Равиен — 18

Ромэй:
В стремлении выбраться мы обследовали каждый закуток, каждую выемку, каждый выступ, едва ли не каждый булыжник обнюхали. Мы старались залезть по камням вверх и срывались, падая и обдирая пальцы в кровь… Я сдался первым: ну, неприспособлен я лазать по скалам, матервестер! Маги левитируют! Сильные маги… Такие, как я… до попадания в эту пещеру!
Таня взбиралась на стену несколько удачнее - сказывался опыт. Но чем выше очутился, тем дольше летишь вниз. В конце концов и до неё дошло, что даже в кошачьем облике ей не одолеть подъём, а уж в человеческом… Эх-х-х!
Паники девушка не показывала, но сжатые кулаки и прокушенная до крови губа выдавали её состояние. Утомившись от бесплодных усилий, она какое-то время металась по нашей темнице, как зверь по клетке.
Устав наблюдать, как она себя изводит, я поймал свою взъерошенную кошку и прижал к себе:
- Выдохни! Нужно сесть и успокоиться.
Сначала она попыталась вырваться, но потом, явно с трудом взяв себя в руки, устроилась рядом. Помолчала.
- Чёрт! - вновь дёрнулась вскочить, но смогла удержаться. - Какая же я дура! Рванула неизвестно куда, без разведки, напролом, а ведь догадывалась… - она махнула рукой и отвернулась, изо всех сил саданув кулаком по мокрым камням.
- О чём? - конечно, нам же нельзя решать, что делать, пока не обсудили, кто виноват.
- О том, что не стоит соваться к разбойникам с разбега, как дурные курицы в кормушку, - сквозь зубы процедила Таня и ещё несколько раз от души приложилась кулаком к стене. - Чёрт!
- Да-а-а? - уточнил я с откровенным ехидством в голосе. - Ты успешно прятала свои подозрения глубоко в себе. Очень глубоко.
Девушка полоснула меня взглядом и не менее язвительно парировала:
- А тебе никто не мешал самостоятельно делать выводы!
Я только открыл рот для уточнения, что привязанным магам думать самостоятельно не положено, даже если они привязаны правильно и добровольно… И вообще, началось всё с насилия... И поход за лонгвестом - не моя идея… И…
Но у меня так сильно зачесалась нога, что пришлось задрать штанину. И я с изумлением уставился на небольшой, аккуратный порез на икре.
- Где это ты умудрился? - словно нехотя поинтересовалась кошка, но затем потянулась и тронула ранку пальцем. - Знаю! Это наверняка твоя игрушка! Как маленький!
Я опустил брючину и встал, медленно отряхиваясь и поглаживая ладонью рукоятку кинжала:
- А ты большая, матервестер! Взрослая! Насколько ты меня старше? На год?!
- А по уму на все десять! – не осталась в долгу Таня. Она тоже вскочила и вызывающе задрала подбородок. – Что ты вцепился в эту железяку, как младенец в соску?! Даже в схватку из-за неё кинулся!
- А критерий для оценки развития ума у тебя какой? - моё терпение лопнуло: надо же, какая гениальная нашлась; ничего ж такого не совершила, но гонору больше, чем у её лиса. Там хоть это оправдано - он же лишь силушкой кичится, которой у него действительно немало.
- Да уж не маговский: чем больше оборотней замучил, тем умнее! - выпалила эта зараза, сверкая глазами в полутьме.
- Чтоб ты знала, ум - это от природы, но раз ты по числу замученных его определяешь, то да, у тебя уже и в этом мире счёт один – ноль. Так что, признаю, я младенец! Но не найди я, идиот, этот ножик - так бы и куковали связанными. И на всякий случай для тебя напоминаю: у тебя больше нет когтей, а у меня магических способностей. Спустись сюда кто-либо, чтобы нас убить, что ты будешь делать?! А у меня оружие есть! Ясно?!
- А что эта хрень из тебя магию высасывает, тебя не беспокоит? - девушка тоже повысила голос. Мы уже практически орали друг на друга. - Да пока за нами придут, ты рукой пошевелить не сможешь, вояка! - и она в запале толкнула меня кулаком в плечо.
Я почти успел уклониться, поэтому удар получился смазанным. Всё равно чувствительно, матервестер, но не так, как если бы огрёб по полной. Внутри всё заледенело. Драться было глупо. Как ни посмотри – глупо и бессмысленно. И не потому, что даже сейчас Таня сильнее меня. Просто одно дело от злобы пинать незнакомую кошку, а другое – пытаться всерьёз причинить боль девушке, с которой не так давно… Вот уж не дождётся! Мы, маги, олицетворение зла, конечно, однако своих женщин не бьём! Но и себя унижать не позволяем, матервестер!
Развернувшись, я молча пошёл в другую сторону. Пока я крутил в пальцах свою находку, почувствовал, как разгоревшаяся было в душе истерика замерзает, несмотря на приятное тепло и спокойствие, разливающиеся по телу. Я мог контролировать себя только благодаря тому, что в моих руках был кинжал.
Правда, когда я начал приближаться к горе из драгоценностей, ладонь резко обожгло, точно я ухватился за раскалённое железо. Вытащив нож, я уставился на пылающее красным лезвие. Потом вспомнил, как кошка голосила, что все эти предметы тянут энергию, и обогнул коварную свалку по дуге, устроившись едва не напротив той стены, возле которой мы сидели вместе с Таней. Облокотившись на более-менее подходящий каменный выступ спиной, я сжал своё оружие и закрыл глаза.

