На халяву 10

Алена:
Я сидела и дулась. Нет, не так. СИДЕЛА и ДУЛАСЬ!
Знаю, что глупо. Знаю, что по-детски. Ну и… идите все к ангелам! Достали… и вообще. Вот. И нечего было на меня с такой злостью смотреть, как будто я его нарочно обманула, предала и подставила, и… а сам! Имя ему не понравилось! Как будто я от него в восторге, блин!
Уфффф… нет, так не пойдет. То есть пойдет, но куда-то не туда. Надо поработать, вот. Сразу станет легче, проверено.
Я вылезла из-за обжиговой печки, в уголке за которой старательно дулась на жизнь в целом и рогатых гадов в частности, и задумчиво обозрела рабочий стол. Что бы мне тут… поработать?
Только нацелилась на лилово-сиреневый, загадочно-полупрозрачный и восхитительно неправильный обломок аметистового кристалла… Перед глазами замелькали картинки одна интереснее другой, в кончиках пальцев появилась знакомая сладкая дрожь, обиды, глупости, имена, черти, мир… все отступило на второй план, и… и тут раздался стук в дверь.
- Ага! - отозвалась я, нежно перебирая пальцами по неподражаемому излому на лиловой грани.
В мастерскую тихо просочился представитель второго плана и нагло устроился на первом, вернее, на заднем - практически у меня за спиной:
- Я свое длинное имя тоже не очень люблю, - сообщил он мне, нахально протянув руку и взяв кристалл. - Красивый. А что ты с ним делать будешь?
- Не знаю пока, - я улыбнулась. Аметисту, или Владису, непонятно. - Не называй меня так, пожалуйста. Оно… противное. Имя. Знаешь, как карамелька, провалявшаяся в буфете лет тридцать. Она пропахла пылью, одеколоном и мышами, у нее полинявший замусоленный фантик с остатками блескучей позолоты. Тебя угощает какая-нибудь пожилая родственница, и отказаться нельзя, и съесть это невозможно. Брррр! - меня передернуло, как всегда при звуках моего имени. Только Эмма Львовна умела произносить его так, что оно не вызывало ощущения тошноты и приторности. И только ей я это позволяла. А чертенок…
- И знаешь… мне было обидно, что ты взглянул на меня, как на этого своего… действительно обидно, - я обернулась и посмотрела ему в глаза.
Владис медленно, не отводя взгляда, положил аметист на стол.
- Извини, - в глазах чертенка отразилась моя улыбка, но до губ не дошла. - Я не буду тебя так называть. Меня самого ассоциации не радуют... Мир? - и он вопросительно посмотрел на меня.
- Мир, - я потянулась и погладила его по высокой скуле, почти с тем же восторгом перед совершенством природы, с которым только что касалась кристалла. - Я тут… поработаю. Поужинай без меня, ладно?
- Не ладно, - тонкие длинные пальцы накрыли мою руку. Глаза на секунду зажмурились. А потом Владис посмотрел на меня очень серьезно и строго: - Ты тоже не ела нормально целый день, так что пошли... покукарекаем. Давай, давай, а то на руках отнесу. То-то Эмма Львовна обрадуется.
- Блин, вот кого тут кому в рабство продали, я еще раз вас спрашиваю?! - потолок в ответ на мое почти настоящее негодование скромно промолчал. - Чертенок, у меня вдохновение! Это важнее яичницы!
Ехидная улыбка - и я на руках у Темного, а у меня в руках вожделенный аметист. Спрашивается, когда это он успел слямзить его со стола?
- Будешь есть яичницу и вдохновляться. Я тут прочитал про язву желудка, мне не понравилось. Вы такие хрупкие...
Эмма Львовна встретила нас довольным взглядом и офигительно вкусными запахами. На столе уже стояло три тарелки, нарезанный хлеб, вазочка с салатом…
- Владис, я рада, что не ошиблась в вас, - Эмма Львовна приглашающе указала на стул в торце накрытого стола. - Она ведь уже вцепилась в очередной камушек? Ну конечно. В этом вся Анжельена. Что бы ни случилось, она первым делом хватается за камни, и гори все синим пламенем. Молодой человек, считайте, что мы с вами союзники, - и она обменялась с чертенком непонятными какими-то взглядами!
- Спелись уже, да? - проворчала я. - Вот так всегда! Все на одну маленькую, бедную меня…
Владис молча и гордо усадил меня на стул и сел сам. И не менее гордо проглотил две трети наготовленного Эммой Львовной. Эх… когда она все успевает? У меня наверняка какая-то серьезная ошибка в ДНК. Ровно в том месте, которое отвечает за кухонно-хозяйственную магию. Потому что-то, что всем другим тетенькам дается словно само собой, с чем они управляются шутя, да еще в кружевном фартучке и с улыбкой… у меня вызывает тоскливый вой, рвотные позывы, а главное, зараза, отнимает в сто раз больше времени и сил!
То ли дело камушки...
Эмма Львовна благополучно убыла, напоследок о чем-то пошушукавшись с рогатым предателем. А я под их шушуканье тихо слиняла в мастерскую и наконец-то познала Дзен. Под ровное гудение тигля и мягкий скрежет полировочного камня.
Раздавшийся через довольно долгий промежуток времени стук в дверь сначала был проигнорирован, но потом все же вернул часть моего «Я» этому миру.
- Меня нет, ушла в нирвану, буду не скоро! - обрадовала я стучальца, стараясь лишний раз не шевелить головой, а то затекшая шея возмущенно скрипела и потрескивала.
Владис, потому что других живых в доме, тем более способных колотить в дверь, не было, проскользнул в святая святых и уселся на пол возле стола, напротив меня. На стол же он аккуратно водрузил часы, показывающие без пятнадцати полночь и градусник.
Я посмотрела на часы… на градусник… на черта… еще раз на градусник.
- Ыыыыыыы…ой! - попытка разогнуться не удалась.
- В этот раз начнем с массажа? - как-то грустно улыбнулся чертенок, вставая с пола и помогая мне выпрямиться, нежно разминая плечи и шею.
- Мммммм…..Ааааа… а давай я его нечаянно разобью? - предложила я, стараясь не стонать в голос, и с ненавистью покосилась на чертов злобнометр. Прибор судорожно мигнул тремя цветами, дзенькнул… - Слушай, а ты раньше не пытался кому-то массаж делать? - я с интересом разглядывала обе шкалы, сократившиеся еще на полделения.
Владис замер, так и не убрав руки с моих плеч, потом глубоко выдохнул... прямо мне в шею.
- Ты имеешь в виду вообще или конкретно у Светлых? - хмыкнул он ехидно, обхватил меня двумя руками под подмышки, сцепив пальцы в замок за моим же затылком, и резко дернул всю эту хрупкую конструкцию вверх... Внутри конструкции что-то хрустнуло, и я вновь была готова к подвигам.
- Вопрос снимается, как неактуальный, - согласилась я, расправила плечи и облегченно выдохнула: - Спасибо! Ну, так как? Нечаянно разбить не получится, да?
Едва заметно усмехнувшись, чертенок помотал головой и сделал приглашающий жест в сторону выхода:
- Прошу вас, леди.
- Вот так всегда, - пожаловалась я двери, прикрывая ее. - Если вдруг тебе попался мальчик с волшебными руками, оглянись, где-то поблизости обязательно притаилась страшная пакость, например злобный градусник…
Злобный градусник мне тут же всучили в руки с ехидной ухмылкой.
В чертячьих апартаментах все уже было готово. Разложенный диван. Сам разложил, Эмма его всегда складывает и утаскивает белье в стирку. Ну да, белье расстелено кривовато, зато свежее. Палка эта проклятая на покрывале.
Ой блииин… мы же утром так тут все и бросили, палки-щетки-пирамидки в том числе! Ой, как неудобно… Эмма промолчит. Но все равно дико некомфортно. Блин. Главное же, я ничего плохого не делала! А чувство такое, словно меня поймали на горячем.
Злобнометр со стуком пристроился на стол у дивана, а я вопросительно посмотрела на чертенка.
Он так же вопросительно смотрел на меня, стоя в дверях.
- Ты, наверное… раздевайся? Можно не полностью! - поторопилась я уточнить. - Штаны только…
Владис, уже обхвативший руками края футболки, замер, смущенно отвел глаза, а вот градусник радостно оживился. Синий столбик пополз вверх.
- Эммм? А! Ну ты это… как тебе удобнее! Хочешь, полностью, я отвернусь!
- Тебе настолько неприятно на меня смотреть? - чертенок уже опустил руки, скользнул по термометру взглядом и теперь сверлил им меня.
Я вздохнула. Потом еще раз, собираясь с мыслями.
- Владис, я нифига не разбираюсь в этой дурацкой… технологии, - кивнула на палку и на злобный будильник. - Оно мне ВСЕ неприятно! И то, что нужно тебя… делать тебе больно, унижать еще как-то… блин! Мне ЭТО неприятно! Мне неприятно, что, когда я на тебя смотрю, дурацкая шкала показывает, как тебе от этого плохо! Да, неприятно! - я выдохнула и успокоилась. - А сам по себе ты очень красивый. Так понятно? Отворачиваться?
- Женщина, ты меня опять запутала, - рассмеялся Владис, снова потянувшись к футболке. - Зачем тебе смотреть на миадерпиан, когда можно смотреть на меня? Если я кра-а-асивый, - чертенок, продолжая улыбаться, сам взглянул на свой градусник и злобно плюнул. - Ладно, давай только без штанов... И... так, как вчера, расческой. А то ты сегодня норму по унижениям явно недовыполнила.
- Извращение какое-то, ей богу, - ворчала я, усаживаясь на диван и расправляя на коленях рабочие брюки. - Вчера… вчера ты был свинский свиненок, и я рассердилась! А сегодня…

