Оазис 4

ЛЕЛЬМААЛАТ:
После завтрака Наблюдающая Дартмаат объявила нам, что вечером состоится Урок Дисциплины. Такие уроки проводились регулярно, чтобы мы смогли продемонстрировать свои знания и умения, полученные в Оазисе. Это не были экзамены в прямом смысле слова, потому что экзамены проводились по конкретным предметам и по окончании каждых двух месяцев обучения. А на уроках дисциплины Наставницы нас изучали, так сказать, в естественной среде, смотрели, как мы двигаемся, общаемся и ведем себя. Наблюдающие и наставницы каждый раз менялись, и каждая из них по окончании очередного урока писала характеристику по каждому воспитаннику. Из них потом на каждый год делалась общая характеристика и писались рекомендации по обучению и корректировке личности. В начале у меня с этими уроками были проблемы, но после общения с Наставницей Каваат и, приняв во внимание ее аргументы, я научился контролировать свое поведение и притворяться.
Когда воспитанники возбужденно переговариваясь продвигались к выходу из столовой, наблюдающая Дартмаат выдержала паузу и осчастливила нас следующей новостью:
- Воспитанники, я рекомендую вам отнестись серьезно к своему внешнему виду и манерам, потому что принимать у вас Урок Дисциплины сегодня будет Старшая Наставница Дагайры Аминтот, и я надеюсь, вы понимаете, что именно она будет писать вам итоговые рекомендации и характеристику.
Коль, стоящий рядом, прошептал мне на ухо:
- Последний этап нашего обучения. Характеристика! От того, что именно напишет Наставница Аминтот, будет зависеть наша дальнейшая судьба. А у нее, говорят, глаз наметанный, видит насквозь.
Наблюдающая Дартмаат в упор посмотрела на нас и сказала:
- Все свободны, а ты, Лельмаалат, останься.
Воспитанники послушно и дисциплинированно покинули столовую. А я остался стоять и ждать.
- Лельмаалат, - начала Наблюдающая, - уроки с Каваат, несомненно, пошли тебе на пользу, ты научился сдерживать себя и почти принял свою судьбу. Я понимаю, что ты еще молод и неопытен, и все равно, чего бы я тебе не сказала, в душе будешь до посинения со мной спорить, но! Я прошу, просто прислушайся ко мне! Старшая Наставница Дагайры Аминтот очень проницательна и умна. И не думай, что ты сможешь ее провести. Но при этом ты должен понимать, что хорошая характеристика для тебя - прекрасный шанс хорошо устроится в жизни! Какими главными качествами должен обладать мужчина и идеальный муж?
- Знать свое место, беспрекословно исполнять желания госпожи и заботиться об ее интересах.
- Ага, теорию ты знаешь, теперь осталось практику подтянуть. Я знаю из характеристик прошлых лет, что ты вспыльчив и дерзок. Со Старшей Наставницей такое поведение недопустимо!
- Я понимаю, Наблюдающая!
- Поэтому, расскажи мне, как именно ты собираешься себя сегодня вечером вести? Я, конечно, могу тебе приказать, но, боюсь, эффект будет обратным, а если ты сам для себя обозначишь свое поведение, то тебе будет значительно проще.
- Наставница, я буду вести себя примерно, держаться скромно. На вопросы буду отвечать по существу, и только если будут ко мне напрямую обращаться. Буду смотреть в пол. Спокойствие и сдержанность.
- Что бы ни произошло! - отрезала Наблюдающая, - Я думаю, что Старшая Наставница вполне возможно будет вас провоцировать. Потому что гораздо проще воздействовать на ситуацию, нежели пассивно наблюдать. Будь готов! Я очень довольна твоими успехами и именно поэтому с тобой сейчас разговариваю. Я искренне надеюсь, что твои достижения поднимут престиж Оазиса.
- Я обещаю Наблюдающая, что буду вести себя достойно! Я могу идти?
- Да, Лельмаалат, но есть еще один момент. Я тебе советую встать в строю четвертым. У Старшей Наставницы есть привычка, четвертого по счету она всегда отправляет заваривать чай. Подать чай правильно ты сможешь, и будешь при деле. Будем надеяться, что в этом случае Наставница обратит внимание только на твое мастерство и исполнительность!
- Благодарю, Наблюдающая, я встану четвертым!
- Молодец! Я рада, что ты все понял правильно, - Наблюдающая довольно улыбнулась, - а теперь иди!