Татьяна:
Примерно полчаса мы мрачно сопели по разным углам. Затем просто дулись ещё минут десять. Потом... потом я посмотрела на ссутулившееся длинноногое недоразумение... надутое, обиженное и... несчастное. Бледный стал, как вампирёныш, и нос в чём-то вымазан. Запястья в синяках, исцарапанные пальцы немного раздражённо играют рукоятью этой дурацкой железяки. Блин! Ну вот чего я на пацана набросилась? Он в эту дыру попал исключительно за компанию со мной... из-за Тайя... Причём, даже не пробовал возражать, когда мы ринулись на поиски чернобурого горюшка, а мог бы! Он уже не был марионеткой.
Это мне надо было сначала головой думать и лишь после этого к бандитам в лес мчаться. Тем более, с каким-то левым вороном. Его-то отпустили... А моего магёнка никто не боится: забросали вонючей гадостью, связали, как индюшку перед продажей, и в яму...
А в яме ещё и я развопилась. Да, перенервничала. Но это же не повод на ребёнка кидаться.
Вздохнув, я перебралась к своей магической половинке.
- Прости меня, Ром, это я от безысходности. И ещё за тебя испугалась - непонятный он, этот кинжал, и ты на него странно смотришь.
- Я и на тебя странно смотрю, - с вызовом в голосе выдал Ромка.
- Вот именно, - я вздохнула и подвинулась ещё ближе, обхватив его за пояс и положив голову ему на плечо. - А вдруг он тоже тебя как-то привязал? Здесь всё неизвестное, а значит, опасное... мне страшно.
Ромэй обнял меня в ответ, молча устремив взгляд в одну точку. На его худом лице отчётливо было заметно, как перекатываются желваки на скулах. Злится. Но молча.
- Извини... - с сожалением проговорила я, - ты без меня тут не оказался бы... учился б в университете и бед не знал.
- Ну, тогда и тебя бы не узнал, - мой магёныш посмотрел на меня как-то странно, затем перевёл дыхание и снова уставился куда-то очень далеко отсюда. По-моему, вообще в другую вселенную.
- Нашёл сокровище! - хмыкнула я невесело.
- Нет, ты сама навязалась, - наконец он улыбнулся и прижал меня к себе ещё крепче. - Это ты меня выбрала, а теперь обзываешься.
- Да я не обзываюсь... то есть, ты не обращай внимания. Я, когда психую, не совсем соображаю, что болтаю... бывало уже. Ром? А скажи, какие у тебя ощущения от этого тесака? Ничего необычного?
Ромэй, не говоря ни слова, встал, помог подняться мне, выставил вперёд свой мини-меч и направился к свалке, таща меня за собой. От его тёплых и твёрдых пальцев по жилкам словно побежала волна, согревая и слегка приглушая скребущую пустоту в груди. Когда до равнодушно блистающей кучи артефактов оставалось метров пять - шесть, кинжал засверкал красным.
- Во! - похвастался парень.
- Ого! - удивилась я и присмотрелась внимательнее. Потом отошла на пару шагов и снова вгляделась. Торопливо вернулась обратно и вцепилась в спасительную ладонь. - Знаешь... когда ты меня за руку держишь, мне спокойнее, и в голове проясняется. А стоит отойти, и опять паника, - поделилась я.
- Ага! - произнёс Ромка так, будто это его личное достижение, стискивая меня в объятиях и пряча лицо в моих волосах. - Ты не переживай, мы выберемся. Пока не придумал как, но мы обязательно это сделаем... А ещё я всё-таки хочу покопаться в этих побрякушках. Уверен, там много любопытного валяется. Но лезвие так ярко сверкает, что отбивает желание напрочь. И внутри сразу муторно как-то. А о ноже не беспокойся: он привязывается магией крови, у старых вещей такое часто встречается.

