Мендоса — 3

11.

Дневной аэробус был наполовину пуст. Те, кто спешил на работу, уже разъехались, те, кто отдыхал, в основном оставались дома.
Кадна нервничала и, чтобы как-то занять себя, принялась разглядывать немногочисленных попутчиков. Они ей не нравились. То ли усталые, то ли не в настроении, то ли, в самом деле, некрасивые. И это при современном уровне коррекции внешности! Наверное, у них нет достаточно денег. Прямо как у неё – школу закончила, в вуз пока не поступила, хоть стипендия была бы…
Впрочем, вон там виднеется исключение – мужчина, выше толпы на целую голову, статный, с выразительными, чёткими чертами лица. Тайрианин. Генетически жители Хинн-Тайра подобны людям, только выше ростом и гораздо красивее. А цивилизация их намного старше…
Нет, так нельзя, осадила девушка сама себя. Нельзя заглядываться на других мужчин, когда уже полюбила одного, вполне конкретного.
Аэробус приземлился неожиданно. Оказывается, Кадна уже приехала.
Девушка подхватила рюкзачок, не оглядываясь, выбежала из салона гравимобиля и пошла по дорожке, замощённой пружинистым металлобетоном.
Свежий ветер качал ветви деревьев под высоким ослепительным небом, нёс одуряющие ароматы цветов. Кадна не замечала окружающей красоты. Она шагала всё медленней и, наконец, остановилась перед высокими массивными воротами ограды, окружающей сад и знакомый особняк.
Ворота среагировали на облик или на глазную сетчатку, торжественно открылись автоматически.
Кадна взяла наизготовку газовый баллончик и вошла. Жаль, что на оборонительное оружие посерьёзней надо получать разрешение. Например, на парализатор. Да и стоит он дорого.
Сад под силовым куполом, без птиц и насекомых, с недвижными кустами и деревьями, вызывал опасения, но, в то же время, царящая тут полная тишина позволяла легко улавливать подозрительные звуки.
Девушка пошла вдоль дорожки, по траве, прячась за кустами. Она держала баллончик на вытянутой руке перед собой, то и дело поворачивалась во все стороны и, не моргая, до рези в глазах и слёз ручьём, вглядывалась в заросли. Как в кино.
За деревьями никто не поджидал, чтобы внезапно наброситься.
Невозможно вечно бродить на цыпочках по саду, да и глупо, в конце концов. Кадна приблизилась к ступеням входной лестницы, хоть и далеко не сразу. Некоторое время стояла, приглядываясь и прислушиваясь. Потом устало вздохнула, решилась и поднялась к дверям особняка.
Двери мигнули бледным глазком видео-камеры, пискнули и распахнулись.
Холл внизу был пуст, спрятаться тут особо негде. Однако, это ведь ничего не значит, правда? Укрытие может быть за раздвижной панелью. Но из стен, к удивлению девушки, тоже никто не выскочил…
Она обошла весь огромный дом, не обнаружила ни единой живой души, устала, точно ездовая собака, и даже задыхаться начала, оттого, что нервничала. Мимоходом выбрала комнату, самую маленькую, привычного размера, вещи раскладывать не стала. Ощутила, что зверски хочет есть, и так и пошла разыскивать кухню, с рюкзаком за плечами и баллончиком наготове.
