Рабство дело тонкое

Рабство дело тонкое

Мы были одни. Одни в этом мире. Последнее время я часто любовалась тобой. В чем-то ты был моим творением, но многое ты сделал сам. Состоявшийся в жизни. Самодостаточный. Нескучный. Мне нравился твой легкий в общении характер. Однако я знала, что в тебе есть твердость и целеустремлённость, и сильное мужское начало, которое, тем не менее, не мешало тебе преклонять колени и склонять к моим ногам свою умную голову.
Я часто задаю себе вопрос, как так случилось, что за те несколько месяцев, что мы были знакомы, я успела полюбить тебя. И вот, куда бы я не посмотрела, мой взгляд всегда находит тебя. Что это за наваждение такое... И вот, наконец, мы вместе. Мы снова одни во вселенной. В нашей личной вселенной. Ты в предвкушении. Я тоже. Мы думаем об одном и том же. Мы две стороны одной медали.
Ада.

Пролог

Самолет, следующий рейсом Москва-Нью-Йорк, представлял собой обычную картину. После взлета пассажиры устраивались удобнее, кто собирался смотреть фильмы, кто листал журналы или начал знакомиться с соседями.
Чтобы не скучать, Ада еще в начале путешествия положила в карман сидения бутылку с минеральной водой, электронную книгу, крем для рук, и косметичку. Рядом с ней сидела женщина, проспавшая весь полет и не оставившая о себе никаких впечатлений. А вот голова соседа через проход то и дело поворачивалась в ее сторону.
Краем глаза она, стараясь делать это незаметно, тоже рассматривала мужчину. Высокий парень, что было видно по коленям, едва помещавшихся между сидениями, был скорее даже худощавым. Ему были присущи резкие черты лица, характерные для жителей сурового климата.
Карие глаза парня вмиг охватили девушку с ног до головы, задерживаясь на милых сердцу деталях. Пестрой расцветки юбка приоткрывала ее стройные ножки. Изящная икра плавной линией заканчивалась простыми элегантными туфлями, удобными для длительных путешествий. Он деликатно пропустил вырез джемпера и виднеющуюся в нем верхнюю часть груди. Темные длинные волосы попутчицы лежали на ее плечах, отделяя белый овал лица, и подчеркивая свежесть кожи.
Он не сводил глаз с ее лица, стараясь не выдать себя (не дай бог показаться навязчивым или наглым, при этой мысли он холодел). Когда чисто женским неуловимым движением она сбросила туфли и поджала ноги под себя, босые ступни оказались направленными прямо на него. Ее узкая ступня гипнотизировала. Он забыл, что нужно дышать, так что девушка обернулась на его сдавленный хрип.
Парень чувствовал себя иссушенным на солнце растением, которое, наконец, стало наполняться влагой. И все это случилось с ним не потому, что он был покорен ее красотой или привык восхищаться женщинами. Но один лишь ее мимолетный взгляд и фраза, брошенная спокойным уверенным в себе голосом, перенесла в самый сильный момент его жизни. Девушка, как ему показалось, приказала ему, своему рабу, не игровику, нет, а настоящему средневековому рабу, по происхождению, по крови принадлежащему хозяйке.
- Помогите положить чемодан наверх.
При этом она не улыбалась, не просила, она утверждала. Секунду он сомневался, что это разыгралось его воображение, и скорее всего это было так, но.… Но он уже попал под то особое, давно забытое ощущение принадлежности и безоговорочного подчинения своему владельцу и хозяину. Девушка была совершенно не причем. Но он не мог разорвать замкнутый круг, начавшийся в его прошлом, переходивший в новую жизнь, и продолжающийся в данный момент с одним только подтекстом – хозяйке нужно служить!
Он старался контролировать себя. Он повторял как мантру, «Только бы не упасть на колени. Я не раб больше. Я свободен». Но внимание все равно было приковано к ней, к девушке, одним лишь голосом активировавшей его болезнь.
Ада отметила про себя, что раздражается. С момента взлета она ощущала близкое, узконаправленное внимание. Стоило ей чуть повернуть голову, чтобы понять кто ближайших соседей разглядывает ее столь пристально, но ничего подозрительного она не замечала. И все равно ощущение начавшейся охоты, на которой она не совсем охотник, не исчезало.
Не разобравшись с пультом от телевизора, она попыталась вернуть его на место. Пульт выпадал из гнезда, что нервировало ее еще больше. Рука ее соседа мелькнула перед ней со словами:
- Позвольте? Здесь длинный провод и его нужно сперва затолкнуть внутрь.
Пробормотав от неожиданности:
- Тhank you, - она даже не повернула к нему голову.
Чуть позже Ада заглянула внутрь своего стакана и с удивлением обнаружила, что сок закончился. Парень тут же нажал кнопку вызова стюардессы и попросил налить ей томатного сока. То, что он запомнил, какой сок она пила удивило Аду, как и сам жест заботы и внимания.
Она медленно повернула голову и посмотрела на него более пристально и не увидела того явного признака, указывающего на его намерения. Парень лишь сдержано улыбнулся в ответ. Молодой человек оказывал ей, незнакомой ему женщине, знаки внимания и ничего не хотел взамен.
Он больше не решался заговорить, хотя в целом не выглядел закрепощенным. И все же внутри его глаз Ада заметила что-то скрытое от ее понимания, но такое знакомое.
Ее осенило! «Он один из нас!». И она тут же отогнала эту дикую мысль. Ада знала, что во многом склонна видеть влияние субкультуры БДСМ, но чтобы это происходило на каждом шагу! Не может такого быть! Она решительно открыла книгу и надолго погрузилась в чтение. Все заполняли формуляры, обязательные при пересечении границы штатов. Ада скосила глаза в сторону бумаг соседа, цепко выхватив нужную информацию. Назих. Какое странное имя, подумала она, закрывая глаза от усталости. Назих. Она разобрала имя на звуки. Начинаясь с твердого «на», оно заканчивалось на «х», как выдох после долгого марафона. Емкое «з» придавало ему звучание трудолюбивой пчелы.
Самолет пошел на снижение.

Глава 1

На дворе стояла середина осени. Отжившие свое листья облетали с деревьев, устилая собой землю. Дни давно стали прохладными, но настоящие холода еще наступили. Дом на берегу озера утопал в ярких красках золотой осени. В просторной гостиной уютно полыхал огонь в камине, бликами играя в волосах сидящей в кресле девушки, хозяйки дома. В руках она держала бокал красного вина. Ее лицо выражало спокойствие и умиротворение, и по сравнению со своей собеседницей она выглядела даже сонной.
Взволнованная девушка в кресле напротив сидела так, что казалось, будто она собиралась в любой момент вскочить. Одетая в облегающее черное платье, длиной чуть выше колен и черные чулки, девушка нетерпеливым жестом сбросила туфли с ног и удобнее устроилась в кресле, по-домашнему поджав под себя ноги. Ее серые глаза задорно искрились смехом и неуемной энергией, высокие скулы, доставшиеся в наследство от азиатских предков, покрывал румянец.
По всему было видно, что девушки хорошо знают друг друга и вместе им комфортно. Большая напольная лампа мягко освещала их лица. Собираясь прервать затянувшееся молчание и поговорить о беспокоящем ее предмете, гостья встряхнула непокорными черными волосами, свободно лежащими на плечах, произнесла:
- Я много думала о твоем необычном увлечении. Вижу, что тебе, моей лучшей подруге, негде встречаться со своими мальчиками! – Слегка театральным жестом она указала на подругу. - А у меня, между прочим, есть все возможности тебе помочь!
Хозяйка дома, одетая в черную шелковую юбку ниже колен, темно красные туфельки и красную блузу, красный цвет которой призван пробуждать эмоции, совсем не вязался с вялым настроением его владелицы, вскинула глаза на подругу:
- Нинелька, о чем ты говоришь? У меня в доме, постоянно живет раб, а ты говоришь, что мне негде встречаться! Да, я согласна, остальные мальчики снимают для встреч квартиры. Им еще рано знать обо мне всю правду, что я вполне независимая девушка, – молодая женщина обвела рукой комнату. - Так что, Нинель, никаких проблем у меня нет.
Нина недоверчиво посмотрела на подругу, та почему-то не воспринимала ее всерьез. Нине вспомнились многочисленные намеки, а затем и предложения Ады, познакомить ее со своими мальчиками. Она предлагала подружке лишь поприсутствовать. Нина же неизменно отказывалась. Сейчас, когда она впервые выказала свой интерес к экзотическому увлечению Ады, та могла понять ее по-своему. Нина поспешила вернуться к теме поднятого ею разговора:
- Это совсем не то, Ада! Я понимаю тебя, почему ты не любишь приводить их сюда, а встречаешься на каких-то съемных квартирах. Речь сейчас не об этом! Просто, разве ты бы не хотела, например, иметь свой клуб? Никогда не хотела развернуться на широкую ногу, занимаясь любимым делом?
- Ты шутишь, наверно, – зная свою взбалмошную подругу, Ада не торопилась принимать ее слова на веру. Тем более, что она точно знала – среди разнообразных увлечений подруги БДСМ нет и в помине. Но вместе с тем, просто так энергичная Нина ничего не затевала.
- В общем, вот что я тебе скажу, - отставив бокал на столик и перешагнув через свои туфли, гостья начала в возбуждении ходить по комнате. - Я задумала закрытый БДСМ клуб, своего рода тайное сообщество. Вход туда будет открыт далеко не всем. Даже миллионер в этом клубе будет рабом, а женщина, со средним достатком, его госпожой. И ты сможешь безопасно и со всеми удобствами заниматься своим любимым доминированием там! Хотя и я не понимаю, что ты в этом находишь.
- Тебе рассказать в подробностях еще раз? – С усмешкой поинтересовалась девушка.
Гостиная, обставленная тяжелой мебелью, стилизованная под классический английский стиль, сегодня совсем не угнетала гостью – она ее попросту не замечала. Хотя консервативная обстановка комнаты с картинами в тяжелых рамках и внушительный вид библиотеки, уставленной массивными книгами в золоченых переплетах, в другое время произвели бы на нее свое сдерживающее влияние. Нина сделала вид, что не услышала слов подруги:
- Послушай! У меня есть место для моей задумки - дом в двадцать комнат, так что еще нужно? Я в нем не живу, так как там запросто можно заблудиться. Все расходы, связанные с его содержанием и так остаются за мной. Это и сам дом, его обустройство, уборка и охрана. А вот расходы на кухню, например, могут оплачиваться из ежемесячных, и думаю не очень больших взносов. Сюда будет входить работа повара и закупка продуктов. Ну, как тебе идея?
- Так ты, говоришь серьезно, Нин? – Бросив обеспокоенный взгляд на подругу, Ада поняла, что сейчас с той лучше не спорить, упрямый нрав Нины можно смягчить, лишь позволив ей спустить пар. Возможно, это всего лишь очередная блажь, и Ада решила сделать вид, что согласилась, - вижу, что ты говоришь серьезно. В общем, ты права. При ближайшем рассмотрении твоя идея кажется реальной, а значит осуществимой.
Нина перевела дух и, воспользовавшись возникшей паузой, продолжила:
- Так как дом, и все, что с ним связано, это очень большая статья расходов, поэтому хозяин, в нашем случае – хозяйка, которую никто не будет видеть в лицо, может строго подходить к отбору членов клуба и вообще устанавливать какие угодно правила. Я думаю, ты не хочешь такого рода известности, не так ли? Так что тебе и карты в руки, дорогая!
Ада, успокоив Нину своим согласием, продолжила смаковать любимое вино, мечтательно поглядывая на огонь. Но подруга не унималась:
- То есть, ты меня поддерживаешь? – На всякий случай она уточнила, сбитая с толку спокойной реакцией Ады. Нина ожидала услышать категорический отказ и настроилась на долгие уговоры. Ее подруга не любила ощущать себя должной кому бы то ни было. – Я, правда, еще не определилась с количеством членов клуба. Какое оптимальное число, как ты думаешь? Мне кажется, что если определить за каждой доминирующей женщиной комнату, то можно исходить от этой численности.
Слушая свою подругу, Ада отрешенно смотрела на огонь. Возможно, эта задумчивость делала ее сегодня хорошей слушательницей. «Как интересно, - думала она. - Похоже, что затея полностью захватила Нинельку. Зная ее, можно смело утверждать - она воплотит идею в жизнь. Тем более, что пока все выходит логично, а главное ведь и выглядит реально!»
Между тем Нина воодушевленно продолжала, прохаживаясь босиком по ковру от высокого окна, за которым смеркалось, до двери и обратно.
- Значит так, у нас максимально возможно двадцать домин. Количество нижних может колебаться от одного до трех на одну госпожу. Торопиться мы не будем, отбор проведем с умом. Кстати, в доме кроме членов клуба, и наемного персонала, а это приходящая уборщица, охрана, повар, никто не будет бывать. То есть посторонние у нас будут сведены до минимума.
- Ты меня потрясаешь своими глубокими знаниями бдсм-ной терминологии, подруга, ты ненароком не стала одной из нас? – Попыталась пошутить хозяйка гостиной но, заметив обиженный взгляд, пошла на попятную. - Ладно, я шучу. Нин, многие домины уже имеют постоянных рабов, и думаю, они захотят привести их с собой. Так что на первое время некоторое заполнение клуба будет обеспечено. По крайней мере, у каждой госпожи будет по рабу.
Ада словно просыпалась, воодушевленная своей подругой. Вдруг оказалось, что мысль захватила ее столь сильно, что она изъяснялась, не заботясь о последовательности и логичности, перескакивая с одного на другое:
- К тому же позволь заметить, дорогая, уборку вполне могут делать рабы, и готовить еду тоже. Хотя идея привлечь стороннего повара не лишняя, он может пригодиться. А как ты будешь проводить отбор желающих? Лично ты им покажешься? – Аде было любопытно, заметила ли Нина, как она ловко перевела стрелки на нее. Теперь клубом будет заниматься Нина, а более продвинутая в этом вопросе Ада останется при своем спокойном стиле жизни, изредка консультируя подругу. Однако Нина быстро сообразила, куда повернул разговор:
- Ты, права, я не собираюсь участвовать во всем этом. Мне интересна только сама идея создания чего-то необычного, а не ваша Тема.
- Дорогая, ты много теряешь. Быть госпожой это такое удовольствие! – Было видно, что данная тема разговора Аде очень приятна, и что девушки уже не в первый раз ведут подобные беседы.
- Охотно верю, но мы уже говорили об этом - когда захочу - я попробую пообщаться с мужчиной, которому нравится унижаться и воображать себя подстилкой. Пока же это полная чушь! Я – нормальная!
«Ада не знает о первопричине, толкнувшей на этот проект, пусть думает, что мне интересен сам процесс организации чего-то нового для меня!» Вслух же она произнесла:
- Я вот что думаю, мы создадим сайт. Желающие вступить в клуб заполнят анкету. Затем мы проведем собеседование. Многих, конечно, будем заворачивать. Нам случайные люди, и просто любопытствующие не нужны, верно? Я во всем этом не разбираюсь, и надеюсь, Ада ты мне поможешь. Ты же состояла как-то в одном виртуальном клубе, не так ли? Как он назывался?
- Сладкие ножки, – при воспоминании лицо девушки осветилось мечтательной улыбкой. Время, проведенное на sugar foot, она всегда вспоминала с ностальгией. Многие знакомства, завязанные на этом сайте, потом естественным образом перешли в реальные приятные встречи.
- Так что гляди и я стану как ты - доминирующей леди, - попыталась шутить ванильная энтузиастка. - Хотя может статься, что эта моя затея с закрытым клубом отобьет всю охоту. Единственно, что я хочу сейчас - это помочь тебе.
- Тебе понравится, – предположила Ада по инерции, не веря, что ей хоть когда-то удастся перетянуть подругу на свою сторону.
- Думаешь? – С некоторым сомнением в голосе, поинтересовалась Нина. Она пригубила вино и, поставив стакан на столик, потянулась за виноградом, отщипнула ягоду. - Ну, посмотрим, посмотрим. Так, что у нас дальше? – Она с интересом продолжила обсуждение, усаживаясь в свое кресло, привычно поджимая ноги, оправляя платье. На мгновение промелькнуло кружево чулок.
«Какие красивые ножки у моей зайки! Достойные восхищения! – Подумала Ада. - Как это возможно, жить без мужского поклонения и восхищения, не понимаю?!». Мысли Ады перенеслись в прошлое, в тот удивительный момент знакомства с ее последним подопечным, когда она приняла мудрое решение, в корне изменившее ее жизнь. Сергей вел себя неуверенно на первой встрече, проходившей в кафе. Ада тогда подумала что, человека не увереннее чем он, она еще не встречала. Эта мысль настойчиво возвращалась к ней, как назойливая муха. Она смотрела во все глаза на симпатичного, обычного парня и не понимала, как, на основании чего у нее сложилось впечатление, что этот нервный мужчина мог быть ее слугой?! Да, в его взгляде явно читается восхищение. Да, он был вежлив и почтителен. И да, в нем чувствовалась сила! Но, черт побери, почему у него дрожал голос, руки и он то и дело отводил глаза?!!
У нее была разработана целая система отбора. Дефицит женщин в Теме позволял ей брать лучших из лучших. И если кому попадала возможность служить ей, то парни ценили этот шанс. Интернет упростил многие этапы знакомства. Еще в переписке она отсекала дураков, эгоистов в поисках личного удовлетворения, тех, кто искал разнообразия в сексе, и людей с явными отклонениями. Сидящий перед ней на краю стула мужчина не принадлежал ни к одной из перечисленных категорий. Именно поэтому она позвала его на чашку кофе.
Сергей не мог поверить своему счастью. Мало того, что еще по переписке он сразу увидел в своей возможной госпоже родственную душу, так еще на встрече она оказалась намного красивее, чем на фотографии! Но еще более удивительное случилось с ним, когда он вдруг осознал, что не может смотреть ей в глаза. Ну, вот никак не может! В ней чувствовался веселый и отходчивый нрав, и жесткость тоже ощущалась, которая объяснялась, скорее всего, цельностью характера. Голос дрожал, тряслись не только руки, но и ноги, внутри все замирало и отказывало служить своему хозяину.
В какой-то момент он понял, что произвел не слишком благоприятное впечатление, и что ему, в конце концов, откажут. И он ничего не сможет сделать! Но как, черт побери, ему быть хладнокровным, когда перед ним сидела женщина его мечты, и та в скором времени станет недосягаемой?! Такие женщины, как она, не дают второго шанса. Однако богиня удачи улыбнулась ему.
Ада же… она просто решила попробовать его один раз, а там уже видно будет. Она вспомнила любимую историческую книгу и ее героину, Екатерину Великую, которая знала какое впечатление, оказывает на людей ее величие. Императрица обычно давала стоящим людям три шанса. Если в первый раз человек мог заробеть, смутиться, то во второй и третий разы естественность возвращалась к людям и их таланты проявлялись на деле.
Слушая Нину, свою сумасбродную подругу, она представляла, что в этот момент делает ее мальчик. Как он волнуется и недоумевает, почему она не зовет его. Хотя нет, волноваться он, конечно, волнуется, но терпеливо ожидает, это точно. Недаром оно потратила столько времени на его воспитание.
- Значит так, - резюмировала между тем Нина, - первый этап отбора, резюме, составлением требований мы займемся с тобой позже, второй - собеседование. Собеседование уже может проводить администратор. Подумай, кого можно назначить на это место? Один из этапов собеседования будет проходить по телефону, с использованием программы искажения голоса. Я знаю одну классную прогу. А собеседования мы сможем наблюдать через одностороннее зеркало.
- Прогу? Откуда ты нахваталась таких слов? – Удивилась Ада. Фантастические предложения сыпались из Нины как из рога изобилия. Собеседование, специальная программа, шпионские зеркала, все это словно сошло с детективных страниц. Ада уже с трудом верила, что Нина затеяла возню с клубом от скуки, лишь бы чем-то заняться, и она, как ей показалось, уже догадывалась о причине, но предпочитала не смущать подругу. Когда та захочет - тогда и откроется. Но она не удержалась и добавила:
- Кстати, кандидат на место управляющего у меня есть. Могу его прямо сейчас представить тебе, хочешь?
На выразительном лице Нины появился румянец, в зеркале прихожей она заметила неизвестного ей мужчины. Он стоял совсем рядом, за углом, не подозревая, что отражается в зеркале напротив. Его вид вызвал у Нины ассоциацию с киношным образом, каким в фильмах изображали хорошо вышколенных слуг, и при одной этой мысли девушку бросило в жар. «Почему Ада сама открыла дверь, а не воспользовалась его услугами?» - Она хотела задать этот вопрос, но вместо этого она продолжила обсуждение:
- Да, и вот еще я вижу небольшую проблему. Всех членов клуба желательно как-то ограничить, чтобы не болтали лишнего, как считаешь? Например, заснять собеседование. Съёмку проведем открыто, и с согласия претендента. Никакого тайного слежения! К тому же, члены клуба подпишут соглашение о конфиденциальности отношений в клубе и об не злоупотреблении ими в повседневной жизни. Нам даже нотариус не нужен - документ просто подписывается, и этот факт фиксируется на видео. Бумаги претендент собственноручно поднесет к объективу камеры, чтобы он был читаем.
- А что дает эта фиксация с правовой точки зрения? – Ада уже с интересом слушала, она поняла, что подруга серьезно подошла в реализации проекта, раз в ход пошли такие подробные детали.
- Я узнавала, – Нина снова принялась расхаживать по комнате, не в силах унять волнение. – Дело в том, что по закону видео-фиксация, сделанная с согласия человека является доказательством в суде.
- Даже так! – Удивилась Ада.
- Да. С другой стороны, людям тоже нужны доказательства доверия к клубу.
Для этого в доме, я наверно установлю сейфовые ячейки. Человек, прошедший отбор собственноручно введет шифр, который знает только он. В случае непредвиденной ситуации ячейку можно взломать или потребовать открыть по решению суда. При этом доступа к ячейке претендент иметь больше не будет.
- Но ведь сейфовые ячейки в доме можно демонтировать и вскрыть. А есть такие, что при взломе само уничтожаются? Думаю, можно сделать так чтоб документы при несанкционированном открытии сами уничтожались, например маломощное взрывное устройство.
- Хорошая идея, - согласилась Ада. - Но в ней есть маленькое «но».
- Какое? – С возрастающим интересом поинтересовалась Нина.
- Почему ты решила, что членов клуба удовлетворит это решение? Смотри, в жизни все может случиться. Банальная ситуация - ограбление. Вор проникает в дом, видит сейфовые ячейки – следовательно, думает, что там что-то важное.
- Да, я это как-то упустила, - с сожалением признала Нина. - Да и сложно как-то выходит.
- Знаешь, подружка, а не лучше ли отдать эти документы на хранение более компетентным организациям?
- Что ты имеешь в виду?
- Банк!
- Банк?
- Да, самый обыкновенный банк. Документы будут содержаться в личных ячейках. Банк гарантирует их сохранность и конфиденциальность! Это надежно и стоит недорого.
- Надо же! Так все просто! – Радостно воскликнула Нина.
- И еще вот что. С рабами просто, а вот как быть с госпожами? В чем будет заключаться материал, который бы они не захотели разглашать? Женщины создания совершенно не логичные, капризные и своенравные.
Нина в удивлении приподняла бровь. Она воскликнула:
- И это говоришь ты – женщина до мозга костей! Никогда не замечала в тебе ярко выраженной нелюбви к женщинам.
- Нина, Нина, - засмеялась Ада, - да самые стервозные женщины, это как раз госпожи.
- И ты?
- И я.
Немногие женщины согласятся с утверждением, что они стервы. Ада признала это так элегантно, что Нина не могла не оценить это. Отсмеявшись, Нина сказала:
- Хотя, согласна, это проблема. Например, раб при подписании соглашения может быть раздет, подвергнут первичному осмотру, то ведь с госпожой такого не сделаешь. С ними нужно что-то придумать. Как по мне, их как раз нужно держать в ежовых рукавицах! Помню я sugar foot! Это ужас какой-то! Вечные ссоры между госпожами, кто главнее и чья корона красивее.
- Давай рассуждать так: чего боится женщина? Женщина боится в принципе того же, что и мужчина. Того, что может разрушить ее устоявшуюся жизнь. Значит, нам нужны замужние Дамы. Как тебе предложение — отдавать предпочтение либо замужним женщинам, либо тем, кому публичность вовсе не нужна?
- Надо подумать. Но чем удерживать женщин клуба от нарушений наших правил?
- То есть ты считаешь что огласка - недостаточно сильный фактор?
- Достаточный, – успокоила девушку Нина. - Держать женщин в узде можно исключением из клуба. Вот еще один момент - клуб должен быть им нужен! Должно быть что-то более весомое, чем возможность быть исключенной или тематический голод, чтобы удержать всех членов клуба и особенно женщин.
- Думаю, об этом тебе не стоит переживать, - утешила Нину Ада, - Тот, кто вовлечен в наши отношения, не сможет без них обходиться, это как наркотик.
- Ад, ты, правда, так считаешь? – Девушка выглядела обескураженной таким доводом. Она приблизительно представляла себе, какие чувства могут испытывать доминирующие женщины, но что удерживает подчиняющихся мужчин, она понять не могла. «Не для этого ли я затеяла все это, чтобы, наконец, понять?!»
- Я это знаю по себе, - поделилась Ада. - Кто пригубил БДСМ, тот навсегда будет под его влиянием. Клуб будет нужен им, как воздух. Где они найдут еще такое место, где все дозволено, где они смогут в полной мере реализовать свои тайные желания, ведь им не надо будет искать другого места. Как не надо принимать какие-то меры предосторожности, дабы не выдать себя, в клубе они все это получают гарантировано и практически даром. Так что думаю, клуб будет востребован.
Нина заметно повеселела:
- Слушай! А что насчет одежды? Обязать рабов носить ошейник и поводок? Что вы, тематики, еще носите? – Обсудив идею клуба, девушка расслабилась и принялась дурачиться. К тому же она знала, Ада могла предаваться рассуждениям о Женском Доминировании подолгу, выговаривая эту фразу таким образом, что сразу становилось понятно, что фраза звучит именно так – с большой буквы.
- Ну что ты! Расслабься, подружка! Одежду можно оставить на вкус каждой хозяйки, не хорошо навязывать свой стиль.
- Нет, ну скажи! Правда, что на ошейнике рабы носят медальон с вензелем хозяйки?
- Я смотрю, ты основательно загорелась идеей создания клуба, – засмеялась Ада. - Представь Нин, если ты была бы госпожой, то сейчас тебе бы наливал вино в бокал коленопреклоненный мужчина. Ты только представь!
- Да, – серьезно произнесла Нина, внешне ничем не показывая, что поддается искушению, - у меня богатое воображение, так что представить я как раз могу все, что угодно.
В голове Ады уже окончательно созрел план. Она смекнула, что сегодня не отпустит подругу просто так - та настроена к новому если не благосклонно, то с интересом. Нина, после небольшой паузы вдруг спросила ее:
- Слушай, Аделька, у вас Тематиков без наказаний ведь не обходится, да? А у меня очень кстати в доме имеется подвал! Оборудую его по последнему слову средневековых замков. Поставлю дыбу, крест, колодки и различные другие приспособления. По-моему, отличный план!
Ада вдруг подумала, что подруга нервничает, настолько неожиданно прозвучал этот вопрос. Потом она присмотрелась, и увидела смешливых чертиков в глазах Нины. Та развлекалась, участвуя в незнакомом и потому интересном ей проекте.
- Тебе смешно а, между прочим, наказание и воспитание важная часть в наших отношениях. Кстати, могу порекомендовать одного талантливого раба. Среди тематиков он известен своими чудесными девайсами. У него просто золотые руки! Он будет полезен в оборудовании подвала. И предлагаю за этот вклад в обустройство клуба принять его без собеседования.
- Отлично! Первая госпожа и первый раб приняты!
- Вторым рабом, если ты не возражаешь, будет мой новый мальчик, ему пойдет на пользу такое общение. Мне кажется, ты видела его мельком.
- Ада, ты проницательна, как всегда - засмеялась Нина, признаваясь.
- Ты тоже наблюдательная, подруга! Ты изменилась за последнее время, даже мыслишь по-другому. Кстати, я тебя не видела уже несколько месяцев? Где ты пропадала?
- О, разве я тебе не говорила?!
- Шутишь?! Нет, конечно! У тебя все всегда покрыто тайной. Рассказывай! Я вижу, что уже можно. Ты стала последователем Карлоса Кастаньеты и осваивала магические пассы ацтеков и древних инков? Как там погодка в Мексике? Или ты организовала поиск затонувших сокровищ?
- Почти. Я окончила курсы телохранителей.
- Ну да! – С некоторым недоверием воскликнула Ада, осматривая хрупкую фигурку подруги. – Хотя, ты девушка целеустремленная, и чему тебя учили?
- Самая большая проблема, с которой я столкнулась это освоение приемов самозащиты и нападения. Сама понимаешь, во мне веса всего сорок девять килограмм с туфлями и сумочкой. Но учитель попался замечательный. Он учил нас, что у каждого есть свои преимущества, главное уметь их использовать. С остальными навыками проблем у меня не было. Там же меня научили всем этим психологическим штучкам, кто что боится, чего нужно опасаться самому. Теперь у меня надеюсь, соответствующее мышление. Ты тонко подметила, что я изменилась.
- А зачем тебе нужны были эти курсы? Это же совсем не женственно, – поинтересовалась Ада, накручивая на палец прядь своих волос.
- Я хочу найти работу. – Вполне серьезно произнесла Нина, вставая с кресла, и отыскивая свои туфли.
- Так ты сейчас безработная? И что, профессия женщины-телохранителя сейчас востребована? О, у нас закончилось вино! Принеси новую бутылку! – слегка повысив голос, велела Ада.
Через некоторое время в дверях возник высокий худощавый мужчина. «Интересно, сколько ему лет?» подумала Нина, рассматривая слугу, стоящего вытянувшись в струнку. Короткая стрижка темных волос, выразительные глаза, с длинными ресницами, в данный момент покорно опущенные вниз, немного беспокойная линия губ. Парень ей понравился, он ничем не напоминал забитое несчастное существо, образ которого существовал в ее голове и ассоциировался со словом раб.
А она много раз слышала увлекательно поданные подругой рассказы о …рабах. В двадцать первом веке это слово резало слух. До сих пор Нина сопротивлялась своему желанию увидеть все своими глазами, вино же ослабило ее бдительность.
Нина внимательно рассматривала парня. Она искала в его взгляде и позе смирение, покорности своей судьбе, понимание невозможности изменить свой статус.
Но она понимала лишь то, что эта игра когда-нибудь закончится и парень сядет в свою машину и вернется в жизнь человека двадцать первого века. Что он знал о рабстве, об истинной неволе без прикрас, когда как не стараешься, какие шаги не предпринимаешь, ты и твои близкие навеки в кабале?!!
- Почему он одет так странно? – поинтересовалась Нина, окидывая острым взглядом молодого человека, подмечая все странности в его одежде. Черные брюки с отутюженными стрелками и бордовой полосой сбоку производили двоякое впечатление, образ дополняла рубашка темно-зеленого защитного цвета, с какими-то неопределенными хлястиками на плечах, напоминавшими погоны.
Слуга молча стоял застывшим изваянием и смотрел в одну точку.
- Отвечай на вопрос, – голос Ады послужил командой к действию. Вытянувшись в струнку, как будто можно было выпрямиться еще ровнее, парень отрапортовал:
- Так было приказано! Госпоже нравится военная униформа!
- Как его зовут? – Нина не могла заставить себя обратиться с вопросом прямо к парню.
- Сергей. Кстати, тебе не нравится его униформа? – ревниво поинтересовалась Ада. Эта невинная фраза заставила слугу побледнеть в страхе, предполагая, что он допустил оплошность, и забыл, например, застегнуть какую-нибудь пуговицу.
- Ну что ты, наоборот! - заверила Аду подруга. - Я питаю особую слабость к мужчинам в форме. В детстве я часто гостила в Киеве, мой дядя был военным и у него в доме, том, что при военной части, часто для разного рода помощи появлялись солдаты. Самым моим любимым занятием было наблюдать за их слаженной работой, и за тем как они быстро, и главное беспрекословно выполняли приказы.
- Да, я припоминаю, ты что-то такое рассказывала.
- А еще я любила, когда они прерывались на отдых, и тогда самый рослый из них протягивал мне широкую ладонь, я вкладывала туда свои ручонки, поджимала ноги, и меня уносило ввысь! Наверно, вся часть знала, как я люблю летать. - От приятных воспоминаний, Нина засмеялась. - Вот и тех пор я ничего не могу поделать со своими приятными ассоциациями, связанными с военной формой.
Девушка на мгновение перенеслась в свое детство, вспоминая захватывающие «качели» из сильных рук. Она всегда поражалась тому, какие у солдата теплые и надежные ладони, местами покрытые мозолями. Девушка не помнила его лица, не знала имени, тот солдат так и остался для нее просто образом надежности.
- Так что же тебе не понравилось, Нин? Рубашка сидит на нем ладно, - Ада прошлась вокруг парня. Тот стоял, затаив дыхание, – Выпрямись!
Слуга старался угодить, он выгибал спину, втягивал живот. Нина заворожено смотрела на них, пытаясь прочувствовать, что испытывают ее подруга и этот парень, предпочитая нетрадиционные отношения, в которых слово «рабство» было ключевым.
- Так, - произнесла Ада тихим голосом, от которого у всех побежали мурашки по коже. У парня от предвкушения, а у Нины от неожиданности, она никогда еще не слышала, как мягкий и бархатный голос подруги, вибрирует такими опасными, тревожащими интонациями. Девушка не могла оторвать глаз от этой экстравагантной пары.
Власть! Подумала Нина, вот что это такое! Она разливалась по жилам, пьяня похлеще любого алкоголя, заполняя тело, начиная с живота. Девушка удивилась своим ощущениям. «Неужели я тоже такая? Какая такая? Извращенная?» Их с Адой знакомство длилось много лет, начиная с университета, и они давно научились принимать друг друга такими, какие они есть, вместе с достоинствами, недостатками, странностями.
- Так. Одна пуговица расстегнута, - спокойным голосом, без лишних эмоций произнесла Ада, и сердце Сергею камнем упало вниз. Он хорошо помнил, что могло последовать за таким тоном. Он не знал, послужит ли для его госпожи сдерживающим фактором присутствие подруги, или его тут же ожидает наказание. От его непредсказуемой госпожи можно было ожидать разной реакции.
Раб попытался скосить взгляд, чтобы увидеть свою оплошность, но он не смел пошевелиться. Он был уверен, что ничего не забыл, ведь сегодня ему предстоял экзамен на профпригодность. Когда хозяйка позвала его к себе и сообщила, что у нее в скором времени будет гостья, ему были выданы строгие инструкции.
Он подготовил вино, фрукты, отнес все в гостиную. Госпожа хотела произвести приятное впечатление на подругу, показывая своего раба, вместе с тем не шокируя:
- Моя подруга не в Теме, хотя она знает обо мне все. Я не хочу, чтобы мы предстали перед ней как персонажи камеры пыток. Вокруг БДСМ создано столько мифов и небылиц, что...
Сергей не понимал, чем он мог смутить или напугать гостью. Он, полностью одетый и без ошейника, похожий если не на официанта, то на служащего при исполнении. Тем не менее, Сергей волновался. Хозяйка обучала его не один месяц, но еще никому из своего круга не показывала.
Он надеялся, что сможет удержаться на постоянной службе госпожи. У Ады были особые требования к его одежде и поведению. В чем-то они не отличались от стандартных, тех, что популярны среди многих верхних дам. А вот отличия ему следовало запоминать крепко-накрепко.
- Ноги шире! - девушка крепко взяла его за подбородок. Несмотря на приглушенное освещение, Нина заметила, как бледен и напряжен Сергей. Что же подруга делает с ним, что парень дрожит от одной лишь фразы? А то, что это именно страх, Нина понимала очень хорошо. От воспоминаний, которые давно, казалось, остались в прошлом, ей стало нехорошо, девушка попыталась отогнать их.
- Так ты, наглец, посмел явиться сюда, пред мои очи, с расстегнутой петлицей?! – Тихий шепот, дыхание, коснувшееся его кожи, от которых разгоряченная было кровь, застыла, словно скованная льдом. - Свободен!
- Госпожа?! – едва слышно, словно против своей воли выдохнул раб. Животный страх перед наказанием вытеснил все остальные эмоции и раб допустил досадный промах, посмел проявить непослушание, вместо того чтобы опрометью выполнить приказ и скрыться, он упал на колени:
- Прошу вас, умоляю! - он не сдержался, бросился в ноги.
Хозяйка была недовольна им и возможно она откажется от него! Осознание этого было так невыносимо! Он даже позабыл про гостью, и что в самом начале очень смущался в присутствии Нины. Сергея настолько захватили собственные эмоции, что ему даже не пришло в голову, что такую малость, придуманную Адой оплошность, легко простят, а вот за неповиновение, да еще при посторонних ему достанется по первое число.
- Я что-то непонятно сказала?! – слова Ады полыхали леденящим душу гневом. Сергей почувствовал, что сейчас лучше не перечить. Бросив украдкой виноватый взгляд в сторону Нины, незадачливый раб ретировался.
- Как тебе мой наглядный пример? - Ада улыбнулась, и Нина почувствовала, что напряжение начало отпускать ее. Перевоплощение подруги было необыкновенным. От ледяного холода не осталось ни следа, на ее щеках заиграли ямочки, поразительно меняя лицо. - Вот как нужно обращаться с рабом, чтобы он не усомнился в том, кто здесь главный!
- Накажешь его? - при этих словах у Нины дрогнул голос.
- Нет, попугала и только. – Она поменяла тему разговора, - ты останешься на ночь?
Нина повернула голову, вглядываясь темноту. За окном шумел дождь. Камин почти погас. Ей стало грустно. Ада уединится со своим мальчиком, а она будет лежать одна-одинешенька в гостевой спальне и страдать от воспоминаний так некстати вернувшихся к ней именно сегодня.
- Не знаю.
Ада уловила изменения в голосе подруги.
- Если хочешь, мы ляжем вместе. У меня огромная кровать. Поболтаем о нашем, о женском.
Нина вспомнила студенческие годы, общежитие, и как они вот так же коротали время, засыпая в одной постели, так как после веселой студенческой вечеринки все мыслимые и немыслимые спальные места были заняты. Мечтательная улыбка озарила ее лицо.
- Было бы замечательно!

Глава 2

Шум музыки перекрывал веселые и чуть пьяные женские голоса.
- Боже, Адочка, посмотри, у них розовые унитазы! Как это шикарно!
- Ну и что, что розовые? Не все равно куда …?
При этих словах брюнетка покачнулась на высоких каблуках. И, чтобы удержать равновесие, схватилась за двери, которые тут же распахнулись вовнутрь. Девушка почти ввалилась в кабинку. Ее подруга собралась было продолжить восторгаться потрясающим цветом элитной сантехники, как неожиданная мысль пришла ей в голову:
- Ада, я хочу с тобой! – произнесла она капризным тоном.
- Нин, здесь много свободных шикарных розовых унитазов! Выбери себе любой, детка!
Две подружки, пудрившие носики возле одного из многочисленных зеркал переглянулись и поспешили уйти, фыркнув напоследок, но большинство присутствующих не обратили внимания на разговор девушек.
- Ну, Ада! Я хочу посмотреть! – продолжала настаивать Нина.
За дверцей раздался смех, который слился с журчанием.
- Заходи Нина, заходи подруга дорогая, ты же знаешь, меня в этой жизни мало, что может смутить. Для тебя - все что угодно!
Чуть позже, старательно удерживая равновесие, они вернулись в танцевальный зал, проходя мимо столиков кафетерия. Несколько пар мужских глаз проводили их с повышенным вниманием. Затем парни тяжко вздохнули, и украдкой проверив что, их собственные спутницы ничего не заметили, снова вернулись к своим тарелкам.
Смотреть было на что: высокие и стройные, в экстравагантных платьях, с темными блестящими волосами и смуглой здоровой кожей, подружки производили яркое впечатление. У Нины была несколько мальчишеская фигурка, экстремально короткая стрижка, раскосые глаза и высокие скулы. Чуть резкие движения лишали ее женственности, но все равно она смотрелась прелестно.
Ее подруга, вся такая округлая и аппетитная, неизменно вызывала плотские желания у всех без исключения мужчин. Как и любая красивая девушка, которая знает о своей красоте, Ада снисходительно относилась к мужской реакции на свою внешность, но представителям сильного пола приходилось с ней нелегко.

Музыка господствовала в ресторане клуба, и в самом танцевальном зале, и в туалетах. Новогодняя ночь еще не наступила, а веселье в «Малой Медведице» самом лучшем ночном клубе города, достигало своего пика. Помпезное и вычурное здание когда-то принадлежало дворянскому собранию. Сейчас его отреставрировали, совершенно переделали внутри, приспосабливая под новые нужды; танцевальный зал, кафе, приватные комнаты.

По обе стороны огромной танцевальной площадки находились стеклянные звукоизолирующие кабинки со столиками. Внутри них тоже звучала музыка, но намного тише. В новогоднюю ночь все места оказались зарезервированными за полгода, тем не менее, одна кабинка все еще пустовала. За столиком, как раз напротив, сидели двое мужчин. Они несколько отличались от остальных гостей. И тем, что в их компании не наблюдалось женщин, и своим поведением. В такой праздник как новый год, все обычно спешат загодя завершить дела или благополучно откладывают их на потом, эти же, явно бизнесмены, что-то сосредоточено обсуждали, все чаще поглядывая на пустующий столик.

Вдоль длинных стоек бара расположился весьма разношерстный контингент, молоденькие девушки разрядились в пух и прах – на входе стоял очень жесткий дресс-контроль. Некоторые из них хищно посматривали на стеклянные кабинки, ловя взгляды сидящих там мужчин. Иногда они выходили на танцевальную площадку и выделывали замысловатые па, сладострастно выгибаясь и демонстрируя свои тела. К концу праздника многие из них уедут в шикарных машинах.
- Тим, я сильно рискую но, тем не менее, помогаю тебе. В случае если все откроется, я вылечу оттуда, а что-то подобное вряд ли найду. Другого такого места или хотя бы приблизительного с таким уровнем в нашем городе нет. А мотаться по другим городам утомительно. Ну, ты знаешь.

Говоривший эти слова худощавый мужчина в стильном джемпере, нервно подергивал плечами, и все норовил оглянуться, как будто за ним следили. Это, конечно, было далеко не так. В эту новогоднюю ночь владелец небольшого, но прочно стоящего на ногах охранного агентства, не чувствовал себя на отдыхе. По просьбе Тимофея Ильича Каргина, которому Владимир Александрович был кое-чем обязан, его работа и еще нескольких ребят из агентства продолжалась в эту праздничную ночь.

Его собеседник, слегка тронутый сединой крупный мужчина в темно розовой рубашке и синем галстуке, сидел с опущенной головой, словно все, что они сейчас обсуждали давило на него тяжким грузом. Когда он поднял голову, его собеседник поразился огню, горевшему в глазах Тимофея Ильича. Молодой человек вдруг понял, насколько того снедало волнение.
- Володя, ты же понимаешь, я бы не стал тебя просить! - Мужчина говорил с чувством, его тяжелый властный голос совершенно не вязался с его пришибленным видом. - Но я не могу дать задание своим людям заняться этим щекотливым делом!
- Понимаю, Тим, поэтому и помогаю! И еще потому, что хорошо помню себя в похожей ситуации. Хотя, черт дернул меня тогда, по пьянке, рассказать тебе о своем увлечении - ты оказался таким же, как и я. Пойми, эта организация дает очень твердые гарантии, и до сих пор они держали слово. То, что мы собираемся сделать, поставит под угрозу всех настоящих и будущих….

Тимофей перебил его:
- Все понимаю, Влад! Я подавал…, - тут он споткнулся на слове, но после секундной паузы быстро продолжил, почти с ненавистью выговаривая слова, – я подавал прошение, пять раз, и мне отказывали!!! Мне! Отказывали! Чем я нехорош? Рылом не вышел?
- Не горячись. Я разговаривал с одним нашим парнем, так его приняли лишь с восьмой попытки. Причем он так и не понял, почему его, наконец, взяли. Опять таки говорят, что человек, за которым последнее слово в утверждении кандидата, любит настойчивых. Но никто даже не знает мужчина это, или женщина.
- Так проверь кто владелец клуба! Не мне тебя учить!
- Проверяли! Все оформлено через подставных лиц.
Раздался стук. Открылась дверь, и вошел парень в пиджаке и галстуке. Эта своеобразная униформа всех работников занимающихся охраной, сейчас, в преддверии празднования нового года особенно бросалась в глаза на фоне посетителей клуба. Но последние давно веселились, и никто не обращал никакого внимания на расставленных в зале по всему периметру людей в одинаковых пиджаках.
- Владимир Александрович, можно вас на минутку.
Тимофей Ильич со вздохом встал, поправляя и без того идеальный узел галстука:
- Говорите здесь. Пойду, покурю.
Тимофей не стал брать пальто, он вышел на улицу, достал пачку сигарет, и стал похлопывать себя по карманам в поисках зажигалки. Его манипуляции заметил другой курильщик и предложил свою. Какая-то парочка дымила поодаль, вжав голову в плечи от холода и слегка пританцовывая.
- Ну что? - Тихо спросил Тимофей, прикуривая сигарету. – Не было?
- Нет.
- Марат, точно нет?
Коротко остриженный парень, которого назвали Маратом, только посмотрел в ответ. Спокойным тоном он четко доложил:
- Все машины членов клуба заезжают на охраняемую территорию. Клиенты входят через особую дверь. Вы же об этом знаете, Тимофей Ильич, сами так заезжали. Но все места на стоянке заняты, значит, она уже тут. Я уверен. Возможно, машина проехала с одним лишь водителем, а сама она зашла как обычная посетительница через общую дверь. Очень осторожная и предусмотрительная дама.
Марат деликатно кашлянул. Тимофей ничего не ответил, жадно затянулся в последний раз, и выбросил недокуренную сигарету в урну.
- Как только что-то станет известно, сразу сообщишь, – коротко бросил он.
- Да, Тимофей Ильич.
Когда подруги вернулись к стойке бара, они обнаружили, что их места уже заняты. В клубе царила предновогодняя толчея и возбуждение. «Какая тут давно, однако», усмехнулась Ада и, махнув рукой, пошла танцевать.
Со стороны казалось, что ее подруга чувствовала себя покинутой и обиженной. Взяв свой коктейль, Нина отошла в сторону и, прислонившись к колонне, стала наблюдать за Адой – та танцевала самозабвенно, полностью отдавшись музыке. Сразу же вокруг Ады образовался круг. Многие девушки смотрели на нее с завистью, парни с восхищением. Нина вздрогнула от прикосновения к локтю.
- Почему вы не танцуете?
Повернув голову, она увидела смуглого худощавого парня. Вопрос удалось прочитать по губам – громкая музыка не оставляла другого шанса. Красавец, дала ему оценку Нина. Считает себя неотразимым.
Интуиция часто помогала ей разбираться в людях. Сейчас она почему-то усомнилась в искренности интереса со стороны молодого человека – он явно что-то хотел. Хотя в таком злачном месте не было ничего странного в желании красавца подцепить в ночном клубе очередное смазливое личико. И точно, словно в подтверждение ее недоверию, он повернул голову к танцующим, его взгляд выделил именно Аду. Затем он вспомнил про Нину и с трудом оторвался от фигуры в красном платье.
- Твоя подруга хорошо танцует.
Нина все поняла. Он давно уже наблюдал за ними, за Адой особенно, и искал случая подрулить. Типичный и банальный ход. Все сразу стало ясно и не интересно – перед ней очередной искатель разового секса. Воспользовавшись тем, что освободилось место у бара, Нина ускользнула от кавалера. Если он парень неглупый, то все поймет.
Началась новая песня, более медленная. Вернулась Ада. За ней водилась манера уходить с танцплощадки неожиданно, если музыка переставала вдруг нравиться. Как всегда это вызвало разочарование толпы, ее пытались удержать, делали знаки остаться, но она, кружась в танце, непреклонно удалялась из круга.
Ада подняла руку, привлекая внимание бармена, и поманила его. Несмотря на огромное скопление народа, мальчик за стойкой бара успевал уделять внимание всем. Виртуоз своего дела, он принимал заказы, ловко открывал новые бутылки, смешивал напитки и при этом не забывал раздавать направо и налево лучезарные улыбки.
«Хочу его» подумала Ада, разгорячённая танцем и алкоголем. «Такой мальчик мне бы не помешал - услужливый, быстрый, и помнит свое место, как раз то, что надо. К тому же он ...свеженький». Нина сидела спиной к залу, и делала вид, что не замечает подругу. «Обиделась, дурочка, и все равно, я ее люблю», подумав так, Ада начала флиртовать с барменом.
- Как тебя зовут? – проговорив вопрос одними лишь губами, спросила она.
- Миша, – точно так же ответил он, и принял заказ у блондинки с глубоким декольте, у Ады появилось время, чтобы лучше разглядеть парня.
Его облегающая футболка была задумана именно для ночного клуба - для привлечения женского внимания. Когда он повернулся спиной и наклонился за чем-то, Ада оценила его ягодицы, тоже в облегающих брюках. Далее между ними состоялся разговор глухонемых – одними губами, громкая музыка не позволяла общаться иначе.
- Телефон.
- Вам нужен телефон?
- Да, твой.
- Нет. Я на работе.
- Я не привыкла получать отказы!
Миша насмешливо наблюдал, как резко развернулась и ушла эта чересчур прямая в своих желаниях девушка. «Выпила слишком крепкий напиток», промелькнуло в голове Миши где-то на заднем фоне, «в следующий раз добавлю больше льда в коктейль». Затем ее странная подруга, до этого сидевшая в пол-оборота, краем глаза тоже заметила уход Ады и, подхватив свой бокал, последовала за ней. «Сцена ревности гарантирована», усмехнулся бармен, принимая следующий заказ, «Ох уж эти лесбиянки».
- Каролина Вениаминовна, с вами хочет поговорить наша клиентка.
Клиентами здесь называли тех, кто мог позволить себе резервировать в клубе столики. Сравнительно небольшой список не более чем четыре десятка фамилий. Все эти люди поддерживали свое членство немаленькой суммой вечно зеленых долларов. Каролина Вениаминовна кроме труднопроизносимого имени отчества имела сложную профессию директора «Малой Медведицы». Клиенты клуба, избалованные и испорченные деньгами люди, часто хотели запредельных развлечений. Этой ловкой женщине удавалось удовлетворять их запросы.
В новогоднюю ночь каждые двадцать-тридцать минут она появлялась в зале, окидывала его ревностным взглядом; ди-джеев, барменов и официантов, не забывая про VIP-клиентов. Со стороны создавалось впечатление, что клуб создан для всех тех, кто накачивался алкоголем у бара, танцевал, знакомился и уходил вместе. На самом деле они создавали нужный фон беззаботной жизни богатых людей. Каролина Вениаминовна непременно заглядывала в стеклянные кабинеты, интересуясь, всем ли довольны клиенты, давала новые указания прислуге, неотлучно стоящей возле каждой двери и готовой услужить по первому движению руки клиента.
Худощавый парень в форме секьюрити клуба терпеливо дожидался ответа.
- Какой столик? – Нахмурившись, переспросила Каролина.
- Седьмой.
Каролина Вениаминовна замерла, вспоминая.
- Там же никого не было, – удивилась она.
- Пришла девушка, она в вашем кабинете, и сказала, что ее столик – седьмой и что она хочет поговорить с вами. Как вы понимаете, Каролина Вениаминовна я не мог оставить ее в коридоре, поэтому пригласил в ваш…
- Так! Быстро, кофе ко мне в кабинет! И коньяк. Обязательно не забудь молоко – эта клиентка любит кофе с цельным молоком.
Ее память удерживала множество деталей касающихся клиентов клуба. Даже если она их никогда не видела, информацию Каролина помнила хорошо.
- Каролина Вениаминовна …- парень замялся.
- Что еще, Олег? Только быстро!
- Я подумал, что вам нужно знать. Эта девушка находилась в общем зале, у нее красное платье. Очень заметное.
- Ну и что? Хотя возможно мне это пригодится. Все, иди.
«А я все глаза проглядела, думала, почему гостья из седьмого не приехала, а она оказывается, все время находилась тут».
В шикарном кабинете директора на ярко красном кожаном диванчике совсем потерялась обладательница вышеупомянутого платья. Зато черный наряд Нины смотрелся неплохо. Подруги ссорились.
- Ниночка, не ворчи! У меня сегодня слишком хорошее настроение. Новогодняя ночь еще не начиналась, а ты мне читаешь мораль. А я еще даже не шалила.
- Вечно эти твои неожиданности, сегодня эта выходка с барменом! Сто лет он тебе сдался!
- Ну, дорогая, перестань! Ниночка! Девочка моя…
- Что перестань?! Что Ниночка?! Тебя все кому не лень раздевают взглядами, а я должна молчать! Нет, чтобы сразу пойти за наш столик! Тогда мы бы были вместе, а не с каким-то сопливым мальчишкой! И вообще, мы могли бы остаться дома!
Внезапно благодушие Ады сменилось гневом.
- Нина! Прекрати сейчас же! - она повысила голос.
Окрик застал Каролину Вениаминовну на пороге. Девушки тут же прекратили выяснять отношения. Лицо Ады мгновенно разгладилось, а Нина все еще сидела, насупившись и бормоча, «Мы так давно не виделись, а ты...»
- Доброй ночи, Адочка. Чем я могу вам помочь?
Директор безошибочно обратилась к девушке, подсказка охраны оказалась очень кстати. «Что-то в ней знакомое», промелькнула тревожная мысль. Вспомнив, что обеих девушек она мельком видела в зале, женщина немного успокоилась. Каролина прошла через кабинет за свой стол. «Нужно будет наградить мальчика за полезные сведения», подумала директор. «Мой малыш будет просто счастлив».
- Доброй ночи и вам, Нина.
- Откуда вы знаете, как меня зовут? – встревожилась Нина.
- Успокойся, - спокойно произнесла Ада. - Она слышала твое имя, когда вошла. У меня к вам дело, Каролина. Я хочу выкупить у вас одного бармена, скажем так, на пару недель. Хотя, возможно, мне хватит одних суток.
Директор совсем не удивилась, ей приходилось улаживать и не такие запросы.
- Извините, могу я видеть вашу карту? – попросила она девушку.
Ада протянула невзрачную серо-серебристую карту. Расстояние между женщинами было слишком велико, их разделял большой стол. Ада же продолжала расслаблено сидеть на своем месте, не собираясь помогать Каролине. И хотя она чувствовала в директоре клуба женщину, каких мало, сейчас Ада зависла в роли капризной клиентки, и играть следовало по всем правилам.
И директор знала об этом. Каролине Вениаминовне следовало быть начеку еще когда к ней обратились просто по имени. Ей пришлось поскорее наклониться и взять карту, пока девушка совсем не опустила руку. К тому же Каролине едва удавалось сдерживать ярость – капризная клиентка начинала бесить, и взгляд мог выдать ее с головой.
- На каких условиях вы бы хотели этого мальчика? – уточнила она хорошо поставленным голосом, быстро скользнув взглядом по членской карте.
Ада не спешила отвечать. Нина прикоснулась к ее руке странно неуверенным жестом и Ада повернула к ней голову, спрашивая одними глазами, что случилось. Эта женщина вдруг показалась Нине знакомой; то, как она двигалась, как поворачивала голову. Решив кое-что проверить Нина, порывшись в сумочке, достала черную полоску кружева.
- Каролина Вениаминовна, будьте так добры, наденьте это.
От того, что к ней обратились по имени отчеству, женщине стало нехорошо. Дурные мысли так и лезли в голову. Такая вежливость со стороны Власти, которую олицетворяли члены клуба и их друзья, могла означать какой-то подвох. Словно читая ее мысли, Ада произнесла:
- Да не переживайте вы так, это маска. Вон на стене у вас зеркало, - она взяла кружево у Нины из рук и бросила ткань на стол.
Олег нес кофе, и боялся его расплескать. В таком заведении, где официантов пруд пруди, охранники редко носили подносы. Но Олег владел разными неожиданными и полезными навыками. Забыв постучать, он боком зашел в кабинет директора, придерживая дверь. Каролина резко повернулась на звук открываемой двери.
Олег сразу понял - что-то произошло. Его госпожа держалась за стену, как будто собиралась с силами, чтобы не упасть. Каролины Вениаминовны, директора элитного ночного клуба в кабинете не было. На ее месте стояла женщина в маске – госпожа из закрытого клуба Женского Доминирования.
Каждый член этого тайного сообщества мог рассчитывать на конфиденциальность. Лиц никто из них не прятал, но разглашение кто есть кто, не приветствовалось. Владелец клуба со времени основания оставался в тени, держа свое имя в секрете. Ходили слухи, что это весьма влиятельный человек из администрации мэра. Однажды организатор клуба пожелал присутствовать на вечеринке. Вот тогда-то было решено использовать маски, чтобы все чувствовали себя комфортно и на одном уровне. Вечеринка в стиле карнавала слегка приоткрыла завесу над тайной — хозяйкой оказалась девушка.
Олег хотел сразу же броситься к своей госпоже на помощь, настолько беззащитной выглядела молодая женщина.
- Госпожа Омега. Собственной персоной. Я так и думала, – голос Нины показался всем очень громким.
Олег только сейчас обратил внимание на девушек. Он вспомнил, что его посылали за кофе как раз для них. Тогда он осторожно поставил поднос на ближайший столик, а сам, как сомнамбула двинулся к побледневшей Каролине.
- Госпожа моя, – прошептал он, опускаясь на колени но, не решаясь прикоснуться. Каким-то десятым чувством он понял, что девушки эти свои и что при них можно быть самим собой. Некоторые пары клуба Женского Доминирования, отношения которых прочно устоялись, конечно же, знали о настоящей, публичной жизни друг друга. В рамках отношений директор-подчиненный, Каролина и Олег на людях придерживались традиционных отношений, что не всегда им удавалось. Но максимум в чем их могли подозревать сослуживцы, это что они любовники.
- Я думаю, что ничего страшного в том, что мы узнали друг друга, – успокоила всех Ада. – Это произошло случайно.
Каролина сняла маску и усталым жестом уронила на пол, если бы ее раб по привычке следить за порядком, не подхватил ее. Она всматривалась в лицо девушки в красном и не узнавала.
- Мадам, – прошептал наблюдательный Олег, подсказывая ответ.
Каролина удивленно вскинула голову. Среди членов сообщества ходили слухи, что именно Мадам, официальный, если так можно выразиться, представитель клуба Женского Доминирования знает в лицо человека, который организовал это сообщество.
- Да, я - Мадам. Ты прав, Сталкер. Удивлена, что ты знаешь мое имя.
- Я помогал Кузнецу оборудовать клетки в клубе. Вы тогда согласовывали детали.
- Каролина Вениаминовна, на вас лица нет. Выпейте кофе, он еще не совсем остыл, - раздался сочувствующий голос Нины. Она привстала с дивана и передвинула поднос ближе к директору.
Каролина то посматривала на Аду, прикидывая, во что может вылиться это разоблачение, то ее мысли переходили к этой экстравагантной девушке с короткой, и так шедшей ей стрижкой.
- Не переживайте вы так, ничего не случилось, - Ада с симпатией смотрела на эту красивую пару, коленопреклоненного парня в униформе и высокую грациозную женщину рядом. - Мы же разумные люди. Мы рады были с вами познакомиться, так сказать поближе, правда, Нинель? Пожалуй, мы пройдем в зал.
- Ада, а что насчет бармена? - опомнившись, окликнула ее Каролина.
- Я передумала, извините. Дорогу мы найдем сами, не беспокойтесь.
Девушки вышли в коридор. Этот новогодний вечер выдался для Ады с Ниной насыщенным разными событиями. Неожиданное раскрытие госпожи Омеги и ее нижнего протрезвило Аду и слегка выбило из праздничной колеи. Насколько она знала, этот случай был не единственным, просто никто не афишировал подобные узнавания.
- Что-то болит голова, - пожаловалась Нина, потирая переносицу, - пожалуй, я вернусь домой. Ты не возражаешь?
Ада чувствовала потребность побыть одной какое-то время, насколько это возможно среди многолюдной толпы ночного клуба. Членство давало ей такую возможность – заняв свой столик номер семь. Ада попросила минеральной воды, и чтобы ее не беспокоили хотя бы двадцать минут — ей хотелось привести в порядок мысли. Но скоро к ней постучались:
- Извините, ваш коктейль.
- Но я не просила, – удивилась девушка.
- Это от того господина, - официантка показала на столик напротив. С Адой часто пытались знакомиться подобным образом. Мужчина, приславший коктейль, смотрел в ее сторону, не отрываясь. Сейчас она менее всего была расположена к флирту. Поэтому демонстративно отодвинула бокал подальше, так, чтобы мужчина это видел.
- Можно? – минуту спустя в дверь постучались, и в нее протиснулся мужчина со столика напротив.
- Невежливо врываться на чужую территорию, когда вас не звали! – Ада отреагировала с не свойственной ей резкостью, не скрывая раздражение от бесцеремонности мужчины.
- Вы не пригласите меня сесть, раз уж я вошел? - плотный мужчина в темно-розовой рубашке, однако не проявил совсем уж откровенную наглость, и остался стоять. Ему стоило многих нервов решиться войти в седьмую кабинку и теперь приходилось прилагать усилия, чтобы казаться невозмутимым.
- Я никого не приглашала! – продолжала упорствовать девушка.
- Пожалуйста, - он произнес это слово так, что ей стало ясно, подобным просительным тоном, этот человек пользуется редко.
- Хорошо, черт с вами, садитесь, - в кабинете воцарилось неловкое молчание. Ада погрузилась в свои мысли, ей было все равно, а стеснение пусть испытывает этот толстокожий господин.
Их больше не беспокоили, официанты деловито сновали мимо и Тимофей Ильич чувствовал себя неловко, бокал в руке придал бы ему уверенности. Через какое-то время, в дверь раздался деликатный стук. Олег зашел с невозмутимым видом, как будто не было той сцены в кабинете. Ада испытала невольное чувство уважения к этому уравновешенному парню. Каролина могла гордиться им.
- Желаете что-нибудь заказать?
- Фруктов и бокал мартини, - помедлив, Ада добавила, - этому человеку стакан воды.
Девушка все-таки смилостивилась над Тимофеем. Тому хотелось знать, как долго она выдержит находиться в неведении, ведь обычно женщины любопытны. Вместе с тем он испытывал волнение, от решения этой, стервозной на вид девушки зависело, повезет ему в этот раз или нет. Ада молчала, и словно не замечала его присутствия. Он же украдкой бросал взгляды на ее озабоченное лицо. Нахмуренный лоб и сжатые губы девушки не обещали легкого разговора.
Едва принесли заказ, Тимофей схватил свой стакан с водой, как спасательный круг. Сделав глоток, он заговорил:
- Я пытался вступить в ваш клуб.
- В какой еще клуб? - Ада с трудом отвлеклась от своих мыслей и окинула мужчину внимательным взглядом. Потом словно встрепенулась, - ах, в клуб... ну-ну.
Она замолчала, предоставляя ему самому выпутываться. Осознав, что попытка внятно объясниться провалилась, Тимофей не решился продолжать и тоже замолчал. Вдруг взгляд Ады упал на вошедшего в соседнюю кабинку молодого человека. Тот, казалось, кожей почувствовал взгляд и, повернувшись в их сторону, застыл, как манекен.
- Владимир Александрович, если мне не изменяет память, - медленно произнесла она, узнавая в нем одного из членов своего клуба.
До этого Ада была погружена в свои мысли, и не отреагировала на вторжение, хотя она призналась себе, что ей было любопытно, как поведет разговор этот солидный мен.
В конце концов, в новогоднюю ночь хотелось сюрприза. Она решила пошалить. Не отводя пристального взгляда от вышеупомянутого Владимира Александровича, Ада поманила его пальцем. Мужчина еще больше побледнел, чувствуя, как дрожат ноги, метнул взгляд на Тимофея, тот сидел в застывшей позе и не подавал никаких знаков. Владимир уже собрался идти навстречу своей казни, как девушка жестом остановила его, приказывая оставаться на месте.
Множество мыслей успело пролететь в это мгновение перед его взором. Он увидел себя одиноким, бесхозным холопом, то жестко зафиксированным на кресте, со следами порки и других изощренных наказаний, то вымаливающим прощение у своей госпожи и заодно у девушки из кабинета напротив.
Тимофей тоже переменился в лице, от осознания, что сидящая перед ним госпожа знала Володю в лицо. Это подтверждало их догадки, она или присутствовала на собеседовании, или сама и есть та таинственная хозяйка клуба. Значит, ошибки быть не могло! Он вздохнул было с облечением, но потом сообразил, что лично ему этот факт никак не облегчит разговор. Теперь под ударом стоял не только он: его кандидатуру могли в очередной раз завернуть, а вот Владимира, могло ожидать наказание и исключение.
- Он ни в чем не виноват, это я вынудил его... – острый, как нож, взгляд Ады, словно пригвоздил лживую фразу к небу.
- Тебе отказывали много раз, и тогда ты вместе со своим знакомым вычислил и выследил меня. Зачем? На что ты надеялся?
- Вы меня помните? - удивился Тимофей, забывая на миг о нависшей над Владимиром опасности.
- Помню. Как же, как же! Еще на стадии твоих ответов на объявление все было ясно.
- Что именно ясно и кому? - в ответ Ада выразительно посмотрела на него, и у Тимофея появилось желание поскорее забиться под стол. Как ни старался, он все же забылся и взял неверный тон, хороший лишь для выговора подчиненным.
Помолчав, давая мужчине время осознать оплошность, Ада продолжила:
- Ты бил себя в грудь, что ты раб, причем самый что ни есть настоящий, а на самом деле это не так! Такие, как ты, вбивают себе в голову ерунду, какую-нибудь подмену понятий, и потом прилагают массу усилий, чтобы всем это доказать. А доказывать нечего! Дверь там!
Тим, едва сдерживал раздражение. Эта самоуверенная со злым прищуром девушка, смотревшая на него безразлично, вызывала досаду. Холодная красота взирала на него свысока, не испытывая перед ним, таким успешным, ни малейшего пиетета.
Пока девушка молчала, у него появилась возможность хотя бы рассмотреть ее. Длинные русые волосы, уложенные в высокую, идущую ей прическу, карие глаза, с едва заметными смешинками вокруг глаз, чувственные губы. Тимофей нутром чувствовал, что девушка с такой внешностью не может быть по-настоящему холодна.
Он подавил в себе нарастающее раздражение вкупе со страхом отказа, и постарался, чтобы его голос звучал мягче:
- Я хотел сказать, что не могу заставить Вас переменить решение, но может быть, вы выслушаете меня еще раз? Не прогоняйте меня… пожалуйста.
Он решил не идти напролом, а действовать более деликатно. В конце концов, он сам принял решение и сделал первый шаг, а его натуре было присуще идти до конца. Ада уловила изменения, происшедшие в голосе незнакомца.

- Можешь попытаться переубедить меня, - она уже смотрела на него по-другому, как показалось Тиму, с искоркой интереса. Мужчина уставился на нее, недоумевая, что вызвало перемену в ее настроении. - Стань на колени прямо здесь и сейчас, подтвердив таким образом, что не был голословен.
Неожиданное предложение, сделанное ему, когда натянуты все нервы, поставило перед мгновенным выбором, и он не мог отступить. Соглашаясь на эту авантюру, он рассматривал и такой вариант. Он согласится, а Володя и его люди увидят лишь коленопреклоненного страстно влюбленного мужчину, который одержимо добивался встречи с объектом страсти и теперь объясняется в любви.
Вместе с тем сбывалось то, о чем он грезил, хотя и боялся, это публичное унижение. Как-то он шел мимо университета, и шумные компании студентов обтекали его, как чужеродный объект. Вдруг внимание Тима привлек парень, который чистил девушке сапог своим носовым платком, стоя на одном колене. Девушка беззаботно болтала с подружкой, и никому не было дела до происходящего. Закончив, парень, как ни в чем, ни бывало, поднялся. Так Тимофей сделал для себя важный и неожиданный вывод: все заняты собой и людям нет никакого дела до других.
Ада с интересом глядела на него, прикидывая, как он поступит. Даже не поглядев по сторонам, интересуясь, что о нем могут подумать окружающие, Тим грузно сполз на пол. Ему все еще не верилось, что он на пути к исполнению безумного желания — поклоняться Ее Величеству Женщине. Тим неожиданно для себя почувствовал тепло в груди — он вдруг представил, какое блаженство может принести эта жестокая красавица. И если вначале ему не понравилась ее молодость, то сейчас именно эта мысль возбудила его.
- Как тебя зовут? - голос Ады звучал благосклонно. Она оценила поступок, хотя все же понимала, в новогодней суете никто не обратит внимания на происходящее в их кабинке. Разве, что парень, сидящий напротив, и пребывающий в нервном напряжении, то и дело поворачивал голову в их сторону. Владимир явно не знал, что сейчас лучше — встать и уйти, либо дождаться возвращения Тимофея.
- Извините, что сразу не представился, Тимофей, госпожа! – он покраснел. Впервые произнесенное вслух слово принесло ему сладостный трепет, он почувствовал, как душа распахивается в ожидании неизведанного, волнующего кровь.
- Знаешь, как зовут меня?
- Нет!
- Как же ты на меня вышел?
- Мы не знали вашего имени, только номер столика. Действовали, что называется, на удачу.
- Называй меня Мадам. Можешь встать!
Тимофей потерял счет времени, стоя на коленях. Сколько прошло? Минуты? Секунды? Он затруднялся ответить.
- Спасибо, я мог бы так стоять еще долго, - поднимаясь, он отводил глаза — его запоздало настиг стыд.
- Посмотри мне в глаза! - потребовала Ада.
Стыдно признаться даже себе — Тиму нравилось происходящее. Публичность щекотала нервы и придавала остроту.
- Что скажешь?
Тимофей поднял глаза и удивился тому, что зрачки девушки расширились, взгляд потемнел, а грудь вздымалась.
- Я боюсь Вам лишнее сказать.
- Хочешь все еще попасть в клуб?
Мужчина кивнул, поскольку голос отказал ему. Он волновался, словно юнец впервые оказавшийся на свидании с девушкой. Ладони вмиг вспотели, и Тим украдкой вытер руки о джинсы.
- Попробуй подать прошение еще раз. Я не против твоей кандидатуры, - как бы, между прочим, произнесла Ада, - то есть я могу замолвить за тебя слово. Понюхаешь пороха и это либо отобьет у тебя всякую охоту, либо ты станешь хорошим нижним.
- О! – только и мог выговорить он, лихорадочно соображая, стоит ли ему падать на колени. – Благодарю Вас!
Накал страстей пошел на спад. Тимофей вспомнил про платок в кармане, и теперь поминутно вытирал пот с лица. Аде он от чего-то показался смешным и милым. Щенячье умиление поселилось на его лице и причудливо изменило выражение. Теперь от напыщенного начальника не осталось ни следа.
Тем временем новый год вступил в свои права. Ди-джей прокричал веселое поздравление, шампанское полилось рекой, посетители клуба под медленную музыка кружили в танце. Тимофей бросил успокаивающий взгляд на Владимира. Тот, поняв, что кризис миновал, тоже открыл шампанское. Настроение, однако, было тревожным.
Тимофей стоял как истукан и чувствовал себя по-дурацки. Он не решался сесть, но и просить разрешения у него уже не было никаких сил. Предыдущие унижения, казалось, отняли у него всю решимость.
- Могу я узнать, почему вы так благосклонны? Я ведь рассердил вас, когда вломился без спроса!
- Натура женщины переменчива, - впервые за весь вечер девушка засмеялась. - Все, иди! Твой друг тебя заждался.
- Ему что-то будет? - вырвалось у Тима.
- Ты забываешься, раб! - от резкой перемены тона Ады его прошиб пот. – Передай ему, пусть признается во всем своей госпоже, а она уж придумает ему наказание!
- Спасибо. До свидания. Еще раз спасибо.
Низко кланяясь и чуть ли не пятясь задом, солидный мужчина походил на клоуна, и Ада едва сдержалась, чтобы не прыснуть со смеха.
В праздничную ночь было невероятным выдёргивать из дома, даже таких безотказных людей, как подопечных Ады. К тому же к часу ночи первого января подавляющая часть населения уже находилась в веселом подпитии. Тем не менее, она вызвала Дмитрия, сильно провинившегося раба. Наслаждаясь своим непреклонным тоном, она произнесла:
- Забери меня из Малой Медведицы. Сейчас.
Раб помнил, насколько сильно умудрился разгневать госпожу. Как понимал и то, что ему грозило полное отлучение от ее особы. Видимо госпожа решила, что новогодняя ночь это время чудес.
Ада знала, что этот раб, по крайней мере, живет неподалеку от клуба и будет на месте в мгновение ока. Она засчитала ему один балл за скорость прибытия, так как уже через десять минут перед ней распахнулась дверь заднего сидения. Раб помнил – она никогда не садилась рядом с водителем. Еще один балл на его счет.
- Куда прикажете везти, моя госпожа?
И еще один балл. Сегодня ее щедрость не знала границ. Назвав адрес Нины, Ада закрыла глаза. Почему-то ей вспомнился бармен Миша. Она улыбнулась. Дмитрий видимо следил за ней в зеркало заднего вида, так как он осмелился задать тревожащий его вопрос:
- Вы простили меня?
Минус балл. За отсутствие терпения. Подумав, она отняла еще один. За наглость. Установившееся молчание раб понял правильно и до конца поездки вопросов больше не возникало.
Едва остановившись, парень выскочил из машины, поскользнувшись и чуть не упав, так торопился успеть открыть дверь. Его дрожащие руки выдавали с головой. Встретившись с госпожой взглядом, он упал на колени. Так и стоял, не произнеся ни слова, красноречиво умоляя сжалиться над ним. Его склоненная голова принесла Аде удовлетворение. В конце концов, урок был преподан превосходно, она получила удовольствие:
- Ты прощен.
Пользуясь темнотой и отсутствием людей, Дмитрий выразил свою благодарность своеобразно. Он склонился к ногам госпожи, целуя обувь.
Когда Ада вошла в квартиру, Нина уже приняла душ.
- Ты так рано? – удивленная, она выглянула из ванной. - Я рада, что ты не поздно. Одной в новогоднюю ночь совсем грустно, а спать не хочется.
- Сейчас я разденусь, тоже приму душ и мы с тобой встретим праздник. Извини, что так получилось.
- Да, ладно, - Нина подошла и поцеловала подругу в щеку. Ее короткие волосы еще не успели высохнуть, она вытирала их полотенцем. - У меня шампанское в холодильнике, сейчас достану. Что мы будем из закусок?
- Ты знаешь, я не голодна. Давай сделаем фруктовый салат.
Через двадцать минут подруги устроились на кухне.
- Мы справимся? - Ада вертела в руках запотевшую бутылку. - Я сто лет не открывала шампанское! У меня всегда под рукой кто-нибудь из моих мальчиков.
Мрачная тень легла на лоб Нины:
- Без проблем! Достань бокалы, я открою.

- Представляешь, ты уехала, а ко мне вломился мужчина. – Ада оживленно передавала подруге события вечера. - Оказался нижним. Такой настойчивый, стервец! Как-то разузнал, где я буду встречать новый год.
При упоминании об увлечении подруги, Нина огорчилась еще больше.
- Что случилось? - забеспокоилась Ада, - похоже, тебе неприятно любое упоминание о моих… о моем… хобби.
- Дело не в тебе, а во мне. Сложно объяснить. Я запуталась.
Мысль, что она является причиной расстройства подруги, оказалась болезненной. Еще больше смущало рвение Нины осенью. Именно с ее подачи они организовали этот дурацкий клуб. Подруга, конечно же, самоустранилась, и всеми делами Ада занималась одна, привлекая лишь самых доверенных людей.
- Я не понимаю, поясни, пожалуйста,- после раздумий произнесла она, наконец. - Если тебе неприятно все это, зачем ты затеяла кутерьму с клубом?
Видишь ли, я очень надеялась понять…, я хотела решить одну свою проблему, извини Адочка, что втянула и тебя в это.
Нина поняла, что сама запуталась. Вообще было глупо начинать объяснения в новогоднюю ночь. Однако сказала «а» говори и «б».
- Помнишь, я как-то рассказывала о моем детстве. Меня почти каждое лето отправляли к родственникам в N.
- Да, что-то припоминаю, - Ада пыталась понять, что может означать это вступление. Похоже, что Нина как всегда решила начать издалека. Оставалось набраться терпения и выслушать ее до конца.
- Несмотря на влияние советской идеологии, в республике всегда были сильны традиции, такие как преемственность власти. Я скажу большее что, не смотря на всю строгость советской власти, в республике процветало настоящее рабство.
- Нин, что такое ты говоришь? - Ада выглядела обескураженной, ей с трудом верилось в эти средневековые бредни.
- Знаю, в это сложно поверить, но я ничего не выдумываю. Я сама, своими глазами видела, как наказывают провинившихся рабов. Как господствующий класс принимает решения и как им слепо следуют подчиненные им кланы, в случае непослушания их ожидало, - девушка запнулась, исправляясь, - ожидает жестокое наказание. До сих пор существуют семьи, веками принадлежащие местной знати. Они по своей сути рабы, знают это, и не пытаются изменить свое положение. - Видя, что Ада не верит ей и собирается что-то сказать, она попросила, - Подожди, не перебивай!
- Современный мир, цивилизация, глобализация, все люди равны. Все это так!
Нина продолжала говорить, может излишне горячо, пугая и без того обескураженную подругу. Но она не могла уже остановиться. Она должна была высказаться, выговорится. Нина знала подругу как внимательного и доброго человека. Ее перевоплощение в жестокую и властную госпожу, в эту пугающую ее роль, давало некоторую надежду.
- Телевидение, как и Интернет, давно покрыло все пространство мира, где-то меньше, где-то больше. Но понимаешь, им, этим людям, некуда идти, им негде спастись, ибо навсегда отвязаться от рабского ига невозможно. Их находят, и жестоко наказывают. Если не их, то близких, и поверь мне, в этом нет ни грамма удовольствия или возбуждения. Быть рабом это лишь боль! - На глазах Нины появились слезы.

Ада смотрела во все глаза. Нининой натуре было свойственно легко приходить в восторженное состояние, то бросаться в противоположность, но сейчас к ее рассказу примешивалась большая толика боли и отчаяния.

- Мне не хотелось, чтобы твое любимое увлечение обернулось после моего рассказа в ужас, но я помню все, что видела во время своих летних каникул. Когда рабов наказывали, я находилась рядом, от меня, родственницы, хотя и выросшей в другой среде, ничего не скрывали. Считали своей. Я сидела в кресле, будто патрицианка в ложе римского Колизея, и видела боль, слезы, кровь, жестокость и бессердечие, но все это являлось неотъемлемой частью той средневековой культуры. И что самое ужасное, для них всех представлялось естественным. Я не могла заставить себя ни вступиться, ни уйти!!!
- Как же так? – переспросила растерянная Ада. Нарисованная сцена граничила с безумием.
- Ты не поверишь! Но смирение и покорность одних и спокойная уверенность других, гипнотизировала! Лишь однажды я приблизилась и села рядом. Близко, близко! Я видела, как расширяются зрачки от боли, как беззвучно раскрывается рот в крике, слышала, как скрипят зубы, сдерживая стоны. Я сидела так близко, что поры моей кожи, казалось, впитали саму суть, и передо мной открылось знание - раб всегда будет рабом, если он верит в это.

Ада, взволнованная открывшейся ей картиной крайней несправедливости, хотела крикнуть: «И ты ничего не сделала?». Тут же одернув себя, поправила, «Я не могу ее осуждать! С целой системой невозможно бороться в одиночку!»
- Однажды, - тяжело вздохнула Нина, - я помогла бежать одному парню.
- Все обошлось? Тебя не уличили?
- Побег прошел, как по маслу. Я помогла Назиху с новыми документами, он устроился на работу, затем на время я потеряла его из вида.
- Вот видишь..., - Ада собиралась утешить ее.
- Ты не поняла, я же говорю - до поры до времени. Любой поступок это в первую очередь ответственность. Я приняла решение изменить его участь, но я не учла рабскую психологию, взращённую тысячелетиями.
- Нина, ну не тяни! Я вся на иголках! Что случилось потом?
- Оказывается, для Назиха я была и остаюсь одной из хозяек. То, что я спасала его от жестокого наказания и дальнейшей жизни отверженного, посмевшего нарушить волю господ, для него мой поступок являлся ничем иным как правом новой хозяйки.
- Что ты хочешь этим сказать? - Ада уже не знала, что и подумать. Она растерялась под лавиной этой невероятной информации. - Ты никогда в жизни не рассказывала мне...
- Я выждала, пока приговор привели в исполнение. После наказания я вывезла его из страны. Я-то думала, что спасла его, освободила!!! А в сентябре он пришел ко мне, сюда. - Слезы катились по щекам Нины. - Я ничего не поняла тогда, впустила его, а он, он…! Он упал ничком! Ада! У него началась истерика, ломка! Он умолял сделать ему больно, наказать его, ведь я его хозяйка!!! Можешь себе представить, что у него творится в голове?!
- Когда это случилось? – Ада спросила первое, что пришло в голову. Она знала лишь один способ прекратить истерику, которая, похоже, случилась с подругой. И этот способ никак не подходил.
- Осенью. Он вернулся из командировки в штаты.- Видя вопрос в глазах Ады, она пояснила, - Назих неплохо учился в университете, сейчас работает ведущим программистом в крупной международной корпорации.
Обыденный вопрос Ады неожиданным образом успокоил Нину. Она вдруг увидела себя со стороны. За окном праздничная ночь. Рядом расстроенная подруга. И она, зареванная, с красными глазами и опухшим носом.
- Вот поэтому, - девушка тяжко вздохнула, - когда ты в очередной раз заговорила о своем увлечении, я поняла, что у меня есть шанс разобраться, понять, как воспринимают рабство люди, рожденные и выросшие вне его. Ты понимаешь, о чем я? Именно поэтому я придумала идею с частным клубом. Нет! Ну, вот скажи, что делать? Я не могу причинять боль!!
Голос Нины снова начал наполняться истеричными нотками.
- Утро вечера мудренее, - сказала Ада, пряча шампанское назад в холодильник. – Давай спать. Завтра на трезвую голову подумаем вместе. Хорошо, что ты, в конце концов, поделилась со мной. Возможно, проблема не так уж и страшна. Не переживай, все будет хорошо!
Нина смотрела на нее с такой надеждой, что Ада пообещала:
- Я поговорю с ним. Если понадобиться, проведу встречу. И возможно его отпустит. Я знаю, так бывает от долгого воздержания.
- Хорошо, спасибо тебе.
- Не за что, подружка.
- Ну вот, - с сожалением произнесла Нина, виновато улыбаясь, - попили шампанское.
Ада засмеялась. Не удержавшись, Нина рассмеялась тоже.
В последнее время Сергей ощущал себя слугой на все случаи жизни. Профессия дизайнера веб-сайтов позволяла ему работать в основном из дома, что в свою очередь давало возможность таким образом организовывать свое время, чтобы Ада, любящая просыпаться ближе к полудню, находила своего личного слугу бодрым и готовым к ее услугам.
Будучи жаворонком, Сергей проспался рано, делал зарядку, готовил завтрак и садился за работу. Ближе к одиннадцати он начинал колдовать над завтраком для госпожи. В этот воскресный день предполагались гости.
Открыв дверь, Сергей вдохнул полной грудью вкусный морозный воздух и прищурился. Январь искрился инеем, солнце напропалую играло солнечными зайчиками. Посетитель молча прошел внутрь. Кивнув головой вместо приветствия, Сергей пошел вперед, показывая дорогу. Гость поспешил сбросить обувь и верхнюю одежду.
Сергей остановился у двери гостиной, ярко залитой солнцем, ожидая любых указаний. Гость тут же опустился на колени, что удивило Аду. Она была уверена, Нина не говорила с ним, как именно и что будет происходить в этом доме. Подобное объяснение тяжело далось бы ее впечатлительной подружке.
Склоненная вниз голова парня не скрыла от нее смутно знакомые, резкие черты лица.
- Вот как, - произнесла она, немного озадаченная.- То-то имя показалось мне знакомым. Подними голову.
Встретившись с Адой взглядами, мужчина покраснел.
Сергей удивленно вскинул глаза.
- Это ты.
- Да, госпожа, - слово прозвучало органично, без запинки. Теперь Ада узнала еще и голос.
Девушка повернулась к Сергею, поясняя:
- Осенью мы летели в одном самолете. Вот уж точно, пути господни неисповедимы, – она повернулась обратно к парню.
- Почему ты на коленях?
- Я раб, госпожа.
- Хорошо. Тогда начнем, - Ада всегда соблюдала основные принципы ее любимой субкультуры бдсм, одним из которых была добровольность. - Ты не возражаешь против присутствия здесь, во время нашего общения, моего знакомого?
Изумление явственно читалось в глазах Назиха:
- Раб не может возражать, госпожа.
С того момента как Назих опустился на колени, он явно пребывал в том состоянии которое Ада назвала бы особым трансовым состоянием сабспейса. И она бы порадовалась, если бы не понимала, этот парень придает происходящему свой смысл. Это для него в некотором роде это единственное лекарство – снова побыть рабом, снять ответственность и дальше идти по жизни налегке. До того момента, когда снова понадобится ее вмешательство. Или не понадобится.
- Иди за мной.
Для наказаний и особых случаев в доме было специально оборудованное помещение. Ничего похожего на мрачный подвал или средневековую камеру пыток. Просторная светлая комната, без окон, с нарочно продуманным освещением, улучшенной звукоизоляцией. Здесь легко было находить искупление и прощение, приходящее со свистом плети.
Она указала парню на крест. Назих снял джемпер и рубашку. Смуглая мускулистая спина удивила Аду, она не ожидала, что это худощавое тело порадует своим спортивным видом. Сергей зафиксировал парня. Назих не обратил никакого внимания на чужие, мужские прикосновения. Он словно сомнамбула следовал указаниям госпожи.
Ада подошла к стеллажам и задумалась, с чего начать. И тут же усмехнулась. «Вот уж никогда не думала, что меня будет заботить эффективность порки не с точки зрения причиненной боли, и ее уровня, а с позиции мягкости и плавности воздействия». Она выбрала несколько девайсов, готовясь использовать их в строгой последовательности.
Многохвостка с мягкими полосками кожи рождала ласковую вибрацию от соприкосновения с напряженной спиной мужчины. Эта трогательная узкая спина ласкала ее взор, а удары слух. Она старалась не думать, что бьет совершенно незаслуженно абсолютно незнакомого человека.
Чуть позже Сергей подал ей стек. Упруго изгибаясь в ее руках, он наполнял воздух тревожным гулом.
Жесткие удары ложились на разогретую кожу, оставляя яркие полосы. Многохвотска нанесла основной равномерный слой на обнаженный холст, теперь же пришло время основным контурам будущего рисунка. Стек воскрешал перед глазами Ады другие жокейские атрибуты – высокие гладкие сапоги и кожаную сбрую.
И вот настало время плети. Она дала Назиху возможность немного прийти в себя. Лишь немного. Размеры комнаты и расположенный посреди крест позволяли плети свободно извиваться и петь.
Ада вкладывала в каждый удар смысл. Она не жалела стоящего перед ней раба. И не занимала свои мысли ненужными уже размышлениями. Она чувствовала его и наслаждалась. Каждым взмахом, каждым ударом, каждым судорожным вдохом и каждой задержкой дыхания Назиха. Они стали единым целым.
Назих вздрогнул, когда вместо ожидаемого резкого удара плетью его коснулся почти нежный девайс. Это впечатление оказалось ошибочным, и уже скоро его кожа стала гореть, но то было согревание. Разгоряченная кровь закипала. Он почти заснул, все глубже погружаясь во внутреннее самосозерцание, не замечая небольшой паузы. Более жесткие удары стеком добавили остроты, он то падал, то возносился ввысь. Стек хлестал, неистово выбивая из него все плохое. Он обещал освобождение от мучительных переживаний, справиться с которыми самостоятельно, он был не в силах. Эйфория смешалась с адреналином, с болью, растекалась по всему телу, погружая в нирвану.
Знакомый, но почему-то не такой страшный звук плети вернул его к действительности. Казалось, это был крик знакомого, увидевшего его, и выражавшего по этому поводу радость. Краем сознания Назих отметил, что удары стали сильнее, жестче. Он больше не был собой. Его тело стало частью плети, ее продолжением, они двигались в унисон, начинаясь с руки госпожи, имени которой он не знал.
Слезы полились внезапно, и он даже не заметил, когда это произошло. Отвязанный он полусидел на полу, прислонившись к стене. Подняв голову, он столкнулся взглядом с Адой. Она улыбалась и гладила его по волосам.
- Все прошло. Все закончилось. Ты молодец.
Он ухватился за последнюю фразу. Он молодец. Он прощен! Рука наказывающая и прощающая была близко, рядом. Чувствуя священный трепет, он коснулся ее губами.
- Благодарю вас.

Автор: Angel

,



На плюшки музам и на хостинг сайту:
(указывайте свой емайл!)


Яндекс.Деньгами
Банковской картой

Не будь жабой! Покорми музу автора комментарием!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Чтобы вставить цитату с этой страницы,
выделите её и нажмите на эту строку.

*

Музу автора уже покормили 10 человек:

  1. Классно!!!! Огромное спасибо автору! прочитал запоем, адреналина через край!))

    0

  2. Самый странный рассказ, который я видела…. Эт чего-то новенькое

    0

  3. Интересный рассказ!!! Некоторые моменты на мой взгляд спорные, и с некоторыми не согласна, но это мое виденье ситуации)))). А общее впечатление достаточно вкусное)))

    0

    • Да, спорных моментов множество )) они вызывали у меня сильные сомнения, что даже хотела удалить все.
      Рада что вам удалось таки насладиться всеми странностями :) этой истории.

      0

  4. Мне понравилось. В первый момент было ощущение незавершённости, будто должно быть что-то ещё, но стоит чуть осмыслить прочитанное — понимаешь, что финал вообще-то логичен и даже ожидаем. Было интересно познакомиться с героями истории. Интересно, что ждёт такого настойчиво Тимофея, того милого бармена, а также Омегу со Сталкером))))))

    1

    • Благодарю за внимание к этой работе и понимание.
      В незаконченности есть место многим возможным сценариям. Многоточие даёт простор фантазии, особенно если задеты эмоции и волнует судьба кого то из участников истории.
      Приятно и радостно на душе от вашего комментария.

      1

  5. Читала на другом сайте, с большим удовольствием прочитала снова. Спасибо

    1