А сегодня мне было здорово не по себе. Весь этот длинный день стоял перед глазами. Чертячьи улыбки на кассе. Радостная моська над фирменными пакетами из магазина белья. Выборы торта с шутливой перепалкой в кондитерской, победа «Наполеона» над «Медоборами»… Большие честные глаза и темно-красный комплект. Усталые кошачьи посиделки на подоконнике и осенний парк. «Вы такие хрупкие…»
Если мне сейчас под руку попадется та сволочь, которая все это придумала с градусниками и порками - ей богу, вот так и сделаю: спущу штаны, уложу поперек колен и врежу! От всей души! Хоть самому…
Чертенок обреченно подошел ко мне, постоял, подергал штаны за резинку, обреченно посмотрел на меня... опустился на колени и вдруг уткнулся головой мне в ноги:
- Не могу, - сообщил он глухо. - Сам не могу.
Руки так и потянулись обнимать и гладить. Еще бы, блин! Взрослый парень, и тут улечься кому-то поперек колен со спущенными штанами, самому, добровольно... это... сволочи!
- Сейчас я устрою тебе потоп, и будем страдать на пару, - честно предупредила я, шмыгнув носом и быстро-быстро поморгав, авось просохнет. С ненавистью покосилась на распроклятый унижометр. Ух ты! Синяя шкала почти заполнена! Блин, блин!
- Вставай.
Владис встал, кинул взгляд на свой градусник и уточнил:
- Раз оно наелось, значит можно раздеваться полностью, да?
- Конечно, - я кивнула и тоже встала. - Если эта зараза не висит над головой, делай так, как тебе легче!
Раздевался он, как новобранец на время - секунды за полторы. Я моргнуть толком не успела, а он уже наклонился над диваном, выставив наказуемое место в потолок. Блин… где эта дурацкая палка?

Владис:
Утром я проснулся голодный, как черт. За окном вовсю светило солнце, тускло-серое через тучи. Моросил дождик. Но на меня напала приятная уютная меланхолия, кажется, так сестра называла подобное настроение. Обычно в такие дни я предпочитал философствовать с друзьями, выпивая по кувшину вина на нос, тиская при этом сидящую на коленях девушку.
С Аленой этот номер не пройдет. Последнее - точно. Хотя…
Закрыв глаза, я немного помечтал об Алене во всяких интересных позах, да еще с доступом на потискать, и обнаружил, что… домечтался. Все равно пришло время выползать из кровати и поискать пропитания. Яичницы мне сегодня точно не хотелось.