Рядом с Ромэем мне действительно стало легче. Нет, наверное, что-то шло и от оружия, но не это главное. Сейчас я вдруг очень остро почувствовала, что это не просто чужой, незнакомый мальчишка из магического мира. Это Ромка. Дорогой и необходимый до последней капельки, мой. Прильнув к нему, я как никогда остро ощутила и его обиду на меня, и то, что он уже простил, и что на меня он в принципе не может злиться долго, хотя ему все ещё горько, что я... э-э-э... нет, я не это хотела сказать! А он понял так, что я обозвала его ненужным, никчёмным слабаком. Эх, чудо моё. Не оставив между нашими телами даже малейшего расстояния, я потянулась ему навстречу, как во время единения, всей сущностью. И ещё раз безмолвно извинилась за невольно причинённую боль, показала, насколько мне тогда было страшно и за него, и вообще, и как я его... люблю. Такого родного, близкого. А драгоценности - ну их нафиг, они пахнут бедой!

В ответ меня тут же закрутил вихрь Ромкиных эмоций, в котором переплелось то, что он меня тоже очень любит и старается беречь, что я ему очень дорога, и что он ужасно боится меня потерять из-за того, что я в нём разочаруюсь, особенно теперь, когда он магически пуст и физически слабее. Дурень длинноногий... разве это важно?

Сколько мы так простояли, обнимаясь, я не помню - в тот момент время шло как-то иначе. Даже в этом жутком месте, с неизвестностью, полной опасностей, вот так вдвоём больше не было страшно. Справимся.
А потом вдруг раздался резкий скрежет железа по камню. Из того угла, где был люк в потолке.

Ромэй:
Таня застыла и уставилась вверх, я тоже затих, приглядываясь и прислушиваясь к происходящему. Полоска света над головой стала увеличиваться, поэтому я дёрнул кошку за собой в поисках укрытия, где нам можно было бы быстро спрятаться, и чуть не споткнулся о диадему, совсем недавно оставившую мне синяк на ноге. Пришлось подхватить её, чтобы она не загремела, и, по закону подлости, эта зараза остриём оцарапала мне палец. Я замер, наблюдая, как моя кровь исчезает, впитываясь в очередной магический артефакт.
Тут из открывшегося сверху прохода показалась чья-то голова, оглядывающая пещеру и особенно то место, где должны были валяться две связанные тушки.
- Надо было туда упасть и прикинуться… - начала девушка.
- Всё уже, поздняк метаться, препод ушёл, - буркнул я, отступая подальше в полутьму, чтобы нас было не видно. Кинжалу явно не нравилось соседство с подобранным мной украшением – жар и красные блики разбегались от него во все стороны. Хорошо, что я его пиджаком успел прикрыть… Но и диадема в моих руках тоже вела себя странно, матервестер! Рассиялась за компанию, но синим, стала обжигать ладонь, а ещё... звенеть на грани звука! От последнего у меня вдруг резко расплылось всё перед глазами, и я пошатнулся. Таня среагировала моментально: рывком выдернула синеющий обруч из моей ладони, чуть слышно зашипела и ругнулась. На её пальцах тоже выступила кровь - один из центральных зубцов острым кончиком проколол кожу. Её кровь впиталась ещё быстрее, и... артефакт погас. А звон прекратился.
В голове прояснилось, я проморгался и перевёл взгляд на гору драгоценностей за спиной девушки. Теперь я тоже видел, что они не просто переливаются, а жадным многоголовым драконом рыщут по пещере в поисках еды… магии. Крупица которой вновь появилась во мне. Уф-ф-ф! Ну, носки самому стирать уже не придётся…