Кухня обнаружилась на первом этаже, огромная, по меркам Кадны, с отдельной дверью для выгрузки подвезённых продуктов, с мини-лифтами, с помощью которых доставляют приготовленные блюда на верхние этажи, с несколькими плитами и холодильниками, множеством шкафов, шкафчиков, полочек…
Кадна бегло осмотрелась и вздохнула, не зная, хотелось бы ей распоряжаться таким обширным хозяйством, с которым наверняка много возни, или не хотелось бы. Девушка открыла ближайший холодильник, высмотрела прозрачный пластиковый контейнер с роллами, взяла его подмышку.
Дверь подсобного помещения открылась, и кто-то сделал шаг в кухню.
Кадна высунулась из-за дверцы холодильника и нажала на кнопку баллончика, целясь в лицо. Она жала на кнопку до тех пор, пока не закончился заряд газа, и яростно кричала на весь дом.
А потом увидела, что это робот-официант.
И тут же, кашляя, была вынуждена со всех ног сбежать из кухни.
Хорошо, что хоть какую-то еду успела взять.
Взвыл сигнал тревоги, засвистели воздушные насосы. Мендоса богач, и у него так называемый «умный» дом. Хорошо хоть, автоматики по минимуму, и роботы на каждом шагу под ногами не путаются.
Кадна вихрем пронеслась по коридорам, влетела в выбранную получасом ранее комнату, бегом подтащила к двери массивный комод, проверила запоры окна, уселась на кровати. Тяжёлое дыхание девушки было единственным звуком, который нарушал мёртвую тишину.
Она не знала, сколько времени просидела, замерев и насторожённо прислушиваясь. Сигнал тревоги давно смолк, должно быть, газ из баллончика рассеялся.
Кадна захотела пить, сообразила, что забыла взять на кухне воду. Осмотрела комнату, обнаружила мини-бар, нашла в нём минералку и обрадовалась. Потом поняла, что чувствует себя глупо. В дверь комнаты никто не ломился. Похоже, в доме и в самом деле никого, кроме неё, нет. Сколько можно сидеть за дурацкой баррикадой и бесполезно тратить драгоценное время вместо того, чтобы искать информацию?
Девушка с трудом отодвинула от двери комод и вышла.
Призрачно-бледные глаза следящей автоматики провожали её по всем полутёмным коридорам, стук каблучков звучал, словно кастаньеты в неуверенных руках.
Кабинет Мендосы оказался заперт. Как и некоторые комнаты. Сердце будто окатило холодной волной. Ну, разумеется, этого следовало ожидать, а ты что думала?
Списки работников экспедиций, студентов, слушателей лекций – насколько это личная информация?
Кадна побежала в библиотеку.
Книги, которыми были заполнены несколько залов, сейчас её не интересовали. Материалы располагались не так, как в городских библиотеках, а по системе, удобной хозяину. Девушка бродила между стеллажей и шкафов, пытаясь понять эту систему.
Вскоре Кадне стало дурно от духоты, она сдалась и побрела в зал с портретами, а там уселась на пол и принялась смотреть. Взгляд молодого человека со стереоскопического овала, казалось, проникал в самую душу. Где же искать тебя?
Портрет, конечно, можно заснять на унибук и вбить в поисковик галактической сети. Ага, и выдаст оный поисковик несколько миллиардов результатов среди населения всех земных планет-колоний…
Растерянная Кадна вернулась в комнату и всю ночь просидела на кровати, боясь заснуть, чтобы её не застали врасплох.
А если за одной из запертых дверей всё-таки прячется… кто-то?

12.

Утром Кадна поднялась в одну из башенок проветриться. Голова кружилась с непривычки после бессонной ночи, девушка чувствовала себя как-то… потусторонне, что ли. Но напрасно она понадеялась освежиться на ветру, купол силового поля накрывал всё имение, и в круглой беседке с колоннами на вершине башенки был такой же спёртый, неподвижный воздух, как в доме.
Кадна с усилием вздохнула, повертелась во все стороны, осматривая сад и лесопарк с высоты. Неожиданно девушка почувствовала себя лучше. Тёмное море древесных крон со светлыми пятнами осенней седины и нежные переливы утреннего неба словно придали ей сил для дальнейших поисков, внушили надежду.
Надо было сразу подумать, как следует, а не метаться по дому безо всякого плана. Кадна сначала засмеялась, а потом принялась ругаться на себя вслух. И так, ворча, побежала вниз по лестнице.
Вот курица! Воистину от любви глупеют! Сначала потратила уйму времени на научную библиотеку, потом зависла в ступоре перед портретом, тьфу… А между прочим, к каждой секции мендосовской выставки примыкает комната с материалами, подобранными по соответствующей теме или периоду. Нужные сведения должны быть рядом с залом, где висят портреты!
Сфотографированную картинку можно вбить в локальную, домашнюю сеть, во всех помещениях выставки есть компьютеры.
Это же элементарно! Почему ей сразу в голову не пришло? Дура, столько времени потеряла! А если прямо сейчас явится Мендоса? А она ещё ничего не нашла и даже близко к следу инфы не подобралась!..
Трясущиеся пальцы не попадали по виртуальным кнопкам голографической клавиатуры. Перед глазами мелькали кадры, схемы, цифры.
Забавно, насколько переменчива судьба. Не увидела бы она, Кадна, этот портрет, так сейчас бы размышляла, как удрать вообще от всех, и от матери, и от Мендосы, прямо на улицу, в никуда. С большой вероятностью, что попросту пропадёт, потому, что выживать не умеет…
Нашла. Рассмотрела номер ящичка и номер носителя. Деревянный короб выпал из рук, кристаллы рассыпались. Кадна опустилась на колени и поползла по полу, собирая блестящие горошины, которые разлетелись по всему залу.
Вот она, нужная. Девушка вставила кристалл в гнездо проектора и застыла перед экраном.
Это был стереоскопический, объёмный фильм. Отрывочный, темноватый, без звука. Снимал кто-то не очень умелый.
Руины, палатки, разгрузка имущества. Видео-отчёт какой-то экспедиции. Пейзажа мало, нельзя понять, что за планета. Великий Космос, вот и Он! Готовит что-то на походной плитке, помогает разгружать вещи… Как движется! Плавно, легко, грациозно! Пока что держится спиной или вполоборота, но это точно Он!
У Кадны сладко забилось сердце, в груди разлилось ощущение тепла, радость заполонила сознание. Нашла! Сама нашла, без посторонней помощи!
На экране тем временем развели костёр, ветер трепал языки пламени, искры летели в ночное небо. Бородач с гитарой присел на рюкзак, тронул струны. Как жаль, что видео без звука!
К Нему подошла девушка, пригласила на танец. Ревность кольнула сердце, Кадна придвинулась к экрану вплотную. Блондин галантно подал девушке руку, они закружились на фоне летящих искр, словно под фейерверком, переходя из света во тьму и обратно. Ветер развевал платье девушки и длинные, ниже плеч, волосы статного мужчины.
Кадна только теперь заметила значки в углу экрана – видео было заснято в нескольких вариантах. Дома у Кадны самый дешёвый проектор, фильмы можно смотреть только стереоскопические или очень старые, плоские. Но здесь…
Кадна поколебалась и включила голографический режим, развернув трансляцию на весь зал.
Стены исчезли, вместо потолка появилось высокое тёмное небо с незнакомыми созвездиями, огромный костёр был совсем рядом. Только не грел. Пару раз девушка посетила голографический кинотеатр и тогда не увидела в подобных фильмах смысла. Ну, можно оказаться внутри кадра, проходить сквозь движущиеся фигуры. И что?
Сейчас смысл был. Кадна вскочила, побежала вперёд, забыв о мебели в зале, но, как ни странно, ни на что не налетела. Заглянула в лицо, испытала отчаяние. Прекрасный мужчина был совсем близко, смотрел, казалось, ей прямо в глаза и в то же время сквозь неё. Можно протянуть руку, но нельзя коснуться, можно сказать что-нибудь, но это бесполезно. Он не услышит, не ответит.
Она дождалась начала танца, встала на место девушки, заслонив собой светящуюся стройную фигурку. Он подал руку ей, Кадне, обнял за талию её, а вовсе не ту, призрачную. Кадна закружилась внутри голограммы. Движения не совпадали, объятия не ощущались. Грудь словно стиснули металлические обручи, воздух стало слишком мало.
Попасть в такт помогла бы музыка. Та шаманская мелодия с переливами, в ритме вальса. Нет, не надо её включать, потому что больно. Потому что иллюзия…
Кадна нетерпеливо досмотрела до конца. Там ещё была шутливая драка на старинных мечах, победил, разумеется, Он. Почему разумеется? Потому что Кадна была уверена в этом. Он победил и подал руку противнику, помогая подняться с земли. Он добрый. В отличие от Мендосы.
Потом Он читал в палатке книгу, язычок свечи плясал на сквозняке, по тонкому задумчивому лицу скользили отблески и тени. Голова у Кадны кружилась от кажущейся близости и одновременной недоступности. Бешеное нетерпение кипело в крови.
Где Он?!! Как Его отыскать?!
В конце фильма неожиданно не оказалось титров. Текстовый файл на кристалле тоже отсутствовал. Кто снимал, кого снимали? Видео Кадна нашла, а о самом человеке снова ничего не узнала.
С чего она взяла, что это человек? Конечно, известно, что Мендоса брал в экспедиции только людей. Но даже если это инопланетянин-антропоморф, он ведь слишком красив и тем самым больше похож на тайрианина, чем на земного мужчину… Что с того? Он лучше всех.
В Галактике сотни земных колоний, их населяют миллиарды. Ещё больше планет с антропоморфными цивилизациями. Найти кого-то по сети просто так, без точных сведений, без имени, только по фотографии – нереально.
Где же Диана с информацией от брата-полицейского?
Девушка выключила проектор, положила кристалл в карман, с тоской посмотрела на портрет и побрела вон из зала. Мертвенные глаза видео-камер проводили её до дверей тяжёлыми взглядами. Домашняя автоматика бдит. Ну и пусть, всё равно.
Болели глаза, к ним подступали слёзы. Болело сердце. Голова кружилась от усталости, силы иссякли. Кадна, чувствуя себя невменяемой, поплелась наверх, к спальне. Воспалённые глаза видео-камер провожали неудачливую шпионку по всем коридорам.
В комнате она присела на кровать, плотно закуталась в одеяло, включила музыку, чтобы отдохнуть и подумать.
Мягкий, низкий, мужской голос запел в наушниках, выводя трели под ритмичный, глухой бой барабанов и струнный звон. Кадна ни разу не слышала, как поёт Мендоса, и не знала, умеет ли он вообще петь. Но голос шамана почему-то показался ей очень похожим на голос хозяина особняка.