На кухне было тихо и пусто. И, главное, никакой готовой еды. В холодильнике из знакомого - яйца. Светлым их об голову разбей - надоели уже, сил нет!
Зайдя в комнату к мышке, стащил у нее ноут. Она даже не повернулась, продолжая сладко посапывать, обняв подушку. Смешная… Анжельена. Ангел. Нет, наверное, в том значении, как это слово понимают здесь, она и правда ангел. Временами.
Усевшись на кухне, набрал в поисковике «приготовить быстро». Почему-то высыпалась куча ссылок на сайты с советами, как быстро приготовить ужин. Мне-то надо было пока еще завтрак, так что уточнил поисковый запрос. Отверг сайты с рецептами кашек для детей. Нервно дергнул глазом на яичницу и омлеты. И заинтересованно открыл рецепт блинов. Долго тупил на упоминание белков, которые надо было взбить, пока не сообразил, что речь опять же про яйца!
Закрыв рецепт, принялся искать что-то другое. Смешное слово «смузи» привлекло мое внимание, а вот то, что входило в его состав - нет. То есть как запивание еды - да, а вот как еда… Сок травы и овощей? Я что, кролик?!
Набрав «блюда за пять минут» попал на список рулетиков из морепродуктов, мяса, с икрой, с… Черти их тут всех самих в рулетики скрути… мясные! Мне бы что попроще!
Набрал «рецепты для мужчин». Мясо, мясо, мясо… картошка с мясом… мясо, мясо… макароны по-флотски?
Макароны… Как они хоть выглядят, эти самые макароны? Кинуть в кипящую воду на пять минут? И почему мы так увлеченно кукарекаем, когда есть такой чудесный продукт?

Продукт оказался не так прост, как его рекламировали. Сначала он весь слипся… от слова ВЕСЬ. В одну большую кучу. Я старательно разлеплял это нечто, стуча по нему ножиком, пока оно упорно сползалось в кастрюле обратно, в кучку. Наконец я его победил! Но передо мной встала другая дилемма. Когда эту раздолбанную кучку можно уже вынимать из кастрюли и есть?!
Я даже нашел дуршлаг - специальное сито для макарон. И прыгал с ним вокруг кастрюли, предвкушающе облизываясь.
- Чертенок, ты что делаешь? - сонно спросили у меня из-за спины.
Алена стояла в дверях розовая от сна, растрепанная, без очков и… в той самой сиреневой сорочке до колен, с кружевными вставками на груди.
- Да вот, - я гордо показал ей на побежденные макароны, - завтрак готовлю.
Мышка заглянула в кастрюлю, принюхалась. Одна бровь смешно поползла вверх, под растрепанную челку.
- Хм… а ты масло в воду добавлял? Нет? Ну ладно.
Отойдя в сторону, я все это время изучал ее, и, в итоге, довольно прицыкнул:
- Тебе идет!
- А… ой! - тут Алена вдруг подпрыгнула, уронила дуршлаг, насупилась: - Ну что за жизнь!
И убежала шуршать в комнате.
Про масло в подлом рецепте ничего не было. И вообще есть хотелось ужасно, так что я решительно взял кастрюлю и слил все содержимое в дуршлаг.
Аленка вернулась уже в халате до пят, но все такая же насупленная. Посмотрела на макароны в дуршлаге. Подергала себя за длинную прядку на виске. Подняла на меня глаза:
- Масло добавить все равно надо. А соль ты положил?
- Там было написано посолить по вкусу, откуда же я знал, сколько это? Так что решил солить, когда есть сяду.
- Не, неправильно... да фигня, я тебе потом покажу, - Аленка зачем-то нырнула в пустой холодильник почти по пояс. - Во! - объявила она победно через пару минут, выныривая оттуда с... чем-то в руках.
- Это что? - опасливо уточнил я, поглядывая на подозрительно гордую добычей мышку.
- Лук надо порезать и пожарить, - объяснила она, начиная шелушить какой-то странный круглый овощ. - А потом туда воооот... каперсы! - Торжествующее помахивание стеклянной баночкой, - а потом томатику... и будет вкусно!
- Ты уверена? - я взял лук, покрутил его в руках и отколупнул шелуху... и мне в нос ударил резкий, противный, до слез пробивающий запах. - Не! У меня на это... как его... аллергия!
- Воспаление хитрости у тебя! - хмыкнула Алена, отбирая "аллерген". - Ладно, сама порежу и пожарю, накрывай на стол! - С хитростью у меня напряженно, так что она воспаляться не может, - хмыкнул я, подозрительно принюхиваясь. - Этот свой... лук... ты ко мне не кроши. Он отвратительно воня… пахнет.
- Я сделаю, а ты потом уже пищи про запах, - отмахнулась мышь от меня. - Еще добавки попросишь!
И она действительно занялась какими-то кулинарными манипуляциями. Окончательно очистила вонючку, так что на кухне стало не продохнуть и из глаз пошли слезы, потом принялась ее резать, и тут я зарыдал по-настоящему. Только открытое окно хоть как-то помогло мне не умереть прямо там, на месте. Потом мышь покидала свой лук на сковородку в кипящее масло... потом еще что-то крошила и терла на терке, сыпала туда из разных пакетиков порошочки.
Запах в итоге изменился, стал даже более-менее терпимым. Под конец она вывалила из баночки темно-красную пасту, помешала и выключила плиту.
Вопросительно посмотрела на меня, я отрицательно помотал головой. Меня не привлекала эта странная кашица. У меня была своя. Не менее странная.
- Ну не хочешь, как хочешь, - пожала плечами Алена. - Тогда надо добавить масло и потереть сыр. Там был кусочек в холодильнике.