Татьяна:
"Да что ж тут за гадость такая навалена: что ни цацка, то кровопийца! Сначала ножик этот краснорожий, теперь корона какая-то колючая. И что за привычка у Ромки всякую дрянь сразу голыми руками хватать?" - все эти мысли пронеслись табуном, пока я выхватывала у магёныша очередную опасную пакость.
Опять порезалась, да что ж такое! Вот ещё этого... Ух ты! А красивая диадема. И опасностью от неё не пахнет. От всей остальной кучи так и продолжает вонять, а это... эта... Внешне она напоминает разомкнутый обруч из старого, чернёного серебра, довольно просто украшенный. Ни камушков, ни блёсток. Поверх обруча переплетаются длинные и узкие, как у ивы, острые рифлёные листочки, образуя корону с пятью зубчиками надо лбом.
Совершенно очарованная украшением я, отпустив Ромку, взялась за обруч обеими руками и надела его на голову. В следующую секунду мне показалось, что всё происходившее в пещере, как киноленту на старинном проекторе, промотали на повышенной скорости... лишь мгновения, как кадры, мелькали...
И вот уже мы стоим в самом тёмном углу и настороженно следим за чьей-то башкой, которая торчит в люке и что-то бормочет.
Предмет нашего пристального внимания ещё чуть-чуть покрутился и исчез. Люк задвинулся, но ненадолго. Примерно через минуту лучик света прочертил неровные каменные стены, следом упала узкая верёвочная лестница, с корявыми палками вместо ступенек, и по ней неуклюже стал спускаться какой-то оборотень в человеческом облике. Судя по движениям, старый, больной или... не очень трезвый.
Штанины у него обтрёпаны до неровной бахромы, рваная рубаха болтается на худом теле, да и сам весь неухоженный. На атамана разбойников товарищ совсем не похож. Тогда кто? Тюремщик? И вот так просто слезает вниз?? Хотя мы же, по идее, связанные валяемся.
- Странно. Должны быть тут, а нету. Неужто освободились? - нет, дедок был не пьяный, просто какой-то чудной. Всклокоченные седые пряди забавно торчали, словно… словно рога! Олень! Это оборотень-олень. Во дела-а-а… мама-кошка, какой же он древний.
А пришедший продолжал ворчать, безучастно оглядываясь по сторонам:
- Вот волшебство-то... Старый Эбрагем всякое тут видел... да... Но сейчас только чудеса Эбрагем и видит, а больше никого.
Или дедуля из-за возраста ослеп, или слегка… сбрендил. Он смотрел прямо на нас, но будто сквозь нас. Глаза в зарослях пегой бороды большие, влажные, оленьи. Однако не ярко-карие, как должны быть, а точно подёрнутые перламутровой дымкой. Может, правда, слепой?
Тут дед нагнулся, поднял с пола перерезанные нами верёвки и поднёс их к самому носу. У меня перехватило дыхание, а Ромка крепче сжал руки на моей талии. Но старый олень равнодушно выбросил обрезки и зашаркал к лестнице, как ни в чём не бывало продолжая бубнить:
- Да-а-а, больше здесь никого нет. Старый Эбрагем чувствует, что тут лишь чудеса. Правильные, каких в мире давно не было. С тех самых пор… Ведь, кого сюда бросят, все лежат, как мёртвые: проклятое золото Карлехейма пьёт разум и не даёт очнуться. Только истинные чудеса могут пересилить, да… А чего им тогда тут сидеть?
Мы с Ромкой переглянулись, и я едва заметно пожала плечами в ответ на его вопросительный кивок.
Дед начал взбираться наверх, кряхтя и тяжело вздыхая. Вот он исчез в люке, но лестницу за собой не поднял, и дыра в потолке всё ещё была открыта. Стариковское бормотание доносилось вполне отчётливо.
- Вот у нашего мага появился настоящий лонгвест, разве не волшебство? Молодой, здоровый, сильный. А он это чудо приказал к себе перенести... уж тенчень назад... да... Дом-то у него знатный, в верхних пещерах находится. Коридоры, конечно, запутанные, да только если всё время направо поворачивать, в третий раз именно туда и попадёшь. Вот пока дураки гуляют, наш маг новой игрушкой-то и займётся, да… греховодник, тьфу… А старый Эбрагем ломай косточки, приглядывай за пленниками. Так разве чудеса путами удержишь, коли они правильные? Эбрагем сейчас сходит им за едой. А то стал совсем безголовый: шёл кормить, а еду-то и забыл... да... А лестницу убирать не будет. Пусть висит, пока он бродит. Эбрагем старый, он уже ничего не помнит... Не помнит, как скакал много лет назад, задевая рогами небо. Как был свободным и водил своё стадо. Нету больше стада у Эбрагема, и рогов нету. И неба нету у убогого. Зато Эбрагем нашёл правильные чудеса, да… И раз золото их не выпило, чудеса найдут выход.
Ворчание всё удалялось и удалялось, а мы стояли, таращась во все глаза на оставленный нам путь к свободе.

Тай:
В себя пришёл в большой комнате. Большой и светлой. Значит, сейчас даже не утро – день. Следующий день. Неплохо я выспался. А, главное, как меня угораздило уснуть человеком?! А опять сменить облик проклятая сетка мешает! Р-р-р-р!
- Развлечёмся, малыш?
Блондин наклонился, касаясь своими волосами моей кожи. Голой кожи!
Пока я спал, меня раздели?! А тубус?! А кольцо?!
- Это ищешь? – маг раскачивал тубус прямо перед моим лицом.
Кажется я понял, что значит слово «ненависть». До этого не знал.
- Я позволил себе полюбопытствовать, - ухмылка гада стала откровенно издевательской. – У тебя есть кусок, которого нет у меня. Зато у меня… - светлые лохмы снова коснулись моей кожи. Не-на-ви-жу! – У меня есть то, чего нет у тебя! – и перед моим носом появилась бумага. Старая.
- Будешь хорошим мальчиком, дам потом почитать, - усмехнулась эта сволочь. – Раз ты так интересуешься древней историей.
Мысленно я выдал длинную речь – даже сам удивился. А вот вслух только зарычал сквозь зубы.
- Тише, пёсик! Я знаю, что ты ещё недостаточно сильно на меня злишься. Но не могу удержаться. Так что я тебя сейчас трахну, а потом мы снова поиграем с палочкой и ленточкой. Могу даже бантик привязать, если попросишь.
На х… себе бантик привяжи, р-р-р-р!

Ромэй:
Девушка рванула по лестнице первой, я поднимался следом. Мир подо мной подло раскачивался. Я честно старался не смотреть вниз, но это оказалось практически невыполнимой задачей, матервестер! Там был специальный магнит для взгляда.
Таня ловко, как кошка, вылезла, я выпал следом и зажмурился. Яркое солнце, ослепляя, светило в глаза.
- Жаль, старый Эбрагем забыл еды принести, - вздохнул я, прислушиваясь к урчанию своего живота.
- Потерпи, поймаю тебе кого-нибудь, - моя любимая активно вертелась на месте и принюхивалась. Потом вдруг замерла, встряхнулась всем телом, сверкнула на меня ликующими глазищами и в следующую секунду в траве у люка выгибала спину чёрная кошка. Она счастливо замурлыкала и принялась тереться о мои ноги.
Я подхватил её и закружился, радуясь вместе с ней. Во мне тоже росло количество магии, но не столь быстро, как мне бы того хотелось. А Таня уже смогла, уже обратилась. Судя по расположению солнца, мы провалялись в пещере всего полдня, а такое чувство, что целую вечность. А на целую вечность потерять контакт со своим зверем - это ужасно!
- Только не конкау! – с шутливым испугом замотал я головой. – И давай поторопимся, а то я не очень понял про греховодника и лонгвеста.
- Зато я поняла, - кошка перестала мурчать и спрыгнула с рук. - Вот дрянь! Лис потом себе вены перегрызёт, если мы не успеем, правда после того, как магом пообедает. Побежали? Это туда, - она выразительно повела носом в направлении густого кустарника.

Тай:
Терпеть не могу, когда меня лапают без разрешения! Противно! Загрыз бы урода! Но в сетке даже глаза не закрыть. Лежу и смотрю. А смертник гладит, облизывается, лезет, куда не надо. Руки сухие, горячие. Тело против воли отзывается. В голове бедлам. Не-на-ви-жу!
Тубус он снял. А кольцо? На мне или нет? Не пойму.
- Не нервничай, малыш, твой хозяин тоже у меня. И его магические силы на исходе. Странно, что ты всё ещё привязанный, - блондин даже ощупывать меня перестал, задумавшись. – Ну ничего, к вечеру привязка исчезнет. А пока мы просто развлечёмся.
И он стал переворачивать меня лицом в пол. Р-р-р-р!

Татьяна:
Быстренько оглядев окрестности вокруг той дыры, из которой мы вылезли, я поняла, что если не знать, где расположена наша тюрьма, – её и не заметишь: деревянный снизу, сверху люк оказался невысоким ящиком, в котором вполне успешно росла такая же, как и повсюду, травка. Поставь люк на место – и черта лысого найдёшь мерзкую «сокровищницу».
Вход в нужную нам пещеру находился буквально в двух шагах от спуска в "темницу" и замаскирован был ничуть не хуже, но, на наше счастье (а случайно ли? Ну, олень!), приоткрыт. Выложенная камнями и покрытая мхом дверь буквально на сантиметр отошла от импровизированного косяка, но этого хватило, чтобы кошачий нос (мой носик, мой любимый кошачий носик, мама-кошка, какое блаженство! …словно у меня не лапки и хвост, а реальные крылья выросли!) учуял запахи множества оборотней и жилья.
Я бежала по тоннелю внутри горы, метров на десять опережая Ромку, и чутко прислушивалась. Один раз пришлось быстро метнуться ему под ноги, чтобы, замерев за каким-то выступом, переждать, пока по коридору, куда врезался наш отнорок, прошествует троица здешних обитателей. Хорошо, что они спешили и не стали принюхиваться.
Потом мы спокойно миновали ещё несколько ответвлений. Я для себя отметила, что из одного поворота доносился сильный аромат еды, из-за другого - слышался шум множества голосов, смех и бряканье какое-то. Остальные проходы по левой стороне были нежилыми и, судя по всему, вели в тупики.
Следуя подсказкам Эбрагема, мы трижды повернули направо и оказались в более облагороженной части катакомб. Пол здесь был ровнее, стены претендовали на звание декорированных, а вонь чужой магии разила угрозой. Сделав ещё несколько шагов, мы уткнулись в закрытую дверь, из-за которой фонило… чернобуркой! Там была наша дурная лисятина, и он ужасно злился!
Открывать дверь мы не рискнули, поскольку этот идиот в помещении был не один. Но чуть в стороне от основного коридора был виден закуток, куда выходило почти взаправдашнее окно. Должно быть, изнутри покои мага максимально напоминают настоящий дом.
Не воспользоваться возможностью для разведки ситуации было бы глупо, поэтому мы подкрались и заглянули в интересующую нас комнату.

Ромэй:
За дверью был маг, сильный маг. А ещё там был лонгвест. Молчащий. Не понимаю, что нужно было сделать с Тайем, чтобы он даже не рычал. Спит он, что ли? Вырубленное в стене окно магически освещало внутреннее убранство и не давало разглядеть нас. А вот нам легко удалось рассмотреть подробности происходящего в комнате-пещере. На полу кверху задом лежал совершенно неподвижный голый Тай в человеческом облике, а над ним склонился мужик. Не уверен, что сильнее меня, но опытнее – точно.
- Не думаю, что я с ним справлюсь, - шепнул я. – Просто ещё не восстановился полностью. Да и в магических поединках многое решает опыт.
- Всё равно надо попробовать! - Таня лихорадочно била хвостом по бокам и дёргала ушами. - Ром! Он же прямо сейчас лиса поимеет!!!

Опубликовано: 20.05.2015

ЗАЖГИ ЗВЕЗДУ!

Зажги звезду (уже зажгли 77 человек)
Загрузка...

 

« предыдущаяследующая »


На плюшки музам и на хостинг сайту:
(указывайте свой емайл!)


Яндекс.Деньгами
Банковской картой

Не будь жабой! Покорми музу автора комментарием!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Чтобы вставить цитату с этой страницы,
выделите её и нажмите на эту строку.

*

Музу автора уже покормили 14 человек:

  1. Интересно от куда взялся старичек-боровичек-олень, да ещё и захотел помочь. Прям чудо и сказка. Сказка же)

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  2. Цветочница, разбойники… Герда ищет Кая? С магом и лисичкой?

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  3. со старичком ситуация до боли знакомая, но вспомнить не могу…

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  4. Спасибо за главу! Жду интересностей про диадему с кинжалом! Ну и Тая чуть-чуть жалко. Но ведь спасут лиса, правда?

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  5. О! Волшебство с кинжалом и диадемой! Они стали невидимыми ? Или дедок нарочно их не увидел?

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  6. Спасайте лисятину!)) Про артефакты интересно получилось, интригующе. И олень замечательный вышел.

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  7. Ну, зато они теперь знают, что нужно сделать с Тайем, чтобы он молчал)))

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  8. Ух какая глава переживательная! И как всегда на самом интересном месте! Спасибо!

    Оцени комментарий: Thumb up 0