Сила воли — Глава 4

Невесомое прикосновение к плечу Рыж почувствовал одновременно с чужим запахом. Он взвился, заламывая чью-то руку, вдавливая нарушителя его покоя в пол. На большее сил не хватило: и так от острой боли в животе дыхание сбилось и сердце нервно заколотилось в груди. Ему никак не удавалось окончательно проснуться после успокоительного, но запах теперь уже казался знакомым, да и эти волосы…
– Всё хорошо, минейр Варваник, это я, Ири, – ласковый певучий голос сиделки с трудом проник в его затуманенное лекарствами сознание.
Воин выдохнул, медленно отпуская вывернутую руку и сваливаясь с женского тела на пол. Искоса посмотрел на «жертву». Харрш! Свежа, прекрасна и благоуханна, хотя отдежурила оборот. От боли в запястье даже не поморщилась, а ведь он его чуть не сломал. Уставилась на него в упор своими глазищами и вставать не торопится, лишь развернулась так, чтобы он хорошо видел её «богатство» в глубоком вырезе кофты. Рыж мысленно хмыкнул. У самого ныли мышцы, в местах переломов иногда простреливало болью, а в животе ворочался ощетинившийся иглами корзаг, но вид он оценил по достоинству. Воин приподнялся, одарил сиделку жадным взглядом, нежно провёл кончиками пальцев по шелковистой щёчке. Она потянулась за лаской, как домашняя кошечка.
– Ири, ты ведь не человек?
– Минейр Варваник, работа сиделки сложная: бесконечные дежурства, бессонные ночи, нервные дни, – она игриво улыбнулась, с вызовом посмотрела ему в глаза и поправила вырез. – Люди здесь срываются или даже гибнут. Я могу работать почти непрерывно, всегда спокойна и доброжелательна. У нас нельзя срываться или терять бдительность – не те подопечные.
Ири грациозно поднялась, открывая ему потрясающий вид снизу. Харрш! Складно чирикает птичка, а главного не сказала. Кто же она? На оборотня непохожа… Чем же он так интересен наверху, что к нему приставили такую штучку? Несмотря на хрупкий и воздушный вид, она совершенно не пострадала от его агрессивного поведения и не проявила ни малейшего недовольства. Мечта, а не женщина, думал он, невольно ещё раз заглянув под широкую юбку, оставляющую на виду стройные лодыжки.
– Чего ты хотела, Ири? – он попытался встать, но от резкого движения голова снова закружилась и Рыж бы упал, но удивительно сильные руки сиделки подхватили его подмышки, вздёрнули вверх.
Ири на пару капель прижалась к нему грудью, позволяя ощутить её упругость, и только после этого усадила в кресло:
– Ваше лекарство, примите его. Затем, если хотите, я помогу вам помыться. А потом подам завтрак.
– Звучит неплохо, но я сам справлюсь. – он ещё раз попытался встать самостоятельно и, как назло, непослушное тело повело в сторону.
Ири с совершенно невозмутимым видом снова оказалась рядом, обняла его за талию и потянула к двери в моечную. Рыж хотел отказаться от помощи, но отвлёкся на мерное колыхание женской груди. Тонкая ткань кофты натянулась на возбуждённых сосках. Во рту мужчины стало сухо, слабость и озноб сменились горячей волной и все возражения вмиг вылетели из головы. Поэтому он позволил довести себя до моечной и не сопротивлялся, когда проворные пальчики развязывали пояс на штанах, стягивали влажную от испарины рубашку, между делом касаясь чувствительных мест на его теле. В тот момент, когда она осторожно помогала ему поудобнее устроиться на широких ступенях овального резервуара с тёплой водой, организм недвусмысленно демонстрировал, что Ири просто прелесть.
Взгляд Рыжа задержался на выступающих под светлой тканью сосках сиделки и ему увиденное понравилось. Почему бы и не принять её помощь? Девушка понимающе улыбнулась, ловким движением сбросила форменную одежду и осталась в короткой сорочке на тонких лямках.
– Одежда может намокнуть, – длинные ресницы прикрыли озорно блеснувшие глаза. – Так нам будет гораздо удобнее.
Рыж хмыкнул, терпеливо ожидая продолжения. Ири ничего особенного не делала: нанесла немного жидкого мыла на губку, вспенила его и принялась намыливать тело мужчины от кончиков пальцев на руках к шее, по плечам спустилась на спину, прошлась по рёбрам. Её полные груди ритмично колыхались, вводя воина в эротический транс. Он перестал замечать где находится, сосредоточившись на мерных движениях и ощущении рук Ири на своём теле.
Вот она осторожно подхватила его ногу под пятку, вынимая из воды. Мягкая губка, лаская, коснулась кожи. Нежные пальчики девушки массировали ступню, проскальзывали между его пальцев, вызывая сладкую истому и слабость. Растирания и поглаживания от лодыжек поднялись к коленям, перешли на бёдра, вода из резервуара постепенно утекала, обнажая весьма довольного происходящим мужчину. Он полусидел, закрыв глаза, опираясь спиной на верхнюю ступень, голова покоилась на специальной непромокаемой подушечке и готов был начать мурлыкать от удовольствия.
Лёгкое касание прохладного воздуха к разогретой мокрой коже заставило Рыжа вынырнуть из грёз. Ири круговыми движениями намыливала его живот, тонкая сорочка открыла жадному мужскому взгляду великолепие обнажённых грудей. Он громко выдохнул и не выдержал – накрыл ладонями тяжёлые упругие холмы. Холмиками это назвать у него язык не повернулся. Разрумянившаяся Ири одобрительно улыбнулась, щедро покрыв плотной пеной пах и член, от которого не шёл пар только по странному стечению обстоятельств. Несколько скользящих движений женских ладошек и Рыж чуть не унесло волной наслаждения, но в последний момент девушка окатила его тёплой водой из большого ковша, смывая мыло. Воин еле-еле сдержал вздох разочарования и успел перехватить насмешливый взгляд расшалившейся «мойщицы».
– Я ещё не закончила, – розовый язычок скользнул по ярким губам. – Надо убедиться, что ты везде достаточно чистый.
Ну и взгляд у неё, будто съесть собирается! Рыжа кинуло в жар. Он инстинктивно напрягся, но Ири не позволила ему задуматься. Намокшая от пара и воды сорочка облепила её тело, подчёркивая нечеловеческую гибкость. Горячие ладошки скользнули от его колен к паху, девушка наклонилась соблазнительно прогнувшись в спине. Ох, ты ж, храпсова дочь!
Через двадцать сдвигов довольный и расслабленный, он лёжа в постели с аппетитом уничтожал завтрак. Когда последняя ложка чего-то невообразимо лёгкого и воздушного исчезла во рту, Ири сообщила, что через два поворота у него посещение массажного зала.
– Зачем? – ещё ни разу после ранения Рыжу не предлагали массаж.
– Вы провели слишком много времени без движения, а в организме идёт быстрая регенерация тканей и заживление ран. Кости срослись в течение первых десяти оборотов, ещё в восстановителе. А ведь на ногах у вас были открытые переломы! Да и позвоночник тоже повреждён. Я никогда не видела такой скорости заживления у обычного полукровки.
– Ну и что? – воин скептически приподнял бровь.
– Ваши мышцы и связки не успевают за восстановлением, возможны сильные судороги и боли. Тех упражнений, что делаете вы, совершенно недостаточно. Зачем это терпеть, если можно избежать? Вы скорее восстановитесь или вам нравится беспомощность? – сиделка игриво улыбнулась.
– Наверное, Ири, ты права. Но если можно, то немного позже. Я бы хотел сначала поговорить с минейром Алексеником.
– Он придёт к вам сегодня после обеда, как и всегда, минейр Варваник. Если что-то понадобится, вызывайте, я принесу. – с этими словами она вышла, мягко покачивая бёдрами.
Откуда она знает про его упражнения? Рыж осторожно слез с кровати и сел на пол в центр комнаты. Расслабился, выпустил «щупы» в разных направлениях. Корзага им в глотки, куда ни ткнись – везде засада! Все поверхности комнаты и умывальни оплетали разнообразные следящие и защитные заклинания на вход, выход, использование разных видов магии… Ничто и никто не проникнет сюда незамеченным. Хотя по слухам, ректор ВАУ тот ещё ненормальный. Многие маги, пытавшиеся ради развлечения взломать защиту его любимой Академии, погибли от встроенных в неё заклятий.
При такой системе безопасности непонятно, для чего на окна установлены обычные решётки. Наблюдение за ценным пациентом и так ведётся всеми доступными методами, даже подглядывать не стесняются. Идеальная тюрьма. Осталось найти способ её покинуть. А пока он повторил простейший комплекс упражнений на растяжку. Со студнем, в который превратились его мышцы после ранения, далеко не убежишь.
В душе Рыжа закипал гнев, но он смог задавить в зародыше это чувство, сейчас оно будет мешать. Боль потери должна уступить холодному расчёту. Никому не позволено использовать его слабости против него же. Надо выжить, сохранить себя и отомстить. Чтобы перестать концентрироваться на мести, он решил заняться более насущной проблемой. Откуда на его груди мог взяться неизвестно чей знак власти? А вдруг это проверка? Он ни о чём подобном никогда не слышал, может быть вышестоящие зачем-то пытаются ввести его в заблуждение? Сплошные вопросы и ни одного ответа. Он раздражённо покосился на поворотомер*, возвышающийся на специальной полке. Сложный, но точный механизм основанный на техномагии, под защитным колпаком отмерял капли, сдвиги, повороты и обороты.
Из резервуара на самом верху мерно падали капли, наполняя прозрачную гранёную колбу. Капли летели вниз с мелодичным звоном, растворяясь в колбе. И, как только сотая капля, оставив на поверхности ровные круги, исчезала, одновременно с этим большая шестерёнка сдвигалась на один зубец, подставляя под уже летящую сверху следующую каплю новую ёмкость. Колба, наполненная временем, уплывала наверх к резервуару. Скрытый в платформе, на которой крепилась конструкция, механизм приводил в движение невидимые нити. Казалось, что тёмная субстанция времени сама плывёт к резервуару. Каждые сто сдвигов платформа совершала поворот. Через сто поворотов происходил полный оборот всего сооружения.
До прихода целителя ещё есть немного времени. Рыж дотащился до зеркала в моечной, оголил рисунок. Обычная, хоть и тонко выполненная, татуировка. При дыхании грудная мышца шевелилась, создавая иллюзию движения горного льва или пумы – у этих кошек на Ларринте было несколько названий. В Сархайской пустыне, например, их называли кугуарами. Воин потёр рисунок ладонью, но ничего не изменилось: контуры не размылись, следы краски на пальцах не появились. Если вглядеться, создавалось ощущение что шкура кошки отливает золотом, но расковырять кожу, чтобы рассмотреть крупицу краски, не получилось – ничего колюще–режущего ему не оставили. Он попробовал заглянуть внутрь себя. Если это на самом деле знак власти, то должны появиться какие-то изменения в потоках силы, разве нет? Оказалось, нет. Все старые способности при нём, новых не видно. Правда, энергетические потоки какие-то вялые и тусклые. Понять в чём причина не удалось. Может быть, ещё не восстановился после ранения?
Обнажившись, он ещё раз осмотрел своё тело в зеркале, и не заметил ни одного шрама, даже самого старого. Харрш… Общий вид оставлял желать лучшего: впалые щёки, лихорадочно мерцающие ларг знает какого цвета глаза, уменьшившаяся мышечная масса, тусклый ёжик когда-то огненно-рыжих волос. На эстетическую сторону воину было плевать, а вот практическая показывала состояние всех систем ниже среднего. Эти пыточных дел мастера планируют его нормально кормить или он так и будет восстанавливаться за счёт внутренних резервов организма?!
В памяти всплыл один из вечеров с ребятами, когда они отмечали удачное завершение очередного задания. Женёк поймал молодого самца нерли*, который пытался защищаться с помощью копыт и клыков. Рыж помнил, каким восторгом горели глаза друга, получившего удовольствие от охоты. Побратимы жарили тушу над огнём, пили вино, смеялись, хором пели похабные песенки под звонкие переборы ктарра*. Они были счастливы тогда. Ярость сдавила виски, застилая красной пеленой бешенства взор, заполняя пустоту в душе, где раньше жила любовь к единственной семье, которую он знал – Нике и его побратимам. Кому-то придётся ответить за эту потерю! Рыж утробно зарычал, пытаясь загнать обратно под толщу льда клокочущие эмоции. Ещё не время…
– Рыж, успокойся. Всё образуется! – прогудел со стороны комнаты голос Отца.
– Харрш, я не услышал тебя!
– Потому что думаешь не о том, а расслабляться сейчас нельзя.
Рыж признавал справедливость упрёка наставника. Его жизнь не закончилась, она просто изменилась. Теперь, чтобы не исчезнуть на равнинах отчаянья, не стать одним из тех, кто с пустым взором влачит жалкое существование, он должен вцепиться в её новый смысл зубами. Месть. Пусть она заполнит пустоту, хмельным вином разольётся по жилам и даст толчок для его существования. Она будет как дранк* – горящее синим огнём пойло настоящих мужчин, обжигающее горло и душу, не позволяющее забыть свет в глазах побратимов. Месть. Она даст силы научиться жить без них, заполнит сосущую пустоту в душе. А дальше будет видно.
***
Храпса – сексуально озабоченное полуразумное существо женского пола, способное приносить потомство от практически любого существа мужского пола.
Нерли - клыкастое копытное с нежным мясом и мягкой золотисто-жёлтой шкурой в короткую зелёную полоску.
Ктарр – струнный музыкальный инструмент.
Ларг – здоровая обезьяна, двухметровая, злобная и плодовитая.
Дранк – крепкий алкоголь. Пьют горящим.
Поворотомер – часы на Ларринте.

Опубликовано: 25.03.2016

Автор: MeGera

ЗАЖГИ ЗВЕЗДУ!

Зажги звезду (уже зажгли 9 человек)
Загрузка...

 

« предыдущаяследующая »

На плюшки музам и на хостинг сайту:
(указывайте свой емайл!)


Яндекс.Деньгами
Банковской картой

Не будь жабой! Покорми музу автора комментарием!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Чтобы вставить цитату с этой страницы,
выделите её и нажмите на эту строку.

*

Музу автора уже покормили 8 человек:

  1. Хочу отметить моменты, которые мне показались в этой главе нелогичными:

    Он взвился, заламывая чью-то руку, вдавливая нарушителя его покоя в пол.

    Неожиданная и не объясненная реакция. С чего он вдруг так поступил. Раньше вроде не реагировал так бурно. Вот если ему, например, сон плохой снился, тогда да, а тут как-то необъяснимо.

    Многие маги, пытавшиеся ради развлечения взломать защиту его любимой Академии, погибли от встроенных в неё заклятий.

    Слова «Многие» и «погибли» плохо сочетаются. Слабо верится что разумные люди станут рисковать жизнью только ради развлечения. Тем более что успешных попыток вроде как не было. Тут либо не погибли, а пострадали (без фатальных исходов) либо, кто-то один погиб (ну может двое) остальные вряд ли после этого рискнут.
    А теперь выскажу свое огорчение:

    Через двадцать сдвигов довольный и расслабленный, он лёжа в постели с аппетитом уничтожал завтрак.

    Ай! Ой! Как так?! Самые интересные 20 минут этой главы не описаны. Ну хотя бы малюсенько :)

    Оцени комментарий: Thumb up +1

    • Ай! Ой! Как так?! Самые интересные 20 минут этой главы не описаны. Ну хотя бы малюсенько :)

      Нееее, сами додумываем ;)

      Оцени комментарий: Thumb up 0

      • Нееее, сами додумываем ;)

        Что, правда что ли? Сцены секса в романе описаны не будут? Но почему? При таком обилии прелюдий обрывать каждый раз повествование на самом интересном месте — это все-равно что дразнить читателя. И положительных эмоций от чтения сие вызывать не будет.

        Оцени комментарий: Thumb up 0

  2. Да уж, попал Рыж так попал. И «сиськи» ему специально подсунули, явно, чтобы отвлекали.

    Оцени комментарий: Thumb up 0