Сыр меня заинтересовал гораздо больше. С ним мое безвкусное макаронное нечто стало вполне съедобным. Особенно после того как я его посолил.
После завтрака Аленка радостно убежала в мастерскую, оставив на столе грязную посуду, воняющую луком доску и ножик, сковороду в странном кроваво-пахучем соусе… Это не считая кастрюли из-под макарон с остатками прилипшей к ней кашицы.
Погрустив, я понял, что шоколад в доме, фигурально говоря, закончился. Отмыл стол, вымыл посуду, слегка подмел пол, благо после Эммы Львовны квартира еще блестела и сверкала.
Посидел почитал новости… Сходил погулял на балкон. Понял, что пришло время обеда. Макароны снова не хотелось, тем более, что сыра-то больше не было.
Принялся шарить по интернету в поисках более-менее простого рецепта супа. Замахиваться на щи и борщ было страшно. От одной фразы «нашинкуйте тонко капусту» становилось не по себе. Все рецепты начинались с упоминания загадочного бульона. На бульон требовалось мясо. Мяса у нас не было.
В морозилке я нашел что-то твердое, как камень, подписанное: «Пельмени». Там же лежала упаковка «Рассольника». Я уже знал, что это суп. Нечто, проходящее во всех рецептах под кодовым обозначением «ингредиенты». Еще что-то странное и непонятное, называемое «Голубцы, полуфабрикат».
В холодильнике были яйца… и две тонкие сосиски. Остальное я бы съедобным не назвал. Ну молоко еще…
Обследуя кухню, я нашел еще мешок странных грязных овощей. Поискав похожие фото в сети, узнал, что это называется картошкой.
Почитал, что такое пельмени. Суп с ними не готовили. Но был суп с фрикадельками. Я изучил рецепты по приготовлению фрикаделек и пельменей, отличие было небольшое. Со вздохом достал пакет из морозилки, поставил кипятиться воду, а сам начал очищать пельмени от теста. Мясные катышки закинул в кастрюлю, тесто - в мусор. Помыл картошку с мылом, почистил, порезал и тоже высыпал к фрикаделькам. Хорошо, что я умел чистить яблоки… Система была примерна та же самая. А уж разрубить что-то на пять-шесть частей «кубиками» я тем более был в состоянии.
Дальше шли морковка, обжаренный лук (я даже головой потряс, изгоняя из памяти воспоминания о мерзком запахе), загадочное нечто, скрывающееся под словом «зелень» … Короче, я полез в морозилку, достал пакет рассольника и высыпал из него половину в кастрюлю. Перемешал и сел ждать положенные по рецепту пятнадцать минут. Название «рассольник» переводчик определил, как произошедшее от слова «солить», так что именно это я делать не стал.
Пока ждал, нашел рецепт самого легкого пирога, по мнению многих сайтов. На него требовались мука, сахар, яблоки и яйца. Последние точно были… Удивительно, но я нашел и остальное. Больше всего провел времени, разбираясь с духовкой. Чуть не забыл про суп. Но успел спасти его до того, как все содержимое превратится в кашу, как произошло с макаронами. Смешал в миске муку, яйца и сахар. Обнаружил подставу - «добавьте немного молока». Нашел в холодильнике молоко! Долго думал, что понимать под немного? Налил… Посмотрел на видео. Тесто там было тягучее и густое. Мое было текучее… Досыпал муки. Долил молока. Досыпал муки… Плюнул. Не в тесто.
Высыпал остатки сахарного песка, размешал, вылил на противень масло. Сверху - тесто. Посыпал тесто яблоками. Запихал противень в духовку, включил ее… Упал на стул. Есть хотелось ужасно!
Героически заставил себя подняться и пойти позвать мышь. Загнется же там, и не заметит, пока у нее вдохновение.

Алена:
Из мастерской, ближе к вечеру, меня выманили неожиданно вкусные запахи. Причем выманилась я не на вкусность, а именно на неожиданность явления. Сначала, не выныривая из процесса творчества, я вообще засомневалась - что за глюки такие странные начались. Обонятельные.
Потом отложила аметист и принюхалась целенаправленно. Нет, на глюки непохоже.
На кухне обнаружился чертенок, вид у него был одновременно голодный и довольный. Мы столкнулись в дверях, и он мне явно обрадовался. В кастрюле на плите что-то завлекательно булькало, духовка светилась аппетитно-красной подсветкой.
- А говорил, что готовить не умеешь? - удивилась я, разглядывая кухонные поверхности. В раковине пусто, и в остальном чисто… как он это сделал?
- Лень - двигатель прогресса, голод - двигатель мозгов, - почти пропел Владис, делая красивый широкий жест в сторону плиты.
Я засмеялась.
- Ты даже не представляешь, насколько ты прав! - и сунула нос в кастрюлю.
Хм… Суп. Вполне себе суп, пахнет вкусно. Только густоват немного, но это в наших обстоятельствах скорее плюс. Нда, чертенок с голодухи - гений. Вообще, про голод и мозги он трижды прав. У меня Лешка вон все умеет. Поныв неделю и сообразив, что с чокнутой на камушках сестрицей каши не сваришь, тоже всему научился.
Я хмыкнула, вспомнив забавный момент. Это когда Лешка в очередной раз пришел стонать над душой, как самое голодное в мире приведение. Я, поймав его за лапку, притащила стональца в кухню. И задала коварный вопрос: «Есть хочешь?»
Полюбовалась тем, как он подпрыгивает и кивает так, что голова вот-вот отвалится. Как сглатывает обильные слюнки. И вручила отроку половинку сырой курицы, сетку с картошкой, морковкой и луковицей. Тоже сырыми и нечищеными, само собой. Его мордель надо было видеть!
Ничего, я в тот вечер мужественно съела все подгорелое и недоваренное, и похвалила перемазанное нечто от всей души. И даже немного помогла отмыться. Ему. А кухню на третий день он сам стал мыть, когда чистая посуда кончилась, а новоявленный повар поскользнулся то ли на картофельной очистке, то ли на пролитом масле…
Так что Владис - гений кулинарии. Что я ему и сообщила, еще раз понюхав суп и доставая из шкафа тарелки. Красивые, любимые, ради такого случая.
Новоявленный повар, сияя, как пятак на солнышке, гордо раскачивался на стуле, внимательно следя при этом за моими манипуляциями. Пока я накрывала на стол - ну хоть м-а-аленький кусочек совести надо использовать, тарелки расставить и хлеб нарезать я способна без напряжения всех сил - прозвонила духовка. В ее пышущих жаром недрах обнаружилась… шарлотка с яблоками. Аа-а-афигеть! Он не просто гений, он… бог!
Слова у меня кончились, так что бога одарили восхищенным взглядом. Бог засветился ярче.

Суп и правда оказался вкусным, настолько, что только доедая последние ложки, я вдруг заинтересовалась:
- Слушай… а из чего ты его варил? И фарша у меня вроде не было?
- У тебя упаковка какого-то рассольника была в морозилке. А фарш в суп не надо, - с видом знатока, объясняющего элементарные вещи, выдал чертенок. - Суп делают на бульоне. А бульон - на мясе или фрикадельках.
Рассольник я вспомнила. В остальном заинтересовалась еще сильнее:
- Теоретически я тоже хорошо подкована, - хмыкнула я. - Только мяса не было… и фрикаделек тоже? - это я точно знала, и теперь косилась на последнюю фрикадельку в тарелке с подозрением. Она была странной формы, приплюснутая, и что-то смутно напоминала…
- Фрикадельки я сам сделал, - гордо объявил Владис. - Из пельменей.
Я уронила очки. Опять. В остатки супа. ЫЫЫЫ!!! С такой жизнью придется переходить на нелюбимые линзы… они, надеюсь, даже от такого дикого ржача в суп вываливаться не будут. Если только вместе с глазами.
Чертенок смотрел на меня с подозрением, пытаясь понять, с чего бы это я так развеселилась.
- Ты неподражаем! - всхлипнула я, вылавливая заляпанные фрикадельками очки. - Добывать мясо на суп из пельменей… ох… только ты мог придумать!!!!
- Можем вечером сходить в магазин, и ты покажешь мне другие способы, - хмыкнул Владис.
Я сквозь смех отметила, насколько быстро он прогрессирует. Что они там сто лет с ним делали, уроды?! Несколько дней нормальной жизни, и ребенок не только суп варить научился, но и на подколки уже реагирует спокойно, а не бежит хлопать дверью с такой моськой, словно ему петарду в одно место воткнули и уже подожгли.
- Пошли сейчас? - предложила я, вставая и от души чмокая героическую личность в нос. Как Лешку. - Чертенок, ты мой герой, честно! Пошли?
Владис вдруг засмущался, мило порозовел и, буркнув: "Да ладно... чего уж", быстро сбежал в коридор одеваться.

И мы пошли гулять. Ну и по магазинам. Погуляли с пользой, я умирала со смеху, глядя, с каким неподдельным интересом чертенок исследует недра супермаркета.
Мимика у него очень живая, и наблюдать, как он сначала сует нос в контрабандно надорванный пакетик специй, а потом, отпрянув, яростно чихает на весь отдел, так что перец и прочие корицы разлетаются с полок веером, было непередаваемо весело.
Контейнер с луком в овощном отделе он, как заправский кошак, обошел по широкой дуге. Скептически пошевелил носом на тепличные помидоры. Длинный, бледный огурец явно вызвал у товарища какие-то свои, неведомые, но не слишком аппетитные ассоциации, потому что ЭТО он даже нюхать отказался.
Походив кругами, Владис остановился возле контейнера, где валялись неупакованные маленькие аппетитные огурчики, схватил сразу горсть и посмотрел на меня:
- Вот! Эти хоть пахнут нормально!
- И стоят соответственно, - хмыкнула я. - Берем. Только не весь контейнер, ладно? - остудила я чертячий энтузиазм. - Вон там пакет, возьми.
Помидоры, удовлетворяющие его кошачье величество, он в итоге тоже нашел, где-то в дальнем углу, куда я вообще никогда не доходила. Как ни странно, стоили они намного дешевле тепличных и пахли настоящими помидорами.
Апельсины он изучал долго, подозрительно принюхиваясь, перебирая, но в итоге только брезгливо не потряс лапкой. Точнее потряс - и вытер пальцы протянутой салфеткой, а то о себя обтереться воспитание не позволяло, а запах ему активно не нравился.
Радостный, почти детский восторг вызвали яблоки и бананы. Последних он набрал столько, как будто только ими и собирался питаться следующие несколько дней. На мое замечание, что грузовой черт у нас только один, я работать верблюдом отказываюсь, радостно закивал и нашел стеллаж с зеленью. Хорошей. Взяли понемногу травок, тех, что понравились кошконосику.
Я еще раз подтвердила ребенку, что он исключительно героическая личность, чем спровоцировала новый приступ поискового энтузиазма.
В результате мы нашли отдел с колбасами и сосисками. Чертенок завис. Видимо, противоречие между тем, что он видел, и тем, что чувствовал его нос, дезориентировало кошачью натуру напрочь.
Он прошел вдоль стеллажей туда и обратно, выбрал самые "мясные" сосиски и, разложив вокруг себя три вида ветчины, принялся сверлить взглядом каждую упаковку по очереди.
- Тут нет той, что я ел в первый день, - горестно выдал он в итоге.
- Я бы это тоже есть не стала, - согласилась я, в свою очередь изучив наклейки. - Смотри сюда… видишь, написано: «состав». И много-много всяких непонятных названий. Так вот, те, которые непонятные, они еще и несъедобные. Если в составе попадаются, лучше не есть. А то нынче генные эксперименты в моде. Сам не заметишь, как от такой колбаски или нос отвалится, или щупальце отрастет на каком-нибудь незапланированном месте. Пошли лучше мясо посмотрим?
На слове "мясо" в чертячьих глазах снова запылали энтузиазм и готовность к подвигам.
Очень быстро угаснувшие в мясном отделе. У чертеича было такое несчастное мордулье, словно он обманулся в самом дорогом.

Фарш он скептически обнюхал и диагностировал, что ЭТО умерло дважды и потом его еще и переварили, и упаковали. И вообще, он гордый хищник, а не презренный падальщик. Тухлые кишки не ест!
Потом их хищное величество долго изучал витрины. И как апофеоз действа, решил довести тетенек на расфасовке до нервного срыва. Требуя отрезать ему вот столько от этого кусочка, нет не с этой стороны, а с другой, да, а теперь вот от этого, я не силен в ваших единицах измерения, но с три моих пальца, да, а теперь вон от того... а с середины вырезать можно? нет? тогда вот от того... тоже на три пальца.
Если бы не водопад чертячьего обаяния, нас бы точно побили, а то и провернули… на фарш.
Ну, и на пути к кассе нам попался молочный отдел. Правда, здесь мы не задержались. Я пресекла энтузиазм кошачье-чертячьего повара, ткнув пальцем в первую попавшуюся этикетку с перечислением кучи «несъедобных» всякостей, и в надпись кокетливым мелким шрифтиком: «заменитель молочного белка».
Чертенок, до глубины души шокированный коварством псевдомолочки, обвел ярко-расцвеченный красивыми упаковками отдел несчастными глазками. Нашел в глубине витрины мятый серо-голубой пакетик и жалобно посмотрел на меня.
- Молока хочу, - тоскливо протянул он. - У вас тут есть вообще нормальная еда? Я так зачахну.
- Молока мы тебе в другом месте купим, настоящего! - твердо пообещала я, но мятую упаковочку в корзинку бросила, там хоть «заменителя» не значилось. - А к остальному… ну, мы привыкли. Все так живут. Зато если враги решат нас химией потравить, обломятся! Съедим и добавки попросим.

На кассе он внимательно пронаблюдал за всеми манипуляциями, проследил, сколько денег было заплачено, сколько осталось в конвертике. Пошевелил кошконосом на пластиковую карточку в руках у следующего покупателя. Долго исследовал чек. По-моему, даже на зуб попробовал, но не уверена.

Удобная корзинчатая тележка была оставлена на выходе (пришлось объяснить, почему), и дальше Владис шествовал нагруженный, как три китайских кули сразу. Мне пакетов не досталось, и рюкзак тоже отобрали. Думаете, я сопротивлялась? Щаз!
Домой мы шли дворами, а не по бульвару. И заодно навестили неказистый железный ларек с полустертой надписью «молоко».
Где и купили три литра… молока. Наверняка обезжиренного через сепаратор, но НАСТОЯЩЕГО! А также килограмм творога и баночку настоящей сметаны, свежей, а потому жидкой, как сливки, и восхитительно сладковатой.
Банку я эквилибристу с сотней пакетиков не доверила, несла сама.

Пока чертенок колдовал в кухне, распихивая запасы по сусекам, изредка прибегая за консультацией, я опять устремилась в сиреневые лабиринты заветного аметиста. И пропала там на несколько часов. Но! Я предусмотрительно установила таймер на телефоне, и тот заорал, ровно в десять вечера, самую противную оралку, какую я нашла.
Поскольку голосил он с верхней полки над дверью, до которой без табуретки не достать (ну себя-то я хорошо знаю!), я на все сто процентов вынырнула из творчества в реальность.
И пошла проверять чертячий градусник. Так-так-тааак. Интересненько. Обе постоянные шкалы на месте, но вот забавно, столбики сегодня заметно выше нулевой отметки. Хотя до верху, конечно, далеко… а третья шкала, вопреки смутным надеждам, ехидно скалила зубастую разметку с уровнем, опущенным ниже нижнего. Сволочь!
- Чертено-ок?! - позвала я, выглядывая из бывшей гостиной. - Ты где?
Чертенок обнаружился на балконе, причем исключительно благодаря интуиции. Так тихо он там сидел.
- Владис, там твой градусник созрел, - вздохнула я, накидывая на плечи притихшего кошарика подхваченный со стула плед. А то холодно. - Хочешь, посиди еще пол часика и приходи, ладно?
Чертенок вынырнул из каких-то своих дум и помотал головой:
- Нет, уже не то будет... Как будто меч приставили, но пока не воткнули.
Встав, приоткрыл дверь балкона и подождал, пропуская меня вперед. Такое впечатление, что я за последнее время сильно поднялась в его глазах. По крайней мере, ко мне стали относиться как к... женщине... а не к нечту женского пола, заметно ниже по положению.
В комнате я нерешительно остановилась. Чем дальше, тем больше вся эта долбанная «воспитательная» профилактика мне не нравилась. Ни хрена она не воспитывает! Воспитывают совсем по-другому… и последние несколько дней - лучшее тому доказательство.
- Может, давай мы сначала с… самым болючим разберемся? А относительно… мммм… остальное потом?
- Вот уж нет, - вспыхнул Владис, и миадерпиан, поставленный мною на самое видное место, в центре стола, радостно запиликал, сообщая, что "слопал" порцайку унижения. - Не хватало еще перед тобой драной задницей крутить! И так-то... А еще, порка после оргазма больнее, чем наоборот. А значит, меньше времени понадобится...
- Блин, тонкости какие, - пробурчала я себе под нос. - Вот уж не знала. И дальше бы жила прекрасно в счастливом неведении. Знаешь… вот что. Давай так. Ну не нравится мне делать с тобой все эти… гадости, да еще так, чтобы совсем тебе фигово было. Где можно, давай сглаживать. Вот с этим… - я скривилась и ткнула пальцем в стеклянную пирамидку. Владис, оказывается, уже вынул ее из шкафа, вместе со смазкой. - Давай… хоть это сделаем так… чтобы тебе… ну… ты понял?
Вообще, сама идея мучить кого-то не в наказание, а просто так… ну, за что-то неведомо прошлое или необязательно будущее, казалась мне дикой. Но тут уж… Отдавать чертенка крылатым живодерам мне не хотелось точно. Лучше я потерплю его «нестандартные условия содержания» и вообще присутствие в своей жизни… Кстати! Я вдруг с некоторым даже недоумением осознала, что Владис вовсе не мешает мне, как все остальное человечество, будучи пристроенным на уютной маленькой МОЕЙ территории. Как-то он… вписался. Почти как Яшкин…
Тут мою задумчивость прервали.
- Слушай, я ценю, и все такое, - чертенок вроде бы улыбался, только глаза были грустные. - Но с таким настроем, как у тебя сейчас, мы каши не сварим, - усмехнувшись, он положил смазку и пирамидку на диван и повернулся ко мне: - Я себя чувствую так, как будто тебе навязываюсь. Дурацкое ощущение, если честно, - миадерпиан довольно подтвердил, что да, дурацкое, но такое вкууусное, прям тирлим-пирлим. - В прошлый раз хоть как-то все начиналось не так... Хаискорт! А сейчас все это больше всего на процедуру какую-то похоже... тест, обследование, не знаю... на что угодно, только не на прелюдию к сексу!
Я беспомощно пожала плечами.
- Ну… для меня ВОТ ТАК это вообще не… того самого. Даже не похоже. Только давай без гипнозов! - предупреждающе отгородилась от чертенка ладошкой. - Вот что. Раздевайся и залезай на… диван. А то на полу вообще ненормально. А я… попробую настроиться, что ли…
Дурдом. Настроиться. На что? Он прав, я воспринимаю все это странное действо как необходимую медицинскую процедуру, навязанную мне неизвестными «врачевателями», чтоб у них вся их крылатая медицина стала через это место!
Так, сосредоточимся. Вспомним. Чертенок красивый, когда голый? Красивый. Гладить приятно? Да-а. Вот с этого и начнем.
Подошла к этому самому необычному котофеичу на свете и… погладила.
Владис широко распахнул глаза, моргнув длиннющими ресницами, пока я гладила его по плечу. Потерся, как кот, об мою руку, пока я подушечками пальцев проводила по его щеке. А потом я зарылась пальцами ему в волосы, а они у него густые и необыкновенно мягкие, просто блаженство... обоюдное! Чертенок, зажмурившись, наслаждался, чуть приоткрыв губы, пухлые, манящие...
Так, девушка. Не увлекайтесь! И вообще, есть у меня подозрение, что кто-то тут опять мухлюет.
- Раздевайся, котенок, и на диван, - я отступила на шаг.
Глаза снова широко распахнулись, на лице промелькнула тень улыбки.
- Мя-я-яу, - подмигнул мне чертенок, стягивая с себя футболку, медленно, то выдвинув вперед бедро, то поведя плечом.
А я… смутилась, потому что оговорка была совершенно непреднамеренная. Само вырвалось. Но с другой стороны, мозги мне никто не туманил, чертокотич просто кокетничал, явственно сбивая меня с «медицинского» настроя, и я его понимала. Пусть, в таком настроении он мне… больше нравится, и вообще… главное, самой не поддаваться.
Стянув футболку, котен...тьфу... чертенок оттянул резинку от штанов, запустив под нее оба больших пальца, снова посмотрел на меня, склонив голову чуть набок, хитрющим таким взглядом, как будто я не каждый вечер любуюсь тем, что под этими штанами скрывается.
Улыбнулся и резко спустил штаны вниз, вместе с трусами, тут же быстро откинул их, заодно освободившись от носков. Потом, опустившись на диван, встал на четвереньки, повернулся ко мне и снова издал протяжное: "Мийяу!".
- Очень похоже! - подбодрила я, стараясь не смеяться. Мяу-котье представление чуть сбило градус соблазнительности, как ни странно. Котика можно погладить, но не… да.
Я присела на диван рядом с ним и провела ладошкой вдоль позвоночника.
Чертенок выгнулся, прогибаясь в пояснице. Потом улегся набок, ко мне лицом, накрыв своей рукой мою, лежащую у него на спине. Его пальцы принялись нежно поглаживать мои... удерживая и лаская одновременно. А он взглянул на меня, все еще улыбаясь, но при этом серьезно так:
- Помнишь, главное - это твое удовлетворение, причем можно и моральное... а можно просто физическое. Хочешь?
- Э-э-э… - я попыталась отобрать конечность, которую кошак самым коварным образом «намотал» вокруг себя, подобравшись опасно близко со своими неприличными предложениями.
- Знаешь… мне моральное больше нравится, - я сделала честные глаза. - Правда-правда, вот когда ты… я сразу очень морально удовлетворенная делаюсь, прямо вся! Давай уже приступим, а то мне не терпится… морально удовлетвориться.
- Не хочешь, значит? - недоверчиво посмотрел на меня Владис и скептически хмыкнул: - В тебе хитрости еще меньше, чем во мне, - при этом притягивая меня к себе еще ближе, очень нежно и аккуратно. Елки-иголки, эта эквилибристика на грани соблазнения меня до нервного припадка доведет, рано или поздно. Я же не железная, но я НЕ МОГУ! Это… не знаю, как ребенка изнасиловать. И не потому, что он этого на самом деле хочет, а потому, что ему деваться некуда. Нет. Сделать так, чтобы эта унизительная процедура доставила ему хоть какое-то удовольствие, я могу. И я действительно почувствую самое настоящее моральное удовлетворение по этому поводу. Но получать удовольствие самой, пользоваться его… неволей? Еще раз и еще - НЕТ.
А «ребеночек», тем временем, изогнувшись, как змея, потерся щекой о мое бедро. Потом приподнял голову и опять мяукнул. Улыбнулся, и снова опустился передо мной на четвереньки.
Я чуть напряженно улыбнулась в ответ и потянулась за «пирамидкой».

Опубликовано: 05.11.2014

ЗАЖГИ ЗВЕЗДУ!

Зажги звезду (уже зажгли 70 человек)
Загрузка...

 

« предыдущаяследующая »

На плюшки музам и на хостинг сайту:
(указывайте свой емайл!)


Яндекс.Деньгами
Банковской картой

Не будь жабой! Покорми музу автора комментарием!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Чтобы вставить цитату с этой страницы,
выделите её и нажмите на эту строку.

*

Музу автора уже покормили 32 человека:

  1. М-дяяяя…. Вот это вот щас были лучшие приключения в походе по магазинам. А вообще… Черт, вы хоть понимаете, как трудно это комментировать, чтобы при этом не страдала совесть из-за того, что и другие авторы этого сайта тоже заслуживают всяческих похвал? Типа ненароком кого-то обидеть не хочется, хотя никто не обижается, но блин, неловко…

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  2. Мужчины очень странные существа. Но вот когда говорят, что они до пенсии остаются детьми, то это не совсем верно. Нет есть и такие. Однако чаще в мужчине одновременно живёт и взрослый человек и мальчишка. Как говорится — 2 в 1. ))) У меня муж и двое взрослых сыновей. Муж серьёзный надёжный, но порой такой пацан в нём просыпается, просто диву даёшься. А сыновья росли разгильдяи, всё хиханьки да хаханьки. Но что из них настоящие мужчины получатся поняла уже в раннем их подростковом возрасте, когда неожиданно для меня продемонстрировали абсолютно зрелые поступки и рассуждения. А через пару дней вновь — балбесы балбесами. ))

    Оцени комментарий: Thumb up 0

    • Да-да, именно так! Они не дети, просто в них живет вот эта раздвоенность, с детства и до самой старости. Могут в 8-10 разумно и обстоятельно «чисто по-мужски» рассуждать и действовать, но это им не помешает в 70 запускать вертолетик и подпрыгивать вместе с внуком или вылить на пляже на жену ведро воды, или паучка запустить, чтобы смешно повизжала… Пацаны редкие) Всю жизнь =)

      Оцени комментарий: Thumb up +1

  3. Какая глава поучительная! А фрткадельки из пельменей- это нечто:))) ну и жалко чертика с Аленой — никакой жизни из-за этого градусника…

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  4. )))))))))))))]))))))))))))))))))))))]))))))))))

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  5. С каждой главой становится все уютнее и уютнее, даже эти ежевечерние экзекуции кажутся нереальными…

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  6. Второй раз не могу дочитать ,хотя эпилог прочла,но не могу.

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  7. Готовка, по наитию, это что-то))) Похрюкивая на кухни, чуть не упала под стол))) Спасибо

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  8. супер

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  9. Забавно наблюдать, как у чертенка совесть просыпается. Хотя я бы даже назвала это не столько совестью, сколько неравнодушием. Совесть — он всеобъемлющая. А мне почему-то кажется, что такого внимания удостоится только Алена. Все остальные могут не рассчитывать. )))

    Оцени комментарий: Thumb up +1

    • В точку!!! Абсолютно верно:))))) Ну мало у человека совести, ну не выросла… или отвалилась где-то. Только на Аленушку и хватает, да и то не всегда!:))))
      Ну ничего, или подрастет, или растянется, надеюсь:))))) Чтобы хоть на несчастную хозяюшку хватало все время:)))))

      Оцени комментарий: Thumb up +1

  10. Спасибо большущие за продолжение!
    Очень нежная, теплая и домашняя глава получилась.))

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  11. Мороженка-то как захотелось! И так обидно, как будто это у меня чертеняка из-под носа все ведро съел. И жаль его. При простуде и так все тело ломит, дык еще и поротый. Мальчишка. Вот не воспринимаю я его как мужчину, ведь мужских поступков нет, поведение детское. Хочется, чтоб что-нибудь более зрелое в нем прорезалось, должно же что-то быть, в глубине души… ведь уж не первую сотню лет живет. Правда, в любовных романах тысячелетние вампиры, к примеру, всегда ведут себя по-детски нелепо, так что это почти что закон жанра))

    Оцени комментарий: Thumb up +2

    • Ну, Алена его тоже все никак мужчиной не воспринимает, даже в те моменты, когда чертяка весь такой из себя сексуаааальный и все такое:))))) Она его видит мелочью, и на сексуальность пока одна реакция: «чур меня!»:))))))))
      С мороженкой смешно — и продукта жалко, и чертенка, а Аленку:)))))

      Оцени комментарий: Thumb up +1

  12. вот правильно его за мороженное выпороли! я б вообще прибила! прямо на больную мозоль сюжетик попал! неужели трудно было хоть немного девушке лакомства оставить! спасибо, хоть не сказал коронной фразы многих «оно же пропасть могло!». Как я Алену понимаю и поддерживаю! еще и сладкого лишить на неделю! и лечение по полной программе: горчичники, банки, ноги в горчице парить, над вареной картошкой под одеялом дышать, чтобы «проникся», свиненыш этакий! совесть у мальчика уже просыпаться начала, но заботливое лечение способствует мышлению в направлении:»да лучше бы я вообще не ел его (не ходил без шапки/не искал приключений на попу/не катался на льдинах/не ходил по темным подворотням в плохом районе реди ночи/и проч…), чем теперь терпеть такие мучения из-за собственной глупости! и даже винить кроме себя некого!»

    Оцени комментарий: Thumb up +1

    • Смешно, что Аленка на него осерчала даже не столько за перевод в ноль ценного продукта, сколько за то, что балбесина глупая, хрипит теперь, и болеет!
      Не, и мороженки, конечно, жалко… вкусная была! Но вредина ушастая с простуженным горлом — это вообще ни в какие ворота!:)))) вот и рассвирипела:)))))
      Спасибо за шикарный коммент!:))))

      Оцени комментарий: Thumb up 0

  13. бедный чертик, что ж так ему не везет? мало светлых, так еще и наши микробы его грызут) поскорее бы выздоровел)глава очень понравилась)чертенок в полосатых носочках впечатлил) как и все остальное)спасибо)

    Оцени комментарий: Thumb up 0

  14. Супер! А мужчина с кашлем-это практически труп…. Да еще и поротый…. Даже жалко маленького…

    Оцени комментарий: Thumb up 0