хотя бы под утро принять ванну. И что за дурацкая идея измерять расстояние временем?! Пол дня пути, пол дня пути! Сутки уже прошли, а Оазиса все не видать. Неужели заблудилась? С моими талантами это вполне возможно. Правда, папа предупреждал, что волшебницы Дагайры позаботились о случайных путниках, и в результате их трудов промахнуться мимо Оазиса было невозможно, тем более, что магическую завесу я уже пересекла. Оставалась только мысль о том, что они ее просто подальше отодвинули. Интересно только для чего? Захватывают новые территории песка, или расширяют свои прогулочные угодья? Что-то мне подсказывало, что любителей забредать подальше в пустыню с целью любования здешними красотами немного... А на ближайшие двадцать барханов по округе я одна... В итоге я решила положиться на свои силы и магию волшебниц, в конце-концов паниковать действительно рано. Фактически я совершила только один ночной переход. Ну, может, просто шла медленно и не дошла. Значит, сегодня ночью дойду.
Я приняла к сведению совет папы наcчет одежды, и когда до рассвета оставалось часа два, а я сделала вывод о том, что скоро Оазис - переоделась. В шедевр Лорда Лукки. Чтобы привлечь внимание тех, кто утро встречает на балконе. Вдруг и правда, такие есть.
Зря.
Тащиться ночью по пустыне уже надоело, а дурацкая синяя рубаха, подаренная Лордом Луккой натирала своей все до чего могла дотянуться, даже через нижнее белье! Вот честно, за такие экспериментальные модели я бы сняла его с должности Министра Моды и развлечений, если бы назначила. И его вышивальщиков распустила бы за то, что не подумали намекнуть ему, что алмазами нельзя вышивать. Промучившись, некоторое время я решила все-таки переодеться обратно и достала из сумки старую любимую тренировочную рубаху. Она была достаточно плотной, но в то же время мягкой. Настроение после этого сильно поднялось. А потом опять пришло утро.

ЛЕЛЬМААЛАТ:
Испытание по стихосложению проходило там же еще через полчаса. Наставницы настоятельно советовали Великой Княгине передохнуть и предлагали провести стихосложение во второй половине дня, когда будет не так жарко. Но она не согласилась. Я ее понимал. Потому что чувствовал ее настрой. Сделать то зачем приехала, во что бы то ни стало.
Для испытания стихосложения Саграда выбрала поэму на тхарском языке. Чтение сопровождалось оттенком заклинаний так, чтобы даже те, кто не знал языка, могли уловить ее эмоции: грусть, надежду и радость встречи. Потому что это была поэма о ее жизни в поисках большой любви. Я украдкой наблюдал за Тульчиниззом, а он, закрыв глаза, внимал. Я был уверен, что он не сильно вслушивается в сами стихи, потому что он был более чем равнодушен к поэзии, а пытается уловить проблески ее дара, каким-то своим внутренним чутьем. Мне поэма понравилась, Кольдранааку тоже.
Разумеется, тхарский язык мы знали, также как и аэртский. Харитские наречия у нас не преподавали, потому что по законам Харитты государственными считались все языки, включая дагайрский. Им вообще был чужд официоз. И благодаря их вольным нравам даже договорные отношения чаще всего даже не фиксировались на бумаге. Это, конечно, претило гордым воительницам Дагайры, поэтому наше государство подписало с Хариттой только два более-менее значимых соглашения, которые для самой Харитты были принципиальными. А там же, где Харитта была лицом незаинтересованным, она предпочитала держаться от нас подальше, именно потому что слишком отличались подходы к теме доверия.
Знание языков было издержкой нашего образования, точнее дань традиции, потому что никто из правящих женщин Дагайры даже не могу помыслить о том, чтобы мы стали играть ведущие роли в международной политике или все скопом отправились бы жить в другое государство. Визиты же женщин из Аэрты или Тхара в поисках мужа были редки, и мало у кого из них хватало денег, чтобы оплатить миргас за дракона из благородного сектора.
Естественно никто из наставниц не стал оспаривать результаты Саграды по испытанию стихосложения. Всем было понятно, что и это она умеет.

АРЬЕ:
Я никогда не была суеверной, но в песках Дагайры поверила в миражи. Особенно после того, как солнце все-таки приложило меня рукоятью своего луча в висок и стыдливый принц начал мне призывно махать с каждого бархана полотенцем.
Путешествие осложнялось еще и тем, что ближе к полудню, даже если у меня еще были силы передвигаться, приходилось устраивать привал, потому что сияние кварцевого песка становилось нестерпимым. Во время бдения под очередным черным камнем я маялась от скуки, потому что читать книгу не было желания, да и спать на пике здешней жары было проблематично. Отсыпалась я ближе к вечеру. А днем валялась и думала о драконах. Точнее о том, которого увезу с собой в качестве мужа. Наверное, после всех испытаний, что выпали на мою долю благодаря тому, что он сюда забрался, я его даже буду любить. Потому что всегда ценишь то, за что приходится побороться.
К началу очередной ночи мне уже было совершенно все равно, как я буду выглядеть. Количество чистых рубашек, несмотря на охлаждающий тело плащ, неуклонно уменьшалось. Теперь я жалела, что пропустила слова леди Каллины на тему того, что из бутылки можно только напиться. Пустыня казалось бескрайней и недружелюбной. Я редко когда бывала настолько одна. Я уже даже начала подозревать волшебниц Дагайры в удивительной прозорливости. Они, наверное, узнав, что я хочу их обмануть и сократить путь до Оазиса, решили мне предоставить возможность поплутать по этим пескам.

ЛЕЛЬМААЛАТ:
С испытаний воспитанники расходились ошеломленные и задумчивые. Саграду увели наставницы. Насколько я понял, она не собиралась задерживаться в Оазисе, поэтому стремилась как можно быстрее покончить со всеми формальностями.
Кольдранаак первым из нас озвучил то, что происходит:
- Туль завтра с утра уедет.
Мы тоже это осознали. Все происходило слишком быстро. Приезд Великой Княгини, смотрины, испытания и... И все... Наш друг уезжает в Тхар.
Конечно, мы были за него рады. Даже Коль при всей его романтичности не пожелал бы Тульчиниззу лучшей доли. Вряд ли это любовь с первого взгляда, но то, что их души стремятся навстречу друг другу, думаю, было заметно для всех. Наставницы втайне гордились. Во всяком случае, во время испытаний я не один раз ловил их взгляды, обращенные к Тульчиниззу. Потому что нас воспитывали так чтобы отдать все помыслы той женщине, которая обратит на нас внимание, а Тульчинизз в уроках обольщения и повиновения не сильно преуспел. Слишком странный, слишком серьезный, слишком принципиальный. Думаю, они вообще не верили, что какой-нибудь женщине удастся его раскачать... А Саграда смогла... Любопытно.
Ночь мы провели у Кольдранаака. Не могли наговориться напоследок. Тульчинизз был возбужден и все никак не мог решить, что же ему взять с собой, а Коль, по доброте душевной пытался подобрать ему достойный гардероб и украшения, чтобы в Тхаре было не стыдно во время представления ко двору. Но и то и другое было просто способом отвлечься. Поэтому я взял ситуацию в свои руки и предложил пойти на крышу, чтобы в последний раз вместе насладиться глубокой дагайрской ночью и встретить рассвет. Мы не могли спать. Эта ночь была единственным, что у нас осталось на троих.
Почти полная луна, взирающая на нас с небес своим холодным и мудрым ликом, нас умиротворила. Было легко и спокойно. Как будто все шло, так как надо. Мне лично давно не было так хорошо. Друзья тоже чувствовали нечто подобное. Неугомонный Коль попытался облечь это все в слова:
- Почему-то получается, что когда что-то теряешь, так и хочется сразу этим насладиться.
- Это ты сейчас обо мне? - Лукаво улыбнулся Туль.
- Это я в целом о нашей дружбе. Мы долго готовились принять свою судьбу, а сейчас мне грустно, потому что в нашем детстве тоже было много хорошего.
- Ну же! Коль! Не грусти! - Туль перевернулся на спину и уставился в звездное небо. - Кто тебе сказал, что мой отъезд - конец нашей дружбы?
- Но никто не знает, что с нами случится дальше...
- А хотите, я вам расскажу? - спросил я. Мне было настолько хорошо с друзьями, что я хотел продлить эти минуты.
Друзья заинтересованно взглянули на меня.
- О! - сказал Коль. - Похоже, у Леля открылся дар предвидения!
- Эээ... Ну, не совсем, но мне почему-то кажется, что очень многое в наших руках. Пример Тульчинизза очень заразителен.
- Ну не знаю, - с сомнением сказал Туль, - я же сам ничего не сделал...
- Знаешь, по-моему, ты верил. Пусть и неосознанно. Вот оно и случилось. И это наводит меня на мысль, что если в глубине души чего-то очень сильно хотеть, то оно получится.
- Да! - с энтузиазмом подтвердил Коль. - Лель, я принимаю твою теорию, тем более, что она не расходится с моими представлениями о счастье.
- Так вот, у Тульчинизза уже все хорошо, и я думаю, что в Тхаре ему понравится. Во всяком случае, это уж точно интересно, тем более с такой девушкой. Ты, Коль, наверняка, сможешь произвести впечатление на какую-нибудь достойную воительницу и станешь ее любимым мужем, ума и находчивости у тебя на это хватит. А я... Я встану у штурвала!
- В общем, - подвел итоги Коль, - сейчас у нас есть время, чтобы окунуться в приключения, а через некоторое время, если верить предсказаниям Лельмаалата, мы обязательно встретимся и будем делиться опытом счастливой жизни.
Мечты...
Но я был рад, что наша последняя ночь втроем завершилась на такой ноте. Она подарила нам надежду и веру в собственные силы.
А с утра Саграда с Тульчиниззом покидали Оазис Курмула. Она легко вскочила в седло перед ним. Тхарские боевые кони выносливы, даже двойная ноша им нипочем. Почти все воспитанники нашего сектора высыпали проводить Туля. Многие нарядились, потому что тешили себя надеждой произвести напоследок впечатление на Великую Княгиню, может она свою сестру в Оазис пришлет... Но нам с Колем было, естественно, не до нарядов. Мы расставались с нашим другом впервые за тринадцать лет. Ведь мальчики, оказавшиеся в Оазисе Курмула не могли его покидать, кроме как с будущей женой. И мы настолько привыкли находиться все время вместе, что нам было трудно осознавать, что наша жизнь изменилась. Утешало одно... Ну, во всяком случае, это утешало Кольдранаака, что мы вошли в возраст мужей, и вряд ли задержимся здесь надолго.
Мы с Колем не пошли вместе со всеми к воротам. Оттуда не было возможности долго следить за мощной рысью коня, увозившего нашего друга, а провожали его с балкона башни Коля, который всем своим фасадом смотрел на Тхар. Было утро, поэтому песок Аззо сиял терпимо, что позволило нам долго вглядываться в горизонт, ловя последние очертания нашего беззаботного прошлого.
Вдруг я почувствовал холодный укол в плечо. Дождь?! Протянул вперед руку ладонью вверх. Под жаркими лучами дагайрского солнца на моей ладони таяла снежинка...

АРЬЕ:
Усталости как таковой почти не было, все-таки уроки у Воительницы Анджин не прошли даром. Я не была сильной, но выносливости мне было не занимать. Так что с моим запасом воды я могла бы шляться по этой пустыне бесконечно долго, единственное, что мне не нравилось, так это все явственнее ощущаемая бесцельность путешествия, уже хотелось бы куда-нибудь придти.
Наконец, когда я уже почти потеряла надежду, я увидела впереди темное скопление деревьев и строений. Тут же взбодрившись, хотя до этого чуть не падала от усталости, я потащилась к Оазису.
Мой путь меня привел, видимо, к стене одной из башен, она была на ощупь остро-шершавая и я, попытавшись ее обойти, уперлась в забор. Пройдя в другую сторону наткнулась на то же препятствие. Тащиться на периметру Оазиса и в темноте искать ворота не было никакого желания. Устала. Поэтому я решительно скинула плащ, постелила его на песке, улеглась, взбила сумку рукой, укрылась полой плаща и немного поворочавшись, устраиваясь поудобнее, заснула.

ЛЕЛЬМААЛАТ:
В тот вечер мы с Колем разошлись рано. После бессонной ночи на нормальное общение сил не было, и даже информацию о том, что Саграда активировала магию Туля, мы обсудили как-то вяло. Так же попрощались. Я пошел в свою башню, быстро ополоснулся и без сил повалился на постель. Но выспаться мне не дали.
Я проснулся от того, что под окном башни раздавались какие-то не совсем типичные звуки. Легко соскользнув с постели, я натянул штаны и безрукавку и осторожно вышел на балкон. Страха не было. Иногда к стенам Оазиса приходили дикие звери. Антилопы или какая-то мелочь, вроде сусликов. Я их не боялся, но и знакомиться с ними поближе не спешил. Прикормишь, потом так и будут шастать.
Но это был не зверь. Внизу прямо под моим балконом кто-то ходил. В темноте я отчетливо видел голубоватый свет магического фонарика. Человек прошел в одну сторону и уперся в забор. Немного пошатал его и, убедившись в тщетности попыток, пошел в другую сторону. Там он столкнулся с той же проблемой. Постоял минуты три задумавшись, а потом огонек фонарика заколыхался, как будто человек перекладывал его из одной руки в другую. Очевидно, так оно и было. Потому что я увидел, как он снял с себя плащ и начал деловито расправлять его на песке прямо под моим балконом. Я стоял наверху и боялся дышать. Что будет, если он меня заметит? Да и вообще, кто это такой? Пришедших в Оазис путников пускали, у нас даже своя гостиница была. А этот? Почему он под стеной ночует? Пошел бы к воротам, ему бы наверняка открыли.
Я осторожно свесил голову вниз. Человек уже лежал на плаще и пытался пристроить под голову какой-то темный предмет, наверное, сумку. Еще с минуту повозившись внизу, незнакомец потушил фонарик. Судя по поведению, он решил тут спать.
Я все еще стоял на балконе, не зная, что делать. Потом все-таки решил вернуться в постель. Откинувшись на подушки и накрывшись легкой простынкой, я честно пытался уснуть. Но не получалось. Близкое соседство незнакомца и мое любопытство с ним связанное гнали все мои легкие сны прочь. Наконец я принял решение.
Неслышно встал, подошел к своему бюро, и из верхнего ящика достал веревку, которую сам сплел. Она была одной из первых моем списке снаряжения для побега. Благодаря ей я часто совершал вылазки в пустыню, хотя делать там было абсолютно нечего. Тем более ночью. Но я упорно тренировался. И вот сейчас, по моим прикидкам, мои умения и навыки могли пригодиться.
Я закрепил веревку и сбросил ее с балкона с другой стороны от спящего. Постоял немного, прислушался. Было тихо. Лично я слышал только удары моего собственного сердца. Поэтому я неслышно скользнул вниз.
Чтобы спуститься мне потребовалась минута, я легко соскочил на песок и прижался к стене. Незнакомец по-прежнему спокойно спал. 'Вот принесла нелегкая!' - подумал я, - 'сам спит, а я тут лазаю'. Я подошел к нему и осторожно откинул уголок плаща. Передо мной лежала девушка.
Пару минут я просто на нее смотрел, пытаясь сообразить, что она тут делает и что делать мне. А потом решил, что спать с такой соседкой под окном некомфортно, поэтому от нетипичности ситуации не слишком соображая, что я творю, подхватил ее на руки и осторожно перенес под пустующую башню Тульчинизза. Она даже не проснулась. Возвращаясь к себе, я себя похвалил. Поскольку только сейчас осознал, что испугался того, что она запомнит мою башню, а потом спасет...

АРЬЕ:
Я проснулась, когда солнце уже начало припекать. Огляделась. Я лежала на песке возле высокой башни. Башня была приятного цвета зелени, от которого я уже даже успела отвыкнуть пока блуждала по этим дурацким пескам. Я легонько потрогала стену, она была мягкой на ощупь, но стоило мне убрать руку, как плющ осыпался трухой. Вообще-то ночью мне показалось, что стена твердая. Но наверняка это штучки волшебниц Оазиса. Слева от меня возвышалась ослепительно белая башня, смотреть на которую днем точно не рекомендовалось. Балконы и той, и этой и нескольких соседних башен были пусты. Приложив руку козырьком к глазам, я осмотрела окрестности. Неподалеку высилась деревянная смотровая вышка. Скорее всего, ворота в Оазис располагались именно там. Я свернула плащ, собрала вещи и, бросив на всякий случай, на песок магическую метку, вдруг да забуду место, тронулась в путь.
Из объяснений отца я знала, что Оазис разделен на восемь секторов, в каждом из которых от нескольких десятков до сотен башен. Естественно, в благородном секторе, к которому я, похоже, и приблудилась, башен было меньше всего. Потому что здесь либо обучались драконы из благородных семей либо те, кто был умопомрачительно красив и бесконечно талантлив.
Уверенности в том, что мне нужен именно исключительно красивый и талантливый, у меня не было. Потому что красота понятие серьезное, а если человеку с детства в голову вдалбливать, что он красив, то он вполне может соотносить себя с окружающим миром в не совсем правильном ключе. Какое в Оазисе понятие о талантливости - тоже вопрос. Вряд ли они тут все поголовно математики, химики и астрономы. Насколько я поняла из лекций по политическому устройству мира и рассказов отца, мужчин в Дагайре ценили отнюдь не за ум и выдающиеся научные способности. Из них растили не ученых, а хм... просто мужей. А какие у мужа таланты я честно пыталась вообразить, но мысли неуклонно останавливались. Все мужья, которых я знала, были просто нормальными и интересными людьми, и специфическими талантами из области семейной жизни если и обладали, то мне об этом никто не рассказывал. Может быть, здешних мальчиков обучали искусствам? Это, наверное, неплохо и даже у женщин-драконов должно цениться. Всякие там игры на флейте и лютне, ткачество, вышивание. Это даже мне близко. Вполне возможно, мы найдем общий язык.
И тут я прибрела к воротам.

ЛЕЛЬМААЛАТ:
Разумеется, я не стал рассказывать Кольдранааку про свою ночную гостью. Он мастер делать далеко идущие выводы, а мне хотелось все это забыть как страшный сон. Утром я и сам не верил, что это произошло со мной. Но ни секунды не сомневался в том, что все сделал правильно. Потому что если бы она осталась там лежать, заснуть бы я все равно больше не смог. А так хоть чуточку выспался. С утра выглянул осторожно с балкона. Ее уже не было. Оно и к лучшему.
Хорошо еще, что в этот день не было занятий. Во-первых, после смотрин воспитанникам обычно давали передышку, считалось, что такие нервные потрясения очень вредны для мужской психики. Ведь наверняка многие мальчики расстраивались, что выбрали не их. А во-вторых, сегодня в Оазисе должен был состояться Бал Полнолуния. Кольдранаак долго возмущался по поводу того, что Великая княгиня не пожелала на нем присутствовать. 'Потанцевала бы с Тульчиниззом' - горячился он, - 'должна же она хоть что-то о нем узнать хорошее', а я его успокаивал тем, что они и так найдут способ узнать друг друга, после чего Коль покраснел и спросил на что это, собственно, я намекаю. Я тему развивать не стал.
Коль был взбудоражен предстоящим мероприятием, не потому что там был реальный шанс найти себе жену, а потому что там он мог применить свои умения на практике и свободно пообщаться с женщинами, чего в большинстве случаев нам не разрешали. На время балов женщины Оазиса, включая наставниц, снисходительнее относились к нашему поведению, а воительницы и другие охотницы за мужьями были предупредительны и всячески за нами ухаживали. В Оазисе не было цели вырастить из нас бессловесных марионеток. Мы должны были уметь поддержать разговор на любую тему, вести себя естественно и стараться произвести максимально благоприятное впечатление своими манерами и изяществом. Для этого и нужны были балы, потому что во все остальное время нам отчетливо демонстрировали наше место.
На балы было разрешено приходить всем гостям Оазиса, а также вольным стражницам и воительницам, которые проходили в Оазисе службу. Бал полнолуния был одним из главных мероприятий года, и я тоже должен был на нем присутствовать.

АРЬЕ:
На воротах меня пропустили без особых проблем и комментариев. Одинокие путницы не вызывали у стражниц пристального внимания. Мне лишь порекомендовали дойти до главной площади Оазиса Курмула, потому что именно там располагался гостевой сектор и большинство торговых рядов.
Пока я шла до площади я озиралась по сторонам и думала по возвращении попенять отцу и министершам на то, что меня до моего совершеннолетия практически никуда не вывозили. Только Воительница Анджин постоянно таскала меня в Гадинес на тренировочную базу и мне редко, когда удавалось ускользнуть от ее пристального внимания, чтобы хотя бы насладиться общением с морем и осмотром прибрежных деревень. Взойду на престол и отправлюсь ко всем с дружественным визитом, хотя бы для того, чтобы посмотреть мир! А то сейчас сама себе напоминаю провинциальную дурочку, которую добрые родственники вывезли на ярмарку в столицу.
Оазис Курмула оказался не таким, каким я его себе представляла, он походил скорее на город. Центральный сектор, по совместительству торговый и гостевой, был оживленным местом. Мимо меня проходили воительницы, ну, во всяком случае, я так решила из-за наличия доспехов и оружия. Поскольку было утро, торговля была в самом разгаре. И хотя я прибыла в Дагайру недавно, уже успела близко познакомиться с ее солнцем и на месте местных торговцев, днем организовывала бы себе отдых, потому как ни один нормальный покупатель на улицу нос не высунет. Рабы и рабыни несли в сторону рынка корзины и мешки. Да, в Дагайре было рабство, в то время как Аэрта уже изжила этот пережиток прошлого лет триста назад. Но не могу сказать, что на меня это произвело такое уж впечатление. Несчастными они не выглядели. Мужчины были ухожены, а женщин я бы даже жалеть не стала, потому как рабынями в Дагайре становились только совершившие особо тяжкие преступления.
Меня окружало буйство ярких красок местных изгородей и заборов. Все выглядывающие из тенистых садиков по обочинам главной дороги здания отличались причудливой архитектурой. Насколько я понимала, воспитанники жили не здесь, а в своих секторах, примерно в таких башнях, как та, у которой я проснулась. Но чем ближе я приближалась к Главной площади, тем больше терялась от размеров Оазиса и всерьез задумывалась о покупке карты. И вообще, то, что меня окружало, делало мою задачу практически невыполнимой. Пока я гуляла по пустыне Аззо, я думала, что здесь живут только наставницы и драконы, от пристального внимания которых мне еще и отбиваться придется. А на деле получилось, что мой приход сюда вообще вряд ли кто-нибудь заметил.
Я пыталась присмотреться ко всему, подмечая всякие мелочи, даже заглянула на базар, кто его знает какие у них тут порядки. Может, наставницы после заявления о моих намерениях меня потом никуда и не выпустят, пока не испытают.
Базар меня не разочаровал. Зря Леди Лилит утверждала, что здесь нечего прикупить. Диковинок и экзотики хватало. Но я себя утешила тем, что знакомым мужчинам я вряд ли отсюда повезу подарки, а женщины как-нибудь обойдутся. Пригляделась к платкам. Те, которые я привезла с собой, точно не соответствовали местным вкусам, но, определенно, были эстетичнее. Но их еще надо подарить. В общем, время шло. Глаз на все не хватало, поэтому я решила уже куда-нибудь поселиться и перекусить.

ЛЕЛЬМААЛАТ:
В этот раз Кольдранаак настоял на том, чтобы я пошел на Бал Полнолуния во всей красе. Поэтому мы посетили бани, сходили на массаж, маникюр и педикюр. К этим процедурам я относился спокойно. Потому что признавал, что ухоженное тело не противоречит моим мечтам о свободе. А дальше, Коль с увлечением взялся за меня. Он не меньше двух часов потратил на то, чтобы меня причесать и накрасить, потом еще не меньше получаса подбирал украшения к одежде. В итоге я и сам не мог не признать, что его труды стоили результата. Мы стояли с ним рядом. Я в шароварах и безрукавке цвета чайной розы с янтарными и яшмовыми бусами и браслетами на узких аристократических запястьях и сложной прической, в которую Коль вплел бронзовые нити. И Кольдранаак в черном комплекте, отделанном серебром, который подчеркивал белизну его кожи и огромные ярко блестящие глаза. А жемчужную сеточку для волос он у меня все-таки выпросил. Да, мы были очень красивы, но меня это совершенно не радовало. Я умел и любил хорошо выглядеть, но мне совершенно не нравилась причина, по которой сегодня стоило наряжаться. Но я также знал, что в вопросах переодевания и украшательства спорить с Кольдранааком бессмысленно. Я как-то попытался поприпираться, но вышло только хуже. Коль в совершенстве владел всеми мужскими приемчиками, которые умело пускал в ход для достижения своих целей. Мог с легкостью устроить скандал и истерику на пустом месте.
- Вот смотри Лельмаалат, - когда Коль был занят делом, мне с ним даже было комфортно, поскольку тогда он переставал расходовать силы на то, чтобы строить из себя что-то, - в прошлый раз ты не позволил сделать из тебя красавца, и вот результат, в Тхар с княгиней уехал Тульчинизз. Хотя мы то с тобой понимаем, что ему до тебя, как до луны!
- Ну, Коль, не принижай его достоинства. Он очень красивый мужчина.
- Да, но не в сравнении с тобой.
- Если исходить из твоей логики, то меня все равно выберут, как бы я ни оделся. Поэтому, наверное, мне стоит одеться попроще, чтобы основное внимание было привлечено к другому самому красивому мужчине, то есть к тебе!
- Вот уж за меня-то не переживай. Я свое счастье найду! А вот с тобой надо что-то делать, - тоном заправской свахи заявил Кольдранаак.

Опубликовано: 23.10.2014

ЗАЖГИ ЗВЕЗДУ!

Зажги звезду (уже зажгли 8 человек)
Загрузка...

 

« предыдущаяследующая »

На плюшки музам и на хостинг сайту:
(указывайте свой емайл!)


Яндекс.Деньгами
Банковской картой

Не будь жабой! Покорми музу автора комментарием!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Чтобы вставить цитату с этой страницы,
выделите её и нажмите на эту строку.

*

Ура! Музу автора уже начали кормить!

  1. Одного из друзей выпхали замуж, хоть что-то.

    Оцени комментарий: Thumb up 0