13.

Кадна вырубила древний напев, спрыгнула с кровати.
Надо позвонить домой. И, кстати о птичках, попавших в силки, она делает ещё одну глупость. Особняк в отсутствие хозяина накрыт силовым куполом. Так какого же звонка она ждёт, если связи тут нет?
С рюкзаком в охапке, спотыкаясь от волнения, Кадна выбежала наружу. Мир покачивался перед глазами. Девушка сбавила шаг, чтобы не упасть, прошла за ворота, побрела по аллее, присела на скамейку. Открыла унибук. Диана Павловна не звонила и письменных сообщений не посылала.
Когда же, когда?! У археологини больше шансов, брат-полицейский может узнать все составы экспедиций и моментально сузить поиск…
Девушка поколебалась, глядя в сторону аэробусной остановки.
Съездить домой к матери и рассказать ей всё?
Слишком важный вопрос, чтобы можно было действовать наобум: получится – хорошо, не получится – тоже ладно. Тут непременно надо, чтобы получилось…
Мама крепко обняла её, потом бросилась ставить чайник и доставать из холодильника пирожные.
– Ну, как ты там, привыкаешь?
Кадна засмеялась.
– Да вообще полный кайф! Наслаждаюсь жизнью! Куча дорогой еды, бассейн, тренажёры, цветущий сад, все дела! А если по правде, то я – внезапно – нашла мужчину, который мне очень понравился! Он хороший, посмотри, какой у него взгляд, посмотри, он похож на отца, такой же красивый! Диана Павловна поможет найти его!!!
Мать вскочила из-за стола, уронив прозрачный бокал, звон стекла заглушил яростный вскрик.
– Ты разочаровала меня своей глупостью! Ты разрушила все мои надежды на твоё благополучное будущее! Приличному человеку предпочла неизвестного голодранца! Ибо кем ещё может оказаться студент или рабочий экспедиции…
Нинианна немного остыла и сбавила тон.
– Впрочем, если он родственник Мендосы, то всё может оказаться не так уж плохо. Вот когда найдёшь его, тогда и рассуждать будем. А пока нужен запасной вариант, нельзя отшивать богача, это неразумно – ставить всё на «тёмную лошадку». И не полагайся на Диану Павловну, она твой враг, запомни. А ты – наивный ребёнок, раз не хочешь понять это. Короче, возвращайся обратно и жди Романа Августовича, а там видно будет!
Переутомление сказывается на выдержке. Кадна закричала в ответ:
– Мама!!! Даже если я не найду этого человека! Даже если я всю жизнь буду искать его! За. Мендосу. Я. Не. Выйду.
Нинианна поморщилась.
– Не кричи, у меня давление подскакивает. Что-то ты чем дальше, тем глупее. Ещё пару лет назад мечтать мечтала, но вовсе не возражала против брака по расчёту. А как исполнился двадцать один, так словно с цепи сорвалась… Я на твоей стороне, ты же знаешь. Этот парень действительно силён, я допускаю мысль, что он и в жизни так же хорош, как на портрете, но…
Кадна открыла глаза, прижимая ладонь к сильно бьющемуся сердцу. Нарисованная воображением сцена ей не понравилась. Мать, по её же собственным, давним признаниям, вышла замуж по расчёту. Она уважала мужа, отца Кадны, но не любила его. Значит, рассказывать ей о портрете и Диане Павловне нельзя. Вот когда этот человек найдётся…
Девушка развернула унибук таким образом, чтобы матери был виден особняк у неё за спиной, и набрала адрес. Экран тут же засветился, Нинианна ждала звонка.
-Мам, привет. Ты как?
-Да что – я? Вот ты почему не в доме?
-Вышла позвонить, в доме нет связи, купол же.
-Выглядишь переутомлённой. Снова всю ночь читала и снова не по делу, фантазии всякие? Выбери, наконец, солидный вуз, поищи материалы для поступления, воспользуйся моментом. И не мечтай попусту, знаешь ведь, что с таким зрением на исторический и на многие другие не примут.
-Да знаю я, знаю.
-Вот и давай, потрать время с пользой, потом не до того будет.
-И сколько у меня времени? Когда вернётся Мендоса?
-Роман Августович вернётся через две недели, считая со дня своего звонка.
Обе помолчали. Кадна с облегчением вздохнула, она узнала, что хотела.
-Мне заехать домой?
-Не стоит. Не беспокойся… Ну ладно, крошка моя, будь умницей, займись делом. Питайся, высыпайся, учи билеты к экзаменам, про бассейн и тренажёры не забывай.
Нинианна помедлила и добавила строго, с нажимом:
-По-моему, тебе пора обратно. Надеюсь, ты не сбежала оттуда совсем? Какова бы ни была настоящая причина, а мы обещали не оставлять дом без присмотра.
Кадна рассеянно огляделась.
-Да-да, сейчас иду.
Значит, у неё есть максимум шестнадцать дней. Если, конечно, Мендоса не соврал. Надо успеть.
Девушка встала со скамейки.
Нинианна, одобрительно улыбаясь, смотрела с экрана, пока её дочь не захлопнула унибук…

14.

После разговора с матерью, воображаемого и действительного, Кадна так обессилела, что легла спать среди бела дня. Она вдруг поняла, что устала стеречься, устала бояться, устала искать и не находить информацию, да просто устала вообще. Она с размаху плюхнулась в широкую, мягкую, тёплую постель, не раздеваясь, даже не сняв рюкзак с плеч, и тут же отрубилась. Как будто её выключили.
И приснился ей эротический сон.
Она снова смотрела в прекрасные, светлые, почти серебряные глаза. Сильные, нежные руки ласково скользили по её обнажённой коже, сверху вниз, с головы до ног. Он двигался над ней, и это было похоже на танец, медленный, томительный, великолепный. Голова кружилась, тело словно бы наполнялось немыслимо сладостным сиропом из сахара и лепестков роз, а душа – ошеломительно-яркой радостью. Ощущения нарастали, захлёстывали, будто океанской волной, вот-вот что-то должно было произойти, невероятное, доселе неиспытанное, пугающее и восхитительное. И тут…
Она проснулась.
В забытых наушниках рядом, на подушке, пел тягучий, медовый, солнечный голос.
Кадна заплакала от избытка чувств, от внезапной оборванности, от иллюзорности того прекрасного, что переживала только что.
Поднялась, чувствуя себя разбитой, и побрела в зал с портретами. Тупые взгляды автоматических надзирателей сопровождали её на протяжении всего пути, она не обращала на них внимания.
В зале девушка остановилась перед портретом, готовая упасть на колени и поклоняться, словно неведомому божеству.
За спиной загорелся большой настенный экран.
Кадна вздрогнула и развернулась всем телом.
С экрана смотрел Мендоса. Он улыбался. Девушке внезапно показалось, что она стоит голая под этим снисходительным и отчего-то сожалеющим взглядом.
-Любуешься? Видео нашла?
Кадна похолодела. Ей подумалось, что старый экзо-археолог знает про неё нечто постыдное. Она очнулась в сбитой постели, наверное, извивалась во сне от страсти. А ведь в её комнате, скорей всего, тоже есть видео-камеры. Мендоса подглядывал? Сейчас будет насмехаться?
Да не страшно. Теперь ей ничто не страшно. Диана Павловна поможет, мать не станет препятствовать, и всё будет хорошо.
Девушка выпрямилась, гордо и спокойно.
-А хочешь посмотреть ещё кое на что?
Он преподнесёт собранный компромат? Такие люди, как Мендоса, постоянно выискивают сплетни обо всех окружающих. Только он просчитался. Она, Кадна, не поверит никакой, даже самой убедительной лжи.
-Иди за путеводным знаком. Это хранится в подвале, там у меня тоже есть материалы.
На полу засветился треугольник с чёрточкой. Кадна по-взрослому усмехнулась и сделала шаг. Сияющая стрелка заскользила по мраморным плитам, указывая дорогу. Девушка быстро вышла из зала.
Стрелка неслась понизу, голографический живой портрет, нависая над головой, следовал по пятам.
Лестница. Холл первого этажа. Спуск в подвал. Неизменные камеры с бледными, потусторонними глазами – по всем углам. Тяжёлая дверь распахнулась сама собой. Никаких стеллажей и шкафов, пустая комната, ни компьютера, ни унибука. У дальней стены стол или комод.
Кадна подошла вплотную. Подвальный мрак рассеивала только голограмма да слабые узкие лучи от видео-камер. Стол оказался саркофагом. Девушка остановилась, сердце пропустило удар.
-Ну-у? Что же ты застыла? Загляни, крышка прозрачная.
В саркофаге лежала мумия. Черты мёртвого лица были вполне узнаваемы. Ветхая одежда еле прикрывала почерневшее сморщенное тело, прекрасные светлые волосы сохранились лучше всего.
Со стены звучал спокойно-издевательский голос:
-Человек, который тебе так понравился, далеко не молод. Он умер несколько тысяч лет назад, за несколько тысяч парсеков отсюда. А портрет и видео – это реконструкция по останкам, по методу профессора Герасимова, усовершенствованному при помощи современной техники.
Кадна стояла перед каменным гробом, тупо молчала и смотрела на иссохшие останки, которыми обернулась её мечта. Не было мыслей, не было слов, не было слёз.
Потом она попятилась и, как в тумане, пошла обратно.
-Ты куда? В парк, поплакать наедине с собой? Правильно, никто не должен видеть твоё горе. Люди не умеют сочувствовать, только посмеются.
Точно, в парк, надо идти в парк.
-Будешь возвращаться, прихвати цветочки. На могилу полагается приносить цветочки.
Она больше не слушала, шла, словно сомнамбула. Забрела в гущу зарослей, рухнула на землю и завыла, как смертельно раненный зверь, раздирая криком горло. Она корчилась и каталась по земле, царапала её ногтями, выдирала пучки травы, разбивала кулаки в кровь о камни и сучья, и кричала, кричала, кричала… Пока не затихла в изнеможении.
Ей хотелось умереть. Исчезнуть из мира прямо сейчас. Она здесь одна, её никто не видит, можно спокойно покончить с собой и с этой убийственной, режущей болью в груди. Никто не помешает. Никто не будет по ней страдать.
А как же мама? Её суровая, авторитарная, вроде бы сильная мама. Она не перенесёт.
Говорят, что надо жить, несмотря ни на что. Но зачем? Где найти причину, опору, надежду? Жить просто так, из упрямства? Кто подскажет?
В отчаянных ситуациях ты рискуешь остаться одна, поэтому сначала спаси себя сама. И тогда потом тебя спасут другие. Может быть. Но она же, непонятно зачем, убежала ото всех. Даже к матери не поехала.
Надо подумать. Надо вернуться куда-нибудь.
Она поднялась и пошла назад, сама не понимая, что и зачем теперь делает.
Возле аллеи пошатнулась, оступилась, чуть не упала на клумбу.
Цветы?
Да, на могилу полагается приносить цветы.
Она наклонилась, деревянным движением, словно старинная заводная кукла. Оглядела приземистый вазон, судорожно вырвала пучок стеблей вместе с корнями, прижала к груди. И пошла дальше, спотыкаясь.
За её спиной приземлился аэробус.

15.

Аяр Алгхад, тайрианский наблюдатель, шагал вдоль неровного ряда окружённых садами домов и поглядывал по сторонам.
Ветер затих, недвижные деревья подпирали вершинами клубящиеся тучи, мир потемнел.
Улицы на окраине городка опустели в предчувствии грозы. Все попрятались, вот и хорошо. Никто не глазеет, женщины не пытаются любыми, даже агрессивными способами познакомиться, а мужчины – подраться. Несколько сотен лет назад ещё и толпы зевак сбегались, теперь хотя бы такое не происходит.
Аяр кидал сканирующий луч и ловил, кидал и ловил – как бумеранг, который возвращается к охотнику, не зацепив никакой добычи. На окраинной планете всё спокойно, без особых общественных подвижек.
Одна аура поблизости привлекла внимание тайрианина. Тусклая, чахлая, рваная, как у существа, которое скоро умрёт. Из-за деревьев лесопарка вышла девушка с букетом в руках. Красивая по местным меркам. Открытая, совершенно без защиты. Тем лучше. Можно незаметно вмешаться и притушить эмоции. Чтобы она перестала убивать себя.
Что случилось?
История, которую он прочёл в памяти девушки по имени Кадна, заинтересовала. Многовато совпадений.
Аяр нашарил на поясе аппаратный комплекс, включил режим невидимости и двинулся следом за молодой чиррианкой. Девушка не заметила его, как и местная охранная техника.
Кадна прошла через ворота, пересекла сад, поднялась в дом и побрела по сумрачным коридорам. На её затылке скрещивались тонкие багровые лучики выставленных напоказ следящих видео-автоматов. За её спиной бесшумно скользила тень, незаметная, даже если посмотреть в упор. Контур, очерченный паутинкой, слабая рябь, подобно нагретому воздуху над костром.
Аяр спустился вслед за девушкой в подвал, увидел саркофаг с мумией. Удивился. Каменное основание гроба древнее, а прозрачная крышка новая.
Кадна возложила на край вечного ложа цветы и долго сидела, вглядываясь в иссохшие черты.
Аяр терпеливо ждал.
Девушка молчала, застыв, даже не моргала. Потом тяжело поднялась и побрела на автопилоте наверх. Мужчина проводил её мысленным взором, подождал, пока она доберётся до спальни и уляжется в постель. После этого можно было пока о ней не беспокоиться и заняться расследованием.
Он поднял крышку саркофага, присмотрелся. И понял, что над мумией не так давно кто-то своеобразно поработал. Можно сказать, сделал ей пластическую операцию. Подновил черты лица, подогнал их под галактический канон антропоморфной красоты, приклеил волосы, брови и ресницы. Зачем? Зачем этот поддельный экспонат показали девочке? Случайно? Отчего она приняла его настолько близко к сердцу?
Аяр методично обследовал дом. Нашёл кабинет хозяина. Подавить излучение запоров и сигнализации с помощью тайрианской аппаратуры не составило труда.
В кабинете мало кто бывал. Тем лучше, здесь остались энергетические следы в основном только владельца дома. Аяр перешёл на «второе зрение», выловил клочки биополя, рассмотрел психометрические записи мимолётных соображений, тщательных раздумий, далеко идущих планов. Прочёл весь замысел от начала и до конца.
Это не трагическая случайность.
Мендоса выспросил у матери, что нравится девочке, составил несколько портретов, фактически, фото-роботов. По видео-устройству проследил, какой из них выберет жертва. Взял первую попавшуюся мумию, из тех, что хранились у него дома. Подправил ей лицо, чтобы было похоже на портрет. Сунул мумию в саркофаг, приладил прозрачную крышку. Подождал, пока девочка влюбится в мужчину, который никогда не существовал. Усилил эффект незаметным влиянием, вроде особых песен. Потому что телепатическое воздействие обнаружат полицейские спецотдела или наблюдатели.
А потом сразил наповал – дескать, посмотри, крошка, твой возлюбленный давно умер, а здесь лежит его красивый труп, любуйся, сколько влезет…
И всё это – только из-за того, что девочка ему отказала.
Аяр знал, что имеет право не вмешиваться. Он – Наблюдатель. Но его не на шутку обуял гнев.
Способ мести, выбранный этим индивидуумом… С первой попытки даже и эпитет не подберёшь. Больная фантазия.
Установил видеокамеры, да? Наслаждался слезами наивной девочки, которая приходит рыдать у саркофага? Ну, Мендоса, держись. Порву я тебе один из шаблонов. Так, кажется, у вас выражаются. Хотя охотно порвал бы табло. Вот так у вас точно выражаются. Одичал я тут немного…
Ну что ж, приступим. Какова месть, таково и возмездие.
Аяр весело усмехнулся.
Он ещё раз оглядел подвал. Прыгая через несколько ступенек, взлетел по лестнице в холл первого этажа, выбежал из дома, пронёсся через сад и выскочил за ворота. Девочка не проснётся до его возвращения, но всё равно надо спешить. Чтобы кто-нибудь не помешал.
Остановившись на аллее, он отправил сигнал с браслета-инфора, вызывая свой гравимобиль. Машина прибыла на автопилоте через пару минут.
Когда Аяр стартовал, началась буря. Мчаться сквозь вихри и клубящиеся тучи – очень весело, он любил так летать. Стихия бушевала совсем близко, за тонким, прозрачным металлопластиком кабины. Ураган был созвучен Аяру и вообще, и особенно – сейчас.
Дома тайрианин в темпе занялся подготовкой.
Небольшая пластическая операция, и он стал временно похож на тот портрет. Хорошо, что волосы перекрашивать и наращивать не пришлось.
Грим-«мумия». Баллон со светящимся газом. Праздничная гирлянда. Прихватив эти вещи с собой, наблюдатель вернулся в особняк Мендосы.
Спустился в подвал. Вырубил ненадолго камеры, да так, чтобы ложный сигнал поступал туда же, куда и раньше. Тщательно осмотрел сцену для будущего действа. Кадна кладёт цветы вот на это место, значит, лампочку сюда и по всему периметру саркофага. Мумию сжечь бластером, чтоб и следа не осталось, комбинезон спрятать, древние лохмотья нацепить на себя. Тьфу ты, гадость какая – не трухлявая тряпка, разумеется…
В спальне наверху всплеск ауры, девочка проснулась. Скорее.
Пристроить капсулу с газом, лечь в гроб, закрыть за собой крышку.
Видео-камеры включились снова.
Кадна пришла.

Опубликовано: 14.11.2017

Автор: Korinel

ЗАЖГИ ЗВЕЗДУ!

Зажги звезду (уже зажгли 12 человек)
Загрузка...

 

« предыдущаяследующая »


На плюшки музам и на хостинг сайту:
(указывайте свой емайл!)


Яндекс.Деньгами
Банковской картой

Не будь жабой! Покорми музу автора комментарием!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Чтобы вставить цитату с этой страницы,
выделите её и нажмите на эту строку.

*

Запись прокомментировали 4 человека:

  1. Чёрт, да они оба больные!А впрочем, если нашу «Джульетту» после потрясений откачать, а Мендосу, наоборот, наказать… Кстати, а этот тип на свю жизнь с ней остаться собрался? Потому что, если нет…

    0

    • Мендоса да, по ходу крышей-то поехал, а вот наблюдатель — отнюдь))) именно что для откачивания она и отправлена со своей планеты))) как его накажут, посоображаю, потому что меня уговорили на продолжение))) который из двоих? Мендоса собирался законно жениться, а Аяр ничего подобного не собирался, кроме как вытащить из ситуации, иначе у него давно гарем бы образовался)))

      0

  2. Ну и шутники…один другого стоит.

    0