АРЬЕ:
Утром настроение было нормальным. То ли действительно выспалась, то ли организм смирился с неизбежным и решил не осложнять себе жизнь еще больше.
Выезжали мы с папой рано. Отъезд не афишировали, поэтому и провожающих не было. Хотя это был серьезный успех дипломатии отца. Я вчера после обеда заперлась в покоях, приводить себя в порядок, а он в это время выдерживал атаку министерши Знаний и общественной информации леди Адмиры Сольди. Она пыталась использовать мой поход в качестве события для поднятия престижа королевской семьи на невообразимые высоты. Пришла не просто так, а с целой разработанной программой народных гуляний, напутственных речей и торжественных проводов. Леди Адмира была очень суетлива, многословна и совершенно непробиваема, если была уверена в своей правоте. Отцу удалось ее спровадить только после того, как он пообещал реализовать подготовленную программу после моего возвращения и запугал ее возможными последствиями моего провала в случае реализации ее программы прямо сейчас.
Так что про отъезд принцессы за драконом никто не знал. Отряда сопровождения тоже не было. На дорогах Аэрты было спокойно, а тащить личную гвардию в Дагайру мне бы все равно не позволили. Поэтому выехали мы втроем: я, отец и служанка, заботиться о лошадях.
До Инграма было около суток пути.

ЛЕЛЬМААЛАТ:
Готовить нас к Уроку Дисциплины мы с Тулем традиционно доверили Кольдранааку, для чего все втроем собрались в его башне. Он был чувствителен к созданию цельных образов и умел, как никто другой, скрыть недостатки и подчеркнуть достоинства.
Когда я усаживался перед зеркалом, я его попросил:
- Коль, прошу тебя, создай сегодня что-нибудь не сильно экстравагантное. Я совершенно не хочу выделяться из толпы, сделай как-нибудь так, чтобы я был как можно более незаметным.
- Хм... Ну вот, только я размечтался! А что именно ты хочешь скрыть?
- Ну, надо сделать так, чтобы получилось миленько, но очень-очень посредственно. Наблюдающая Дартмаат настоятельно рекомендовала не выделяться. - Правда, скорее поведением, но в одежде тоже не помешает.
- Так, - решил Коль, - нас двадцать два человека и однозначно красивы только мы, - Тульчинизз и я с улыбками переглянулись, - еще парочка - оригинальны, трое - своеобразны, а остальные так.... серая масса. Вот к ним-то я тебя и определю. Ну-ка сядь ровно. Туль, а ты пока подбери нам что-нибудь ээээ... Так, глаза у Леля темные.... что-нибудь розовое сверху и фиолетовое снизу.
- Хорошо, заодно и себе наряд поищу, - и Туль с готовностью начал рыться в шмотках, которые мы горой навалили на постели.
Я спокойно замер, глядя на себя в зеркало. Коль с прической мудрить не стал, а тщательно прилизал волосы, а сзади заплел их.
- Лель, если совсем не украсить будешь выделяться, давай ленту вплету, под цвет шаровар. Вот смотри, эта достаточно отвратительная? - Коль мне перед глазами помахал жесткой фиолетовой лентой на удивление грязного оттенка.
- Туль, откуда у тебя это?
- В довесок дали к комплекту для танцев, я обаял продавщицу, и она расщедрилась... Я не стал отказываться. Неудобно, - Коль лукаво улыбнулся, - зато, видишь, пригодилось!
- Ребята, смотрите, - Тульчинизз наконец выудил из горы нечто невообразимое, - вот это для Леля, как и просили розовое с фиолетовым, а это мне. - И он продемонстрировал нам леопардовые шаровары в стразах с красной вышивкой и изумрудно зеленую рубашку с воротником стойкой.
- Непередаваемая жуть! - прокомментировал Кольдранаак, - тебе удалось подобрать нечто совершенно несочетаемое. Я даже не думал, что в наших гардеробах присутствуют настолько отвратительные шмотки. И вообще, если бы я знал, что выйдет из этой затеи, я бы сразу отказался. Я после этого вечера вообще не смогу носить эти цвета.
- Ну, знаешь, зато это однозначный шедевр безвкусицы!
- А что! - оживился Коль, - сейчас еще и аксессуары подберем. - И он бросил мою доплетенную голову и ринулся к ларцу с драгоценностями. - Так, Лельмаалат, тебе мы наденем янтарь, бусы в два ряда и пару браслетов. Кольца какие-нибудь сам потом подберешь, а то мне тоже еще одеваться. А для Туля предлагаю побольше золота! Возражения есть?
Возражений не было. Все это было даже забавно.
- А я в отличие от вас оденусь нормально, - продолжил Кольдранаак.
- Хочешь достойную характеристику?
- Неа, просто хочу сыграть на контрасте. А то я все время в тени вашего величия, - подмигнул нам Кольдранаак и тоже начал облачаться.
Да, урок будет интересным.

АРЬЕ:
Ехать было нескучно. Весна уже оккупировала предместья Гинданы, столицы Аэрты. На полях снег уже сошел, да и припекало знатно. Я откинулась в седле и прикрыла глаза, подставляя лицо солнцу и ветру. Отец рядом тоже довольно жмурился. Служанка Арисса от нечего делать постоянно проезжала вперед, а потом возвращалась и докладывала нам, что, дескать, впереди все в порядке. Я знала ее, она была моложе меня и мечтала стать воительницей, а пока копила деньги на обучение в военной академии. Мы с папой старались сохранять серьезные лица, когда она в очередной раз подъезжала к нам с 'докладом', нам все равно, а ей приятно, да и полезно.
Ехали не спеша. Меня в Дагайре пока не ждали, а загонять лошадей просто так было незачем. Кроме того, я пыталась получать удовольствие от поездки и одновременно тянуть время. По родной стране покататься, с папой пообщаться. И вопросов у меня возникало все больше и больше. Я ехала и думала о мужчинах, вспоминала и анализировала все, что я о них знаю. И постепенно пришла к выводу, что чем больше думаешь, тем меньше понимаешь.
Отцу я свои сомнения и озвучила.
- Пап! У меня к тебе разговор.
Отец рядом в седле лениво жевал где-то сорванную весеннюю травинку.
- Ммм?
- Вот как мне сделать правильный выбор в Оазисе. Там будет много мужчин, все разные. На что обращать внимание?
- А что именно тебя смущает? Кто-нибудь тебе точно понравится! Вот и знакомься.
- Знаешь, у меня много знакомых мужчин, и большинство из них мне нравятся. И это, наверное, значит, что я сама не понимаю, что мне надо? И в Оазисе я могу сделать неправильный выбор...
Отец рассмеялся.
- Арье, дочка, ты все усложняешь, в любви, даже если не поймешь сразу, что вот оно - твое, точно поймешь, что что-то не твое!
- Папа, твои формулировки всегда объясняют для тебя понятное мне непонятным.
- Ладно, - тут папа решил сосредоточиться, - я думаю, что если тебе придется делать выбор, то ты выберешь правильно. Просто пока у тебя не было выбора, поэтому и определиться не можешь.
- Почему же... Выбор был, - мои объятия с вышивальщиками назойливо присутствовали в мыслях, когда я себе пыталась вообразить свой мужской идеал.
- Это все не то. Ты только-только входишь во взрослую жизнь. Соответственно и на мужчин будешь смотреть по-другому. Да и потом в Оазисе большая концентрация твоих потенциальных мужей. А это совершенно другие впечатления, и воображение подстегивает, и как бы видишь, что важно, а что нет.
- Посмотрим, в любом случае спасибо...
Тут в очередной раз прискакала Арисса, и разговор пришлось свернуть. После ее доклада я решила проверить ее наблюдательность и стала задавать вопросы об окружающей нас местности. Детализация у девочки была на уровне.

ЛЕЛЬМААЛАТ:
Урок дисциплины проходил в танцевальном классе, потому что не предполагалось, что мы будем сидеть. Мы выстроились вдоль стены. Наши сокурсники разоделись кто во что горазд. Радовало то, что мы с Тульчиниззом на этот раз переплюнули самый отъявленный гламур. Но на фоне общих ярких цветов не сильно выделялись. Кольдранаак же, напротив, был олицетворением скромности и безупречного вкуса.
Старшая Наставница Дагайры Аминтот появилась во время. Прошлась вдоль ряда, сопровождаемая шлейфом приторно-сладкого цветочного аромата. Мои друзья были достаточно равнодушны к духам. Поэтому нам стоило большого труда сохранить ровное дыхание. Про себя я сделал вывод, что это тоже испытание. Своеобразный тест на реакцию. Глаз никто из нас не поднял.
Кажется, Наставница осталась довольной. Она еще раз прошлась вдоль ряда, потом отошла к противоположной стене, чтобы получить о нас общее представление.
- Так-так, мальчики! Надрессировали вас хорошо. Одеты и причесаны великолепно. Наставницы получат благодарность. Стоите ровно, глаза в пол. Номер первый, перечисли обязанности мужчин!
Первым стоял невысокий и изящный Гульнаак, который начал томным голосом:
- Обязанности мужчины в доме предполагают ублажение жены и госпожи. Мужчина ниже женщины по положению, поэтому обязан просыпаться раньше нее и ложиться позже нее. Прием пищи следует осуществлять только тогда, когда на это дано высочайшее дозволение. Кроме того, в зависимости от положения жены и госпожи муж обязан взять на себя тяготы по ведению домашнего хозяйства и не докучать жене бытовыми мелочами.
- Хорошо, - милостиво кивнула Наставница, - номер второй продолжай!
Следующим стоял долговязый Усьмилат, который начал несколько срывающимся голосом:
- Мужчина и муж обязан поддерживать жену и госпожу во всех ее начинаниях, строго следовать правилам, утвержденным в доме жены, повиноваться кроме жены старшей женщине в доме. Заботиться о своем теле и красоте, дабы услаждать взор госпожи.
- Достаточно! - обвала его Наставница. - Как тебя зовут?
- Усьмилат, младший сын Старшей Воительницы Оазиса Ай-Румай, Наставница... - по нашему ряду прокатился дружный вздох. Титул Наставницы всегда нужно называть полностью, но Усьмилат был настолько растерян и смущен, что, просто забыл, кто перед ним. И она его не простила.
- Я - Старшая Наставница Дагайры! Ты должен был произнести это полностью! Я отмечу твою непочтительность в характеристике. - Плечи Усьмилата задрожали, мы все чувствовали, что он с трудом сдерживает слезы. Этот урок был для нас чем-то вроде экзамена, а Усьмилат его только что провалил. Наставница тем временем продолжала, - Что с твоим голосом? Что ты блеешь как козел? Ты со своей госпожой тоже так будешь разговаривать? По-твоему она должна получать от этого удовольствие? Род Воительницы Оазиса Ай-Румай один из древнейших и прославленнейших в Дагайре! Но это не повод доводить свое образование до состояния низших животных! Я передам вашим наставницам распоряжение о твоем наказании и изменении твоей программы обучения. Чтобы ты больше времени уделял урокам почтительности и риторики!
Усьмилат был раздавлен.
Следующим был Тульчинизз. Наставница пристально оглядела его. Туль стоял расслабленно, он умел сосредотачиваться и не паниковать без достаточного повода. Руки по швам, глаза в пол.
- Хм, - протянула Старшая Наставница Дагайры, - Неплохо, неплохо! Одет несколько странновато, но это поправимо. В умелых женских руках. Надо бы проверить, насколько умелы твои руки. Иди туда, - она повелительно махнула рукой в противоположный угол зала, где располагалась зона отдыха, - и приготовь к подаче на стол фрукты. Фрукты в большой корзине!
Тульчинизз с готовностью подчинился.
На меня Наставница не обратила особого внимания, я стоял, как предписано, и ничем не выделялся. Поэтому она просто подняла меня за подбородок, посмотрела в глаза и одним словом 'Чай!' отправила к Тульчиниззу. Я еле сдержался, чтобы не рвануть бегом, а как положено плавно прошествовал к месту исполнения поручения. Но, как оказалось, радовался я рано.

АРЬЕ:
Ночевали мы в одном из королевских охотничьих замков, в Грире. Для этого пришлось свернуть с дороги, потому что замок располагался в стороне от тракта. Хотя замок, это, конечно, так - одно название! Скорее уж небольшой бревенчатый дом.
Снег уже сошел, лужайка за частоколом была покрыта свежей травой, дом выглядел добротным и обжитым, а на широко распахнутых окнах хозяйственно мотались белые занавески. Я невольно улыбнулась. Хорошо, когда есть место, где тебя всегда ждут!
В замке я бывала часто, особенно летом, когда отцу удавалось отвоевать у министерш мое право на каникулы. Поэтому в нем постоянно жили управляющая, три слуги и огородница, которой удавалось не только кормить нас свежими овощами, но и существенно облагораживать территорию.
Пока Арисса расседлывала лошадей, а папа прошел в дом переговорить со слугами, я отправилась навестить местную оружейницу Анарду. Мы давно звали ее переехать в столицу, но она считала, что изготовление оружия - это творчество, для которого нужна спокойная обстановка и предпочитала жить здесь. С одной стороны это было даже хорошо, потому что у меня всегда был повод приезжать в замок как можно чаще, а с другой плохо, потому что такие прихоти у меня возникали всегда несвоевременно, а выманить меня обратно в столицу, когда я начинала плотно общаться с Анардой, было довольно сложно.
Причиной была наша общая страсть к оружию. Да, мне не дано было от природы стать великой воительницей, но красоту клинка я ценила. И лет до пятнадцати даже коллекционировала. Потом, правда, передала свои клинки в столичную военную академию, потому что стало элементарно не хватать места, и я поняла, что не могу ко всем клинкам относится одинаково трепетно. Для того, чтобы оно стало для меня ценным мне нужно было посвятить ему определенное время, тренироваться с ним, ухаживать за ним, как за мужчиной. А, учитывая то, что к боевым искусствам я относилась с прохладцей, количество клинков, удостоившихся моего внимания, было ограниченным. Поэтому сейчас все мое холодное оружие спокойно размещалось на одной из стен моих покоев, а группы девочек из военной академии имели возможность тренироваться тем оружием, которое я успела собрать за несколько лет и которое грудами лежало в запасниках академии.
Оружейницей мне тоже не дано было стать. Потому как телосложение не позволяло долго орудовать кузнечным молотом, а без должной практики и усилий выковать нечто удобоваримое я даже не пыталась. Однако мне удалось наладить с Анардой вполне взаимовыгодное сотрудничество. Я стала рисовать, а она воплощала мои бумажные идеи в жизнь. В итоге, один из наших совместных мечей даже уехал в Тхар в подарок княгине, после чего переговоры о таможенных пошлинах стали просто формальностью. Ведь в мире женщин, главное - взаимоуважение!
Анарду я нашла в кузне. Она была крупной и веселой женщиной. Едва увидев меня она отложила молот и сжала в объятиях до хруста костей.
- Арррье! Умница, что приехала. Только тебя что-то давно не было.
- Да меня зимой министерши совсем загоняли, скоро коронация, в срочном порядке догонялась знаниями, и вот... эээ... догналась.
- Ну, раз ты здесь, то сегодня так уж и быть выделю тебе свободный вечер, а завтра давай приходи, у меня есть несколько идей, будем думать.
- Нет, - с грустью ответила я, - завтра уже никак, уезжаю.
Анарда быстро и пытливо взглянула на меня.
- Дагайра?
- Да.
Вот за что я ценю женщин, так это за то, что они совершенно нелюбопытны, в отличие от мужчин! Если бы на месте Анарды был мужчина, он бы не преминул выведать все о моем путешествии, а она промолчала, потому что понимала, что я не расположена особо распространяться на эту тему. Что говорить о том, чего еще нет! И так уже пол-столицы в курсе. А вдруг у меня не получится? Я, конечно, старалась гнать от себя эти мысли, но они непослушно топтались на заднем плане. И каждый лишний свидетель моей решимости меня ее лишал.

ЛЕЛЬМААЛАТ:
Следующим в строю воспитанников стоял Кольдранаак. Выглядел он сегодня великолепно. Его густые пепельные волосы был заплетены в сложную косу, черная безрукавка и шаровары подчеркивали аристократическую бледность кожи и глубину взгляда его огромных глаз, когда Старшая Наставница Дагайры заставила его посмотреть на нее. Его запястья охватывали парные браслеты из черненого серебра, а на груди сиял хрустальной каплей небольшой кулон.
- Ах! Какой красивый мальчик! - Старшая Наставница довольно бесцеремонно разглядывала его, - ну-ка поговори со мной, расскажи, чему тебя учат в Оазисе!
Коль послушно начал перечислять.
- Нам преподаются различные науки и искусства, кроме боевых. Поскольку я приписан к сектору благородных, то кроме домоводства и уроков мастерства нам преподают математику, астрономию, поэзию, музыку, танцы, историю, географию.
- Хорошо, а какой из перечисленных предметов является твоим любимым?
- Я люблю поэзию, музыку, танцы.
- То есть искусство?!
- Да, Старшая Наставница Дагайры.
Чем-то Кольдранаак заинтересовал Аминтот. Поскольку она продолжала спокойно с ним беседовать, я даже заметил, как в его глазах зажегся интерес. Что ни говори, собеседницей она была грамотной, а мы не привыкли, что нас кто-то слушает.
Тульчинизз уверенно и профессионально нарезал фрукты, создавая композицию для подачи на стол. А я уже подогрел воды и теперь грел глиняный чайник, чтобы заварить чай по собственному рецепту, который был одобрен нашей Наставницей по домоводству. Положив заварки, я залил ее водой, поставил на поднос две пиалы, чайник и сахарницу, положил салфетку. Два минуты подожду, чай настоится и... И тут случилось это.
- Раздевайся! - услышал я приказ Старшей Наставницы Дагайры. Туль замер с десертным ножом в руке, а я, не глядя, приткнул поднос на сервировочный столик.
Кольдранаак бледный как полотно, отчего его фигура еще сильнее приковывала взгляды тех, кто находился в зале, ошеломленным взглядом смотрел на Аминтот.
- Ты меня слышишь?
- Да, Старшая Наставница Дагайры...
- Тогда почему не делаешь то, что я тебе приказала?
- Старшая Наставница Дагайры я не смею...
- Что тебя смущает? Думаю, что присутствующие за годы учебы видели тебя не раз, а я выше тебя по положению, так что ты просто обязан мне подчиняться!
- Я боюсь разочаровать взор моей госпожи, - дрожа ответил Коль.
- Достаточно! Раздевайся, я хочу увидеть тебя!
Мгновенная волна ярости затопила все мое существо. Как она смеет! Женщина, госпожа, я все понимаю, но нас воспитывали по-другому. Наставницам в Оазисе не разрешалось без особой необходимости трогать нас, занятия по плаванию чаще всего проводили мужчины. Нас учили выглядеть безупречно и с достоинством. У Кольдранаака даже были мечты о том, что обнаженным его впервые увидит лишь его жена и большая любовь. А Аминтот двумя словами готова была все растоптать! Забрать у него то единственное, что для него было по-настоящему важно, его честь! Надо было мне встать пятым, тогда Кольдранаак бы сейчас спокойно заваривал чай, а я бы разделся, мне все равно. Хочется, пусть смотрит.
Коль медленно протянул руку к верхней пуговице безрукавки и отстраненно начал ее расстегивать. И тут меня прорвало. Совершенно не соображая, что я делаю, я схватился за чайник с кипятком, и чуть было не рванул в сторону Старшей Наставницы. Удержал меня на месте Тульчинизз, который со всей силы впился мне в локоть своей ухоженной рукой. Я попытался освободиться. Старшая Наставница, услышав шум, отвлеклась от Коля и медленно повернулась к нам. Мой мозг как бы попытался представить нас со стороны, я с сумасшедшим взглядом, вырывающийся из рук Тульчинизза, сам Тульчинизз повисший у меня на руке, воспитанники, застывшие в ступоре и пытающиеся осознать всю дикость происходящего, надменная Старшая Наставница Дагайры и Кольдранаак, не смеющий оторвать руки от полурасстегнутой безрукавки. Неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы Тульчинизз, устав со мной бороться, не швырнул на пол свободной рукой свой поднос с красиво сервированными фруктами.
Взгляд Старшей Наставницы Дагайры почернел, а ноздри хищно раздулись.
- Что это такое? - едва сдерживая гнев, спросила она.
Тульчинизз упал на колени.
- Простите, Старшая Наставница Дагайры, я так неуклюж, я не хотел, это вышло случайно и...
- Довольно! Ты понимаешь, чем тебе это грозит?
- Да, - промолвил, не поднимая глаз Туль.
- Очень хорошо, с этого дня тебя переведут из благородного сектора, в наказание вымоешь пол во всем зале и все тут уберешь.
Воспитанники в ужасе замерли, осознавая сказанное. Но главное, Тульчинизз сделал, он отвлек внимание от Кольдранаака. И спас мою жизнь.
Больше ничего интересного за время урока дисциплины не произошло. Старшая Наставница Дагайры спровоцировала ситуацию, и наверняка получила от этого большое удовольствие. В отличие от нас.

АРЬЕ:
- Арье, а у меня для тебя сюрприз, - сказала Анарда. - пойдем со мной!
Я проследовала за ней к большому ящику, у дальней стены кузни. В ящике было несколько отделений, и оружейница хранила в нем готовое оружие.
- На, посмотри, - и она протянула мне сверток.
Я осторожно развернула ткань, пытаясь растянуть момент. Внутри вполне ожидаемо лежал клинок.
Это был небольшой кинжал из голубоватой стали без гарды. По рукояти из серебра по спирали раскручивалась черная вязь древнего заклинания защиты, которое я нашла в одной из странных рукописей. Мои губы сами собой прошептали: 'да станешь ты оружием разящим и сохранишь владельца своего от зла'. Я подкинула кинжал на ладони. С балансировкой проблем быть не должно.
- Пойдем, опробуем! - приглашающе махнула рукой оружейница.
На заднем дворе был наш испытательный полигон, а именно разнообразные мишени различной формы и степени удаленности.
Тренировалась я долго. И потому что в принципе мне тут нравилось, и потому что очень нравился кинжал. Мы с ним друг друга поняли. Он станет одним из моих любимых.
Вечер я тоже провела с Анардой. Мы с ней долго пили чай на террасе. Разговор получился милым. Она ни о чем не спрашивала, просто рассказывала, о том, что произошло за последние четыре месяца в замке Грир и о своих планах на ближайшие дни. Я рассказала пару дворцовых сплетен. Чуть позже к нам присоединился отец, который закончил раздавать управляющим ценные указания. Я хотела предупредить слуг о том, что Арисса и отец скорее всего будут ждать меня здесь, но отец сказал, чтобы я не волновалась, он уже обо всем договорился. На том и порешили. Завтра будем у Инграма. Разошлись ближе к полуночи.
А с утра отец объявил, что у него для меня подарок.

ЛЕЛЬМААЛАТ:
Нам всем влетело, но больше всех пострадал, конечно же, Тульчинизз. В наших с Колем характеристиках появились соответствующие пометки, у него о непослушании, у меня о нестабильности, хотя Старшая Наставница по-моему так и не поняла, что именно я собирался делать с чайником, а Тульчиниззу было предписано выходить на смотрины в среднем секторе.
Все это было очень неприятно, хотя я знал, что Тульчинизз ко всему относился философски. Не то, чтобы ему было все равно, но он считал, что выбор был сделан правильный. Я думаю, что каждый из нас троих при выборе между дружбой и гипотетическим шансом на лучшую долю выбрал бы первое.
После Урока дисциплины Кольдранаак резко перестал изводить нас с Тульчиниззом рассказами о прекрасных воительницах, видимо, несколько подкорректировал свои мечты, столкнувшись с суровой реальностью.
Наставница Каваат мне прямо ничего не сказала, но по ее лицу я видел, что она ожидала от нашего урока чего-то подобного.
У меня резко изменился настрой. Если раньше я воспринимал Оазис своим домом, и мне здесь было достаточно комфортно, несмотря на все мои блуждающие мысли о побеге, то после пресловутого урока дисциплины, я его возненавидел. В каждой их наших наставниц я видел врага, и мне было очень сложно сдерживаться. Кольдранаак то и дело тревожно посматривал на меня и похоже всерьез озадачился тем, чтобы куда-то переключить мое внимание. А Тульчинизз, хотя в глубине души наверняка разделял мои мысли, к целом вел себя по-философски спокойно, и это с какой-то точки зрения меня отрезвляло, потому что ему уже было существенно хуже, чем мне.
Одно было хорошо. Что Кольдранаак не стал мучаться чувством вины за наши попытки его защищать, хотя это было вполне в его характере. А просто старался нас по всякому развлекать. Делился свежими сплетнями, избегая скользких тем, рассуждал о всякой ерунде, которую специально вычитывал в научно-популярных книгах, и именно он позвал нас в тот день на балкон своей башни.

Опубликовано: 23.10.2014

ЗАЖГИ ЗВЕЗДУ!

Зажги звезду (уже зажгли 8 человек)
Загрузка...

 

« предыдущаяследующая »

На плюшки музам и на хостинг сайту:
(указывайте свой емайл!)


Яндекс.Деньгами
Банковской картой

Не будь жабой! Покорми музу автора комментарием!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Чтобы вставить цитату с этой страницы,
выделите её и нажмите на эту строку.

*

Ура! Музу автора уже начали кормить!

  1. Все очень ванильно розовое и жуется, жуется, жуется….

    Оцени комментарий: Thumb up 0