Инкуб — 1

Желтый лист плывет.
У какого берега, цикада,
Вдруг проснешься ты?
Басё

- Анна Сергеевна, вы как?
- Ничего.
Анна Сергеевна, врач выездной бригады Скорой помощи привычно устроилась в кабине «Газели», пристегнулась, откинулась на спинку и прикрыла глаза. Хлопок двери заставил поморщиться - начинала болеть голова, и любой звук казался слишком громким.
- Все явились? - водитель заглянул в окошечко между кабиной и салоном, убедился, что фельдшер на месте и повернул в замке зажигания ключ. Белая с красным крестом машина медленно выехала из гаража.
Вечер стал продолжением дня. Вызовы разнообразием не отличались: гипертонические кризы, головная боль, температура. Ближе к ночи добавились любители протрезветь на свежем воздухе - добросердечные прохожие набирали ноль три, беспокоясь о прикорнувших в кустах нетрезвых согражданах.
Одних госпитализировали, другим оказывали помощь сразу. На станцию не возвращались, после каждого вызова Анна Сергеевна отзванивалась по рации и получала следующий. Бригада уже давно перевыполнила норму, но кого это волновало!
Фельдшер поставила металлическую укладку в специальное гнездо и высунулась в окошко:
- Анна Сергеевна! Надо вернуться, ящик заполнить.
- Ну, значит, возвращаемся.
Гараж пустовал, как всегда в это время. Люди возвращались с работы, и наступала пора недомоганий. Петр, водитель, покачал головой:
- Не успею термос залить.
- Успеешь. Я пока бумажки заполню.
Фельдшер потащила тяжелый ящик к окошку выдачи лекарств, а Анна Сергеевна пошла к регистратуре. Ей предстояло заполнить листы вызовов, которых набралась немаленькая кипа.
- Вы как? - фельдшер-регистратор кинула взгляд на подошедшего врача и снова застучала по клавиатуре. - Бледная все еще.
- Ничего, держусь. Сегодня последняя смена.
- Может, вызов оформить? Хоть отдохнете часок.
- Не надо. Машенька, постой! Дай, пожалуйста, градусник.
Фельдшер, тащившая укладку в машину, повернулась к регистратуре.
- Совсем плохо?
- Нормально. Угораздило же летом простыть. Хоть на больничный иди, перед отпуском-то. - Анна Сергеевна вернула градусник фельдшеру. - Сделаешь тройчатку?
- А может - домой?
- Я и так до двенадцати.
Укола хватило на несколько вызовов. Потом Анна Сергеевна сдала смену. Переоделась и собралась выходить.
- Подождите, может, сейчас вызов будет в вашу сторону! - ночью работы не стало меньше, разве что машины возвращались после каждого выезда, люди надеялись перехватить хоть пару часов сна.
- Нет, я пройтись хочу. Тут всего-то квартал. Да и не поздно еще, народу много на улице.
Он она переоценила свои силы. Прошла парк, пересекла двор. А у крыльца родного подъезда резко закружилась голова. В глазах потемнело, и Анна потеряла сознание.
Белый потолок, заклеенный обоями. Уголок справа отклеился, и с завитка свисала тонкая полоска паутины. Анна не убирала её - паучок был единственным существом, которому она позволила разделить с ней жилье.
Сегодня правило одиночества оказалось грубо нарушено. На кухне слышались шаги, кто-то старался не греметь посудой, но получалось плохо.
Анна лежала в собственной кровати и лихорадочно соображала, что же произошло. Потом, решившись выяснить все сразу, откинула теплое одеяло, которое почему-то укутывало её вместо легкого пледа, и попыталась встать. В глазах потемнело.
- Очнулись? - тихий голос произнес это слово с легким акцентом.
В дверях стоял незнакомый мужчина. Анна, не понимая, что чужак делает в её квартире, рассматривала его.
Высокий. Стройный... Спину держит очень ровно, как танцор или военный - Анна не смогла определить сразу. Судя по тому, как сидит одежда - джинсы с широким ремнем и облегающая футболка, незваный гость относился к разряду первых. Слишком уж тщательно подобранным казался наряд.
А мужчина, не смущаясь тем, что его так откровенно разглядывают, продолжал:
- Прошу прощение за вторжение. Но вы в буквальном смысле свалились прямо на меня, так что я счел своим долгом…
- Значит, дома я оказалась с вашей помощью?
- Да.
- А…
- Ключ лежал в кармашке сумочки. Адрес - в паспорте.
- Вы копались… - Анна задохнулась от возмущения. Но её негодование стало еще сильнее, когда она поняла, что одета в ночную сорочку. - И… кто меня переодел?
- Увы! - мужчина поставил поднос, который все это время держал в руках и пожал плечами. - Ничего другого мне не оставалось. У вас был жар, считайте, я первую помощь оказывал.
- И какую же? - испуг прошел, сменяясь злостью.
- Намочил ткань в холодной воде, сделал обтирание… Не вставайте так резко, голова закружится!
Он оказался прав. Откинувшись на подушку, возмущенная самоуправством Анна процедила:
- Я вам очень благодарна. Но, поверьте, моя признательность не будет иметь границ, если вы сейчас закроете за собой входную дверь. Замок сам захлопнется, а ключи, пожалуйста, положите на стол.
Мужчина улыбнулся и наклонился над ней, поправляя подушку:
- Мы поговорим об этом потом. Сейчас вам нужно поесть.
Анна вздрогнула и попыталась отстраниться. Получилось плохо. Мужчина наклонился ниже, окутав легкой дымкой аромата.
Приятной. И ненавязчивой. Одежда простая, а туалетная вода дорогая, качественная. Анне нравились такие вот запахи: обволакивающие, спокойные. Они создавали ощущение защищенности. Но не в этой ситуации.
- Вы…
- Мы поговорим после того, как вы позавтракаете. Хорошо?
Мужчина взял с подноса пиалу.
- Давайте, я покормлю.
- Может, я сама? - Анна лихорадочно вспоминала курс психологии. Ни в коем случае не злить сумасшедшего! Она уже начала сомневаться в здравом уме собеседника.
- Позвольте мне, - мужчина зачерпнул из пиалы и подул на ложку.
Глядя, как непринужденно он устроился на краю кровати, Анна решила, что первое впечатление оказалось верным - танцор. Вон, как держит чашку.. и ложку. Грациозные движения завораживали, заставляя забывать о том, что человек может оказаться маньяком.
Анна очнулась только, когда край ложки раздвинул враз пересохшие губы:
- Это… что?
- Суп. Тут креветки и морская капуста. Хорошо силы восстанавливает.
Анна с опаской попробовала. Вкус удивил. Пряный, приятный. Но вот к какой кухне относится, определить не удалось. А мужчина снова протянул полную ложку.
Пришлось есть. Глотая наваристый бульон, Анна смогла хорошо рассмотреть того, в чьей власти оказалась.
Чужак оказался очень красив. Идеальная стрижка подчеркивала правильный овал лица. В безупречных чертах проскальзывало что-то азиатское, но очень слабо. Ровно настолько, чтобы придать облику мужчины пикантность, не испортив общее впечатление совершенства.
Но выражение лица казалось необычным. Анна присмотрелась.
Глаза. Иссиня-черные, бездонные. Солнце, проникающее сквозь щели жалюзи, высекало в них холодные искры. Они придавали мужчине неприступный вид.
- Вы так смотрите... Я вам нравлюсь?
- Ну…- Анна вытерла рот салфеткой. - Скажем: могли бы. Но меня не интересуют мужчины.
- Вам нравятся женщины? - он встревоженно вскинул на неё взгляд.
- Нет, - Анна спокойно взяла из его рук стакан с соком и, не торопясь, выпила. - Они меня тоже не интересуют.
- Разве так бывает? - мужчина выглядел озадаченным.
- Конечно. Но давайте перестанем обсуждать мои сексуальные предпочтения, хорошо? Я поела. Теперь, как и договаривались, закройте дверь снаружи.
- Да-да, разумеется, - он аккуратно поставил посуду обратно на поднос. - Но вам нездоровится. Я не могу оставить вас одну в таком состоянии. Отдохните, а потом поговорим… Хорошо? Отдыхайте.
Анна хотела возмутиться. Даже вскочить, чтобы своими руками вытолкать нахала за дверь. Но мягкий голос обволакивал уютным пледом, заставляя истому разливаться по утомленному борьбой с болезнью телу. Сил не хватило даже одеяло откинуть.
Незваный гость что-то говорил, а Анна не вслушивалась в слова, она позволила приятному тембру влиться в жилы, убаюкать. Тревогу сменил покой, веки налились сладкой негой и Анна заснула.
Пробуждение было внезапным. Анна потянулась, вспоминая ночной кошмар. И замерла: если это сон, то что она делала, придя домой? Возвращение совсем не запомнилось! И этот незнакомец… Приснился? Словно прочитав мысли, мужчина возник на пороге.
- Как вы себя чувствуете?
- Х-х-хорошо. А вы… еще тут?
Анна чуть не застонала от отчаяния - не сон!
- Куда же я от вас? - он улыбнулся и расправил халат, который держал в руках. - Угодно будет встать?
- Угодно, но… может, вы выйдете?
- Зачем? - незнакомец искренне удивился. - Я тут второй день. Ухаживал за вами. Лечил. Неужели все еще стесняетесь?
- Представьте себе - да.
Он не настаивал. Пожал плечами, положил халат на кровать и вышел. Дверь, однако, оставил открытой. В щель хорошо была видная его спина.
Анна молниеносно выскользнула из-под одеяла, накинула одежду и завязала пояс. А мужчина, все еще отвернувшись, поинтересовался:
- Может, приготовить купель?
- О Господи, за что это мне? - Анна отстранила его с дороги, выходя из спальни. - С этим я сама разберусь. Сейчас меня интересует, кто вы такой!
- О, это моя оплошность. Прошу прощения! - он направился за ней в большую комнату, встав так, чтобы отрезать Анну от телефона. - Меня зовут Эйр Аккон.
- Иностранец?
Уточнять было не обязательно - внешность и акцент говорили сами за себя.
- Можно и так сказать. Я демон.
Анна вздохнула и потерла лоб. Почему-то так лучше думалось.
Эйр тут же встревожился:
- Жар?
Прохладная рука накрыла её ладонь. Затем пальцы невесомо прошли вдоль щеки. От нежного прикосновения по телу пробежал озноб.
- Температуры нет. Вам плохо? Голова кружится?
Анна вздохнула еще раз. Это не бред. Она действительно в одной квартире с сумасшедшим. А вызвать милицию нереально - Эйр постоянно находился между ней и телефоном. Обойти его Анна опасалась - сумасшедших нельзя злить, они непредсказуемы. Выход один - взять сумку, в которой лежит сотовый, и постараться позвонить с него. Санузел вполне подойдет.
Она заставила себя улыбнуться, принимая правила игры:
- Нет, все в порядке. Пожалуй, я все же приму душ.
- Как скажете.
Эйр подошел к шкафу и достал чистое полотенце. Анна разозлилась: слишком по-хозяйски ведет себя в её доме этот мужчина. Даже в вещах копается. Но показать недовольство не посмела. Улыбнулась, приняла протянутое полотенце и, прихватив по дороге сумочку, направилась к ванной.
- Я помогу?
- Спинку потрете? Спасибо, я сама справлюсь.
Он серьезно кивнул. Но прежде, чем дверь закрылась, объявил:
- Пожалуйста, не запирайтесь. Я не должен терять вас из виду.
Анна растянула губы в улыбке и задвинула шпингалет.
Вода, ударяясь о ванну, скрывала звуки. Анна пошарила в кармашке, где носила телефон. Пусто. Сунула в другое отделение?
Она перебрала содержимое сумки раз, другой. Потом резко перевернула её над стиральной машинкой. Эйр услышал стук зеркальца о поверхность и встревожился.
- Все в порядке! Я шампунь уронила! - поспешила успокоить его Анна.
Отчаянно боясь, что сторож ворвется в ванну, она лихорадочно перебирала вещи. Расческа, зеркало, помада, куча салфеток и разных нужных мелочей. А телефона нет. Неужели… Зло посмотрев на дверь, скинула халат и залезла в ванну. Конспирацию никто не отменял, незачем вызывать подозрения. Кто знает, что в голове этого безумца.
Упругие струи ударили по плечам. Анна подкрутила вентиль, так, что вода стала обжигающей. Когда кожа запылала, и кипяток показался нестерпимым, женщина резко выключила горячую воду.
Ледяной поток обжег, но вскоре сменился приятной прохладой. Мимоходом лаская розовеющие плечи, обогнул небольшую грудь и устремился ниже. Но вместе с водой пришел холод. Он заморозил даже намек на желание, и Анна с наслаждением поставила лицо навстречу водяным струям - в голове прояснялось. Вскоре она снова смогла мыслить трезво.
- С вами все в порядке? - донеслось из-за двери.
- Да, скоро выйду! - ответила Анна и выключила воду.
Вытиралась торопливо, опасаясь разозлить мужчину. И, тихо ругаясь, натянула халат. Эйр, как нарочно, выбрал тонкий шелк, и теперь он лип к телу, скорее выставляя фигуру на всеобщее обозрение, а не скрывая её.
Своего тела Анна не стеснялась. Природа оказалась благосклонной к ней и, лишив привлекательности, уберегла от другой опасности - позволила сохранить форму юной девушки без особых усилий. Анна ела все, до чего могла дотянуться, и при этом не поправлялась. Но подозревала, что работа вполне заменила ей фитнесс-зал: неработающие лифты многоэтажек, тяжелая укладка с лекарствами, которую приходилось тащить по очереди с фельдшером и отсутствие времени на полноценный обед очень помогали не толстеть.
Эйр стоял у двери. Чуть отступил, пропуская Анну на кухню, и тенью скользнул следом.
За полчаса купания ничего не придумалось. Поэтому Анна решила просто довериться судьбе и не упустить шанса. А пока играть роль радушной хозяйки.
- Чаю хотите? Или кофе?
- Вам следовало сказать о своем желании. Я бы заварил, пока вы ванну принимали.
- Не важно, я и сама могу. Так чай, или кофе?
- Благодарю. Но я недостоин еды, приготовленной Наири.
- Эээ...
Анну несколько смутило непонятное обращение, а Эйр решил, что она недовольна:
- Простите, я недостаточно внимателен…
- Вот внимания хотелось бы поменьше.
Стараясь не смотреть на стоящего почти вплотную мужчину, Анна налила чай в большую чашку, добавила четыре ложки сахара, чтобы немного успокоить сладким нервы и вернулась в комнату. Эйр двинулся следом и застыл за креслом. Анна поежилась - не видеть сумасшедшего было неуютно.
- Присаживайтесь.
Вместо ответа мужчина положил руки на её плечи, провел от шеи вниз. Выверенные, точные движения массажиста. Разминал мышцы грамотно и аккуратно, задерживаясь в особо болезненных местах. Потом снял тюрбан из полотенца, который Анна навертела на голове, запустил пальцы во влажные волосы.
- Вам неприятно?
В черных глазах - забота и спокойствие.
- Почему же? Вы хороший массажист.
Анна прикрыла глаза. В другом месте и в другое время она бы уж мурчала от удовольствия. Но теперь ограничилась нейтральным:
-Благодарю.
Легко промассировав голову, Эйр перешел к плечам, потом вернулся к шее, пальцы пробежались по позвоночнику. Та, где они касались спины, кожа мгновенно теряла чувствительность, словно после заморозки. Анна уже привыкла к подобной реакции - за несколько лет она сжилась с болезнью, и даже стала находить в ней некоторое удобство.
- Может, приляжете? Тогда я смогу размять лучше.
- Достаточно, - Анна отстранилась. - Говорите, что вы демон, Эйр?
- Да. Не верите?
- В таком случае, как вы могли так спокойно трогать меня за шею? - Анна подцепила серебряный гайтан и вытащила крестик. - Он из Лавры.
- Простите, Наири. Я - инкуб. Это моя оплошность, не представился сразу и должным образом.
Анна повернула голову и улыбнулась. Этот псих выглядел убедительно, только вот… Шизофрения?
- Вы знаете, кто такие инкубы, Наири? Мы не боимся ни крестов, ни святой воды, ни икон…
- Я читала «Книгу теней». И «Молот ведьм» тоже.
Пальцы, разминающие плечи остались ласковыми.
- Интересно?
- Да, занимательное чтиво.
- Плохо, Наири…
- Вы недовольны подборкой моих книг?
- А? Нет. Мышцы слишком зажаты, тело напряжено. Вас что-то тревожит?
Анна вздохнула. Беспокойство стояло прямо за спиной и делало потрясающий массаж.
Эйр наклонился, заглядывая Анне в лицо и улыбнулся:
- Вы напрасно опасаетесь, Наири. Я не причиню вам вреда.
Анна заинтересованно повернула голову:
- Ты снова назвал меня Наири. Что означает это слово?
- Титул. Правда, пока он не присвоен официально.
На этом массаж закончился. Когда Эйр пропустил пряди сквозь пальцы и убрал руки, Анна чуть не застонала от разочарования. И одновременно вздохнула с облегчением - она не любила фривольные прикосновения, тем более, чужаков.
Эйр обошел кресло. Футболка не скрывала хорошо очерченного, гибкого силуэта. Грациозно, как кот, мужчина опустился на ковер у ног Анны и положил голову на мягкий подлокотник кресла.
- Но вы отмечены печатью, так что я не ошибаюсь, уже сейчас называя вас Дарующей Жизнь.
Анна смотрела на него сверху вниз. Красив. И поза… провоцирующая. Специально ведь так сел! Вид просто потрясающий! Но с ней эти штучки бесполезны. Да и крохи информации, которую выдавал этот сумасшедший, упускать не стоило - собрать, осмыслить... и обратить себе на пользу.
- Что за печать? - невинно поинтересовалась она.
Кончики пальцев коснулись лодыжки, поползли вверх. Анна взглянула вниз. Изящество кисти не скрывало силу рук - видимо, мужчина заботился о красоте всего тела.
- Нимфа цикады под правой лопаткой. Ваше родимое пятно.
Анна молча чертыхнулась. Родимое пятно на самом деле имелось, а увидеть его мужчина мог, когда переодевал её в домашнее. Ну и фантазия! Еще один плюсик в пользу шизофрении: всему найти логическое объяснение.
- И что оно означает?
- Только то, что вы принадлежите к роду Наири... И сами станете ей...
- Так что вам все-таки нужно? - голова пошла кругом от нехороших предположений.
Эйр молчал. Он не сводил взгляда с лица Анны. Пальцы скользили вверх-вниз по ноге. Невесомо, на грани ощущений… Потом тихо прошептал:
- Если вы читали «Книгу теней», то знаете, что нам нужно…
Голос прозвучал дуновением вечернего ветерка, что тихо раскачивает ветки цветущей сливы. Но Анна не поддалась очарованию:
- О дааа. Значит, трактат правдив?
- Не совсем. Мы на самом деле ищем плотских утех с людьми. Это необходимо для продолжения рода.
- В «Книге» так и написано. Семя инкубов слишком холодное и неспособно к зачатию... Поэтому вы добываете его у людей.
- Бред! Нам нужна прана, энергия, которую люди выплескивают на пике страсти. В нашем мире она иссякла много столетий назад, и мы были вынуждены приходить в ваш.
- Вот как? Значит... прана? - Анна отчаянно жалела, что не может познакомить Эйра со своим другом-психиатром. По фантазиям "инкуба" Антон вполне мог написать диссертацию.
- Прана, - кивнул Эйр. - Для магии - она основа жизни в нашем мире. Для трансформации. Но главное - без праны мы не можем продолжить свой род. После возвращения мы могли зачать дитя, а женщины - выносить его. Но людям не понравилось. Человеческие сыны слишком жадные, чтобы делиться. И приняли меры. Инкубам стало сложно проникать в ваш мир, и мы стали вымирать, - Эйр открыл глаза. В них, глубоко на дне, плескалось недоумение. - Вы рассеиваете жизненную энергию и даже не замечаете этого... И пожалели малую толику, чтобы спасти целый народ.
Анна впечатлилась. Какая стройная теория! Даже почти без изъянов. Но спорить не стала - неё было собственное мнение насчет демонов и о влиянии их визитов на человечество.
Эйр продолжал:
- Потом Совет предложил перенести нескольких людей в наш мир. Королю понравилась эта мысль, и мы нашли подходящую семью. Это оказалось непростым делом. Каждый человек может дать энергию, но требовалась, чтобы она была совместима со всеми Домами.
- Прямо как донора искали...
- В определенном смысле, так оно и было. Девушка, которой предстояло переселиться к нам, стояла на краю гибели - в вашем мире тогда свирепствовала чума. Инкубы спасли всю её семью, обеспечили им материальное положение... А после того, как наша часть работы была выполнена, девушка отправилась с нами. У нас её ждало не просто уважение. Мы поклонялись ей, ведь от Наири зависело существование рода. После Дарующую Жизнь сменила дочь, потом - внучка... Поколение за поколением. Пока... люди не погибли.
Голос Эйра дрогнул. Но пальцы все так же гладили ногу, а голова лежала на подлокотнике. Анна могла любоваться на красивое лицо без помех.
- А я тут причем?
- Вы отправитесь со мной, Наири. Снова наполните мир энергией любви, и наш род опять вознесется к вершинам.
- Не хочу.
Эйр не смутился:
- Печать на вашей спине - знак древней сделки. Вам придется, ибо подобные клятвы невозможно забыть.
Он вдруг нахмурился и замолчал. Забормотал тихонько себе под нос. Анна прислушалась, но язык был ей незнаком.
- Что случилось?
Эйр попытался отмолчаться. Но Анна смотрела на него в упор, и инкуб сдался:
- Я совсем не чувствую вашего желания. Когда я делал массаж, вам было приятно. Но и только. Я приложил немало усилий, а вы остались глухи к моему посылу.
- Так вы все это время пытались меня соблазнить? - Анна рассмеялась. - Давайте, сама отвечу: облом?
Эйр нехотя кивнул:
- Не понимаю, почему. Я даже не чувствую ваших желаний. Какие мужчины вам нравятся? Высокие? Худые? Полные? Какого цвета глаза вы предпочитаете у партнеров?
- Так это для такого рода перевоплощений вам необходима прана?
- Не только. Но в основном - да. Чтобы угодить партнеру, мы должны чувствовать его, должны понимать, что доставляет удовольствие... У нас это на уровне инстинктов. Но с вами почему-то все по-другому. Совсем.
Анна усмехнулась:
- Значит, раньше тебе не отказывали?
- Люди - нет.
- А… женщины твоего мира? Их вроде суккубами называют?
- Суккубы, да - Эйр кивнул. - Я рораг. Зачать ребенка от личного телохранителя короля - честь. Но пока это никому не удавалось.
- Ох ты ж… - Анна растерялась, что правильнее: рассмеяться, или пожалеть несчастного. - Бесплодие?
- Нет, - Эйр оставался серьезным. - Рораги не имеют семьи. И не спят с женщинами иначе, как по личному повелению короля.
- Ох ты ж... - только и смогла повторить Анна. - Все настолько... запущено7
- Король для рорага - повелитель и Бог, - Эйр вытянул руку. - Вот знак моего служения.
Загорелое запястье черной полосой обнимал браслет. Анна наклонилась, чтобы рассмотреть получше. На сверкающем фоне иссиня-черной рубки вился затейливый узор из белого бисера.
- Ненадежное украшение. Достаточно порваться нитки...
- Нет. Это не вышивка, - улыбнулся Эйр и повернул полоску.
Бисер оказался ввязан в полотно. Порвать такой было непросто.
Но увести Анну с интересующей её темы мужчина не смог:
- Тогда зачем прана тебе? Если вам детей иметь нежелательно?
- Переход в боевую ипостась труден. Прана облегчает этот процесс и делает нас почти неуязвимыми.
- Любопытно…
Анна потянулась за кружкой.
Эйр не упустил этого движения. А еще он знал, что чай закончился.
- Я заварю. Четыре ложки сахара?
- Мысли читаешь?
- В данном случае - увидел, - инкуб скрылся в кухне.
Послышался звук льющейся воды, зашумел чайник. Анна лихорадочно соображала, что делать.
Телефон в коридоре, дверь приоткрыта. Эйр увидит, если выйти из комнаты. А сотовый… Куда он мог его спрятать?
Времени решить не хватило. Инкуб вернулся, неся дымящуюся чашку и тарелочку с печеньем.
- А может, пообедаем уже? - спросила Анна первое, что пришло в голову.
- Как пожелает Наири, - склонил голову Эйр и снова скрылся в кухне.
Анна заметалась. Кинуть записку в форточку? Или распахнуть окно и закричать? Второе опасно, кто знает, как отреагирует этот псих...
- Наири, что-то случилось? - появился в дверях Эйр.
- Уф, напугал, - пробормотала Анна. - Чего крадешься?
Мужчина удивленно посмотрел, но все-таки ответил:
- Одно из имен рорага - Тень. Наше присутствие не должно отвлекать Короля или Наири от повседневных забот.
- Что-то ты плохо справляешься, - на миг самообладание изменило Анне и она нарушила все правила поведения с больным.
На лицо Эйра набежала тень, но он тут же справился:
- Прошу прощения. Я постараюсь стать еще незаметнее.
Анна хмыкнула - в квартире с двумя крохотными комнатами это было сложно.
- Наири, - вновь привлек её внимание Эйр. - Прошу прощения, но я пока не знаю ваших вкусов... А в холодильнике нет ничего вас достойного...
- Там есть суп. С микроволновкой обращаться умеешь?
Вместо ответа мужчина кивнул, и вскоре из кухни донеслось громыхание посуды.
Почему-то Анна испугалась, что он перебьет ей все тарелки. А они еще от мамы остались, любимые! Особенно та, с рисунком на дне и зазубринкой на краешке. Ребенком Анна съедала всю кашу, лишь бы увидеть божью коровку, спрятавшуюся под клубничный листок. И теперь предпочитала именно её, чтобы хоть на несколько минут вернуться в детство.
Но обед Эйр подал в другой тарелке. Белоснежной, с золотой каймой по краю. Когда-то она входила в роскошный сервиз, который подарили на свадьбу. Но при разводе он пал смертью храбрых. Осталась только эта тарелка. Анна её терпеть не могла, но почему-то не выкидывала. И теперь с горькой усмешкой смотрела, как Эйр хлопочет возле журнального столика, накрывая обед.
- Я обычно на кухне ем. Там стол удобнее.
Мужчина замер... Потом как ни в чем не бывало, продолжил занятие:
- Кухня - не место для Наири. Прошу!
Белое вафельное полотенце вместо скатерти. Злосчастная тарелка с куриной лапшой. В блюдечке - несколько кусочков аккуратно нарезанного хлеба. Ложка. Стакан с водой.
- А вы есть не хотите?
- Не беспокойтесь, Наири. Я поел, пока вы спали.
Утром, значит. А уже обед. Анна пожала плечами: хочет голодать - его проблемы. Она не собирается заботиться о сумасшедших, которых из дома не выгонишь. Из чужого дома!
После обеда Эйр подал чай. Анна, прихватив кружку, вышла на кухню, не обращая внимания на пытавшегося остановить её мужчину:
- Чай не лезет уже. Я кофе хочу!
Он внимательно смотрел, как Анна насыпает в чашку две ложки коричневого порошка, добавляет сахар и сливки. А потом поднял банку и вдохнул бодрящий аромат.
- Нравится? - Анна с интересом наблюдала за выражением его лица. - Мне его подруга из Японии присылает. Здесь такого не достать. Хотите?
- Благодарю, не стоит, - отказался Эйр.
Анна сделала глоток и блаженно зажмурилась. Она могла питаться полуфабрикатами, одеваться с распродаж, но кофе... Кофе был её слабостью. В шкафу хранились несколько мельниц, джезвы, ситечки и фильтры. А если приходилось пить растворимый, то предпочитала она именно этот, заморский сорт.
От прикосновения прохладной руки Анна вздрогнула.
- Простите, - отступил Эйр. - Кажется, у вас температура поднимается. Лучше вернуться в кровать.
Анна вздохнула. Спорить с сумасшедшим - чревато. Но и мысли о кровати лезли в голову не самые радужные. Тут у здорового не знаешь, что в голове, а у больного... А вдруг либидо повышено? Инкубом себя называет...
Один взгляд в черные глаза погасил сомнения. Что в кресле, что в кровати, она была в полной власти своего нежеланного гостя.
Анна улеглась с твердым намерением не спать. Эйр прикрыл её одеялом и замер у двери.
- А вы... не выйдете?
Ответом стал удивленный взгляд:
- Рораг не может оставить того, ком служит, ни на минуту.
- Значит, вы служите мне? - обрадовалась Анна поймать неуступчивого мужчину в ловушку.
- Пока вы не приняли титул и не обзавелись собственными телохранителями, за вашу безопасность отвечаю я.
Анна молча выругалась. Выкрутился, гад.
Он так и остался стоять у двери. Ноги на ширине плеч, руки - за спиной. И словно не чувствовал пристального взгляда Анны, которая рассматривала его, отбросив в сторону церемонии. Единственное, старался не встречаться с ней взглядом.
Анне тоже вскоре надоело это развлечение. В комнате, несмотря на солнечный день, царил полумрак - мужчина закрыл жалюзи, а стены спальни хозяйка давным-давно оклеила темно-фиолетовыми обоями. Любовь к темноте во время сна сыграла в этот раз злую шутку - Анну начало клонить в сон. Сопротивляясь, она резко села.
- Что-то не так, Наири? - тут же забеспокоился Эйр.
- Одеяло. Оно слишком теплое.
- Вас знобило, и я решил...
- Верните, пожалуйста, покрывало.
Мужчина немедленно выполнил просьбу. Забрал теплое одеяло и бережно укутал Анну пледом. Она поежилась, когда он случайно провел рукой по её щеке и попыталась отстраниться. Он, заметив неприязнь, тут же отступил обратно к дверям. И снова превратился в статую.
Долго лежать без дела у Анны не получилось. Болезнь еще не отступила, отреагировав на стресс подъемом температуры. В голове загудело и Анне пришлось повертеться, чтобы устроиться поудобнее. Боль приутихла, но её тут же сменила дрема, и Анна, как в пропасть, провалилась в сон.
Теплое дыхание, коснувшись щеки, заставило открыть глаза.
Темнота. Ночь? Анна встревожилась - проспать весь остаток дня! Который час! И почему так тихо? Даже вечный шум автомобилей не слышен...
Дуновение скользнуло по щеке, коснулось шеи... Анна вскинула руку, почесать зудящее место. И машинально оттолкнуть нахала. Но рука наткнулась на пустоту. Рядом никого не было.
Крик рванул из груди и замер на губах - Анна не смогла произнести ни звука. И пошевелиться - то движение рукой оказалось единственным. В панике она попыталась отползти, но вжаться в матрас еще сильнее оказалось невозможным.
А некто невидимый продолжал ласкать тело. Его дыхание добралось до груди, задержалось и... Анна похолодела, когда вдруг поняла - исчезло не только покрывало, но и ночная сорочка, и трусики.. . Прохладный поток воздуха овеял сосок. Миг, другой, и его что-то коснулось - нежно, легко, подобно крылу бабочки.
Анна застонала в ответ. Чужие прикосновения были пыткой. А невидимый исследователь не останавливался. Уделив внимание одной груди, он бережно приласкал вторую. Снова повторилось и прохладное дуновение, и касание...
Наигравшись, дыхание сместилось ниже, скользнуло по напрягшемуся телу и добралось до живота. Мышцы свело судорогой. Исследователю это словно понравилось - что-то едва уловимое, ласковое заскользило по коже. Дыхание становилось то теплым, как знойный полдень, когда мечтаешь о малейшем движении воздуха, то прохладным, как напоенный запахом талого снега весенний ветер.
Анна билась в путах, которых не чувствовала. А пытка продолжалась. К дыханию и затейливому танцу языка добавилось невесомое, на грани ощущений, прикосновения пальцев. Они двигались по телу, не касаясь, так что Анна ощущала только тепло невидимых рук, от которого на коже рождались мурашки. Грудь, ключицы, плечи... Пока пальцы ласкали тело, язык скользнул ниже. Анна что было сил сжала ноги, не пуская, застонала и...
- Наири! Наири! Что с вами?
Эйр мужественно принял удар в грудь, но рук не отнял. Анна задохнулась и огляделась, приходя в себя.
Она сидела на кровати, а мужчина крепко держал её за плечи, не давая упасть. Сквозь щели неплотно закрытых жалюзи пробивался закат, а вместе с ним в комнату проникали привычные уличные звуки - гул машин, детские голоса...
- Все... в порядке...
Эйр тут же отстранился. И, следуя за взглядом Анны, поднял жалюзи.
Золотистый свет ворвался в комнату, прогоняя остатки морока.
- Не спи на закате - чертей разбудишь, - усмехнулась Анна, откидывая покрывало.
- Простите? - не понял Эйр, но Анна не обратила внимания - её ночнушка пропиталась потом, да так, что отжать можно было.
Зато исчез озноб.
- А вот и разгадка, - пробормотала Анна.
Видимо, жар принес кошмары, а разговоры о демонах страсти направили их в определенное русло.
- Вы куда, Наири?
- В ванну.
Эйр тут же накинул поверх влажной ночной рубашки халат. И открыл дверь в санузел.
- Сами-то выйдите.
- Наири, вам нехорошо. Если вдруг...
- "Если вдруг"- вы услышите, - парировала Анна, задвигая щеколду.
Горячая вода обожгла тело. Но еще сильнее горела кожа от жесткой мочалки, которой Анна безжалостно себя терла. Она старалась смыть следы чужих прикосновений, словно они въелись в тело, уродуя его жгучими клеймами. Судороги отвращения невидимый наглец принял за дрожь желания, а рвотные позывы - за дыхание страсти. Анну это не удивило, жизненный опыт подсказывал, что так бывает всегда.
Дрожь постепенно сдавалось, брезгливость смывалась мылом и водой. И из ванной Анна вышла почти успокоившись.
- С вами все хорошо, Наири? - в голосе Эйра слышалось участие.
- Нет, - зло отрезала Анна и отшатнулась от протянутой руки. - Запомните, господин инкуб, или как-вы-там-себя-называете: больше всего на свете я ненавижу, когда ко мне прикасаются без разрешения.
- Вам снился кошмар, - констатировал Эйр, но руку убрал.
- Да, - вздохнула Анна. - Невидимый любовник пытался доставить мне удовольствие. Это было отвратительно!
- Вам не понравилось? - вздернул бровь Эйр.
- Абсолютно. Чужие руки на плечах, животе, ногах... брррр - Анну передернуло. - Одно хорошо - кажется, я выздоровела. Видимо, это болезнь так уходила. Эй, что с вами?
Мужчина опустился на одно колено, склонив голову:
- Я должен просить прощения, Наири. Мне было неизвестно, что вы не переносите, когда вас касаются незнакомцы, но это неважно. Я приму любое наказание, кроме смерти - над жизнью рорага королевского дома властен только государь.
Анна опешила. Мужчина слишком вжился в роль, совсем ушел в свой вымышленный мир. Запахнувшись в халат она тяжело опустилась в кресло. Отступившая простуда и разыгравшиеся нервы разбудили голод. И, глядя на Эйра, Анна поинтересовалась:
- Может, поужинаем? Поздно уже, а завтра на сутки...
- Куда? - не понял Эйр.
- На работу, - Анна выжидательно посмотрела в глаза собеседника.
- Зачем? - удивился тот. - Наири, в этом нет смысла. Пройдет немного времени, и вы отправитесь в мой мир.
- Ну, во-первых, никуда я не отправлюсь, мне и здесь хорошо. Во-вторых, нельзя вот так просто взять, и прогулять работу. Да и смысла нет. У меня отпуск через две смены!
Эйр внимательно оглядел её сверху вниз. От выражения его глаз могло растаять мороженое, но Анна осталась равнодушной.
- Нет, Наири. Это опасно. И времени на подготовку у нас мало - близится холодный сезон.
Анна уже рот открыла, но тут же прикусила язычок. Лучше прогулять смену, чем стать героиней криминальной хроники.
Но первую часть предложения мужчина принял как просьбу:
- Наири, что вы хотите на ужин? Я приготовлю.
Анна, потеряв на миг контроль над собой, пробурчала:
- Утку по - пекински и фуагра.
Брови Эйра изогнулись, но он тут же взял себя в руки.
- Приготовление сложных блюд требует времени и опыта. Я больше воин, чем повар.
- Ладно, забудь. Там в морозилке есть пельмени. Их-то сварить сможешь?
Он умел. Но приготовил по-своему. Отварил на пару, пристроив над кастрюлей смазанный маслом дуршлаг. Из найденных в холодильнике овощей и зелени соорудил то ли салат, то ли приправу. Анна не сдержала завистливого вздоха: кулинаром она была еще тем.
- Дашь рецепт? - спросила она, не сводя опасливого взгляда с мужчины.
Но тот отнесся к панибратству, как к должному. Куда больше его заботил апельсин, который он чистил.
Анна запихнула в рот последний кусочек оранжевого фрукта и велела сама себе:
- А теперь - спать.
Эйр не спорил. Но в комнату вошел вместе с ней.
- Эй! Это моя спальня! - в который раз возмутилась Анна.
- Ваша, - согласился мужчина.
Он ловко расправил простыню, взбил подушки и откинул одеяло, приглашая прилечь. Потом опустил жалюзи, поклонился и… вышел. Анна перевела дух, стараясь, чтобы мужчина не услышал. И рискнула:
- Дверь закрой!
Эйр молча задернул штору в дверном проеме. И только. Анна не знала, как воспринимать подобное поведение. То, что Эйр так легко вышел из комнаты, радовало. Но эта история… Инкубы, мир демонов, сделка… То, что проспала весь день, Анну радовало - захватчик вряд ли выдержит без сна. А значит, появлялся шанс.
Лежать без движения оказалось трудно. Отяжелевшие веки поддались дреме, и Анне пришлось до синяка ущипнуть себя за руку. Больно. Зато спать расхотелось.
В коридоре царила тишина. Анна осторожно выбралась из-под одеяла и босиком прокралась к двери. Сквозь щели пробивался свет - горело маленькое бра на стене. Свою квартиру Анна знала отлично, темнота была союзником, но в двух крохотных комнатах тяжело затеряться. А этот псих мог и поперек двери лечь.
Мысль оказалась верной. Только Эйр не спал. Он замер, вытянувшись в струнку, словно по стойке «смирно». Увидел Анну, спокойно спросил:
- Что-то случилось?
- Ничего. Пить хочу.
- Я принесу.
Выругавшись про себя, Анна вернулась в спальню. Через несколько минут Эйр возник рядом с кроватью, придвинул стул и поставил на него кувшин с водой:
- Так вам будет удобнее.
Желания поблагодарить не было. Анна отвернулась к стене, слушая удаляющиеся шаги.
Позже она попыталась еще раз. Эйр, словно статуя, стоял на том же месте, и тенью последовал за ней.
- Надеюсь, в туалет следом не пойдешь?
Он пожал плечами, останавливаясь перед закрытой дверью.
Утро выдалось тяжелым. Анна проснулась от назойливого треньканья телефона. Специально поставила противную мелодию, чтобы легче проснуться. Хорошо, что уже пора - ночью мучили кошмары.
Но, открыв глаза, она поняла: ужас не приснился. Эйр стоял рядом с кроватью, протягивая вопящий телефон:
- Наири, мы же вчера обо всем договорились!
- Разумеется. А теперь выйди, пожалуйста. Я все еще стесняюсь.
Эйр, поняв, что она не отступится, отправился в кухню. Пока Анна принимала душ, успел приготовить легкий завтрак и сварить кофе. Но, едва Анна отодвинула опустевшую тарелку, снова вернулся к разговору:
- Вам незачем куда-то идти. Я сделаю все, что Наири пожелает - куплю, принесу, приготовлю. - Похоже мысль, что божество может работать, приводила его в ужас, бедолага чуть не плакал. - Пожалуйста, останьтесь дома.
Анну насторожило это "пожалуйста", и она осторожно, как грибник, идущий по болоту, попыталась прощупать почву:
- Именно вчера я сказала, что мне осталось всего две смены. И их нельзя прогулять - я врач "Скорой помощи". Знаешь, сколько людей ждут моей помощи?
Неожиданно это подействовало. Эйр с легким поклоном отступил, уходя с дороги.
Анна заполировала еду горстью таблеток и пошла переодеваться.
Эйр ждал у порога. Удобные рабочие туфли аккуратно стояли у банкетки в коридоре. Как только Анна присела, Эйр опустился на колени и ловко переобул её.
- Что ты делаешь? Снова играешь в соблазнителя?
Он удивленно посмотрел снизу вверх:
- Нет. Просто выполняю свои обязанности.
- Я думала, рораги телохранители, а не горничные… - хмыкнула Анна. - Все, опаздываю.
Она подхватила сумку и сбежала по лестнице. Что ответил Эйр, уже не слышала.
Смена началась обычно. Первый вызов - мужчина с головной болью. Бригада порадовалась - хорошая примета. Удача решила улыбаться дальше - даже лифт работал!
Фельдшер улыбалась:
- Люблю с вами ездить. Легко.
- Не сглазь, Мария! - Анна шутливо погрозила пальцем и забралась в машину.
- Анна Сергеевна, - Маша открыла окошко между салоном и кабиной. - А почему вы врачом стали?
- Интересно было, как человеческий организм устроен, - тут Анна вспомнила Эйра и вздохнула. - Но, кажется, не ту специализацию выбрала.
- Что?
- На психиатра надо было учиться, а не на терапевта, - Анна потянулась к рации. - Семьдесят вторая - свободна.
Трубка ожила. Анна быстро записывала вызов. Мужчина. Травма головы. Пострадавший находился в "зеленой зоне", небольшом лесном массиве, разделяющем районы города.
- Далеко, - водитель повернул ключ в замке зажигания. - Есть какие приметы?
- Говорят, нас встретят.
Взвыла сирена, замигали красно-синие огни - травма головы считалась серьезным поводом для спешки.
В парке, больше напоминающем лес, покружили по дорожкам, пока не увидели встречающего. Мужчина стоял на обочине и махал руками. Он заскочил в салон и взволнованно затараторил о друге, который упал и ударился головой.
- Тише! - Анна привычно взяла ситуацию под контроль. - Куда ехать?
Мужчина угомонился и указал направление.
Водитель пытался удержать машину в колее грунтовки.
- Ну, вы и забрались. Спортсмены, что ли? Или отдыхали?
- Бегали по пересеченке, - сопровождающий кивнул, не отводя напряженного взгляда от дороги. За очередным поворотом, на обочине, лежал пострадавший. Рядом, пытаясь остановить текущую из разбитого виска кровь, суетился его друг.
Анна Сергеевна наклонилась над раненым. Фельдшер раскрыла укладку, вытащила перекись и стерильные салфетки.
- Ничего страшного, - Анна обработала рану. - Но пару швов наложить нужно. Поедем в травмпункт?
- Разумеется, - пациент кивнул и с помощью друзей забрался в салон.
- С ним кто-нибудь едет? - фельдшер вопросительно посмотрела на мужчин.
- А обоим можно? - товарищи явно волновались, что им запретят.
Ложиться на носилки раненый отказался, занял место в кресле.
- Голова кружится? - встревожилась фельдшер. - Глаза откройте! И разговаривайте.
- Хорошо, хорошо… - пациент растянул губы в улыбке, показывая влажную белизну клыков, слишком длинных для человека.
Анна не поняла, что случилось. На очередном повороте машину занесло, водитель выругался, пытаясь удержать её в колее, но внутри салона громыхнуло, и сильный удар кинул Анну вперед, сквозь лобовое стекло. Как в замедленной съемке увидела она обрывки ремня безопасности, который, прежде чем лопнуть, раскромсал тело до кости. Боли не было, лишь испуг и недоумение. Край сознания выхватил куски картины: раскуроченная "Газель" с алым крестом на боку, водитель, лежащий чуть в стороне, и груда окровавленных тряпок - фельдшер. А над всем этим сцепились в жуткой схватке чудовища. Крылья, когти, хвосты сплелись в яростный клубок, словно ветер, лед, огонь и вода сошлись в бою. Они не обращали внимания на людей, и Анна попыталась добраться до фельдшера, проверить, жива ли. Но голова закружилась, желудок скрутило, и все его содержимое оказалось на окровавленной земле. А еще через минуту тело словно онемело, и темнота поглотила окружающее.
Шорохи и знакомый шум пробился в сознание. Анна с трудом разлепила веки. Белое поле потолка. Попыталась повернуть голову - шею словно раскаленным прутом пронзили. Скосила глаза и тут же закрыла - окружающие предметы завертелись в дикой пляске. Но Анна успела заметить ровные квадратики белого и противного водянисто-голубого цвета. Кафель. Тело неприятно сковало, и глотать было трудно. Анна еще раз скосила глаза, переждала приступ тошноты и узнала интубационную трубку. Значит, реанимация. В кои-то веки вытянула счастливый билет. Живая. И все же, что случилось? Авария? Вспомнилась окровавленная, истерзанная Мария. Выжила ли? И водитель...
Мысли были утомительными, словно марафонская дистанция. Спать. Не дали - медсестры заметили изменение в показателях приборов и игру глаз. Вокруг забегали люди. Анестезиолог осторожно извлек трубку, вызвав кашель. Но откашляться не получилось, не хватило сил.
Врач, лицо которого скрывалось за голубой маской, задавал какие-то вопросы. Анна только моргала в ответ и хрипела, заходясь кашлем. А так хотелось отвязаться ото всех и спать. Закрыть глаза, отсечь это мельтешение… Но в покое её не оставили. В руки воткнулись иглы, лечебные растворы побежали по венам, разбавляя кровоток.
И только убедившись, что Анна в полном сознании и не собирается снова проваливаться в небытие, ей позволили отдохнуть. Отсутствие информации оказалось тяжелее, чем неподвижность. Поцарапанное трубкой горло болело, мешая даже дышать. А санитаркам и медсестрам болтать было некогда - в реанимации не хватало персонала, уследить бы за всеми. Но они изо всех сил поддерживали больных, то и дело слышалось воркование:
- Вот так, хорошо. Молодец. А теперь укольчик… ручки давай сюда переложим…
Анну это раздражало, она и в детстве не выносила сюсюканья. Но терпела - у всех свои методы.
Горло заживало, и настал день, когда Анна смогла прохрипеть, сама испугавшись сиплым звукам:
- Что с остальными?
Санитарка обрадовалась:
- Ну, вот мы и заговорили. Вот и хорошо! Значит, поправляемся…
- Что…
- Тсс. Тише. Не разговаривайте. А то станет хуже, что я вашему жениху скажу?
- Жен…
Анна растерялась. Слова санитарки подействовали подобно рауш-наркозу. После неудачного замужества Анна избегала серьезных отношений, и при попытке найти ей «вторую половинку» приходила в ярость. Даже с некоторыми подругами разругалась, которые не смогли выносить её одиночество.
После пяти лет полной зависимости от мужа Анне нравился её образ жизни. Свободная, самодостаточная. Не связанная обязательствами… И вдруг - жених!
- Он у вас заботливый. Почти живет под дверью. Все интересуется, может, лекарства какие нужны… Переживает. Ну, ничего, вас скоро в палату переведут, там и увидитесь.
Известие, что она покинет реанимацию, на мгновение заставило забыть о "женихе":
- Когда? А вот врач после обхода скажет. Ну, отдыхайте! - санитарка подошла к следующему больному.
Решение о переводе в общее отделение травматологии обрадовало. Но одноместная палата с телевизором, холодильником, ортопедической кроватью и отдельным санузлом удивила:
- У меня денег таких нет! - Анна пыталась протестовать, понимая, что подобная роскошь сожрет все её сбережения.
- Все оплачено уже.
Устроив VIP - пациентку, медсестра и санитарка ушли.
Анна огляделась. Палата маленькая, но комфортная. Стены приятного персикового цвета. Белые жалюзи. На стене у изголовья - кнопка экстренного вызова.
Оставалось только гадать, кто такой заботливый. Не тот же сумасшедший?
Дверь слегка приоткрылась. В щель несмело протиснулся мужчина в накинутом на плечи халате.
- Эйр?
- Да, Наири.
Выглядел он плохо. Осунулся, побледнел. Под глубоко запавшими глазами - синяки. Но Анна забыла о жалости:
- Как это понимать?
- Вы о чем? - устало спросил мужчина.
- О палате.
- А что? - Эйр огляделся и решил, что Анна недовольна помещением. - Да, комната маленькая. Но тут есть все необходимое. Просто… более достойных покоев не оказалось.
- Я знаю, какие в этой больнице палаты, практику здесь проходила. Лучше скажи - ты миллионер?
- Так вы о деньгах! - Эйр расслабился. - Не думайте об этом. Ваш комфорт - моя забота.
- С какой стати? Я просила? - кричать Анна не могла, но хрипела так, что Эйр побледнел. - Запомни, ты, псих: я никогда и ни у кого не беру денег! Поэтому иди и скажи там, что в одноместной палате надобности больше нет, меня вполне устроит общая. Понял?
- Наири…
Эйру не понравился подобный настрой, но Анна и не подумала снизить напор:
- И еще. Что ты там про жениха наплел?
Эйр опустил взгляд:
- Простите, Наири. Подобное поведение неприемлемо. Но в больницу не пускают чужаков.
- И правильно делают!
Анне не хотелось выслушивать объяснения даже при том, что Эйр был прав. Она закрыла глаза и притворилась спящей.
Эйр постоял некоторое время, прислушиваясь к её дыханию, осторожно, стараясь не шуметь, переставил стул к двери и уселся верхом, облокотившись на спинку локтями.
Он никак не мог понять, что делает неправильно. Почему не получается убедить простого человека? А может, все дело в том, что она как раз не простая?
Эйр еще раз всмотрелся в лицо.
Суховатая кожа, покрытая мелкими мимическими морщинками. Между бровей залегла глубокая складка, словно даже во сне Анна думала о чем-то горьком.
Короткие волосы разметались по подушке. Эйр долго не дать определение их цвету - на темно-русом фоне то тут, то там виднелись рыжеватые, словно полинявшие пряди. Со стороны Анна казалась пегой. Пушистые, посеченные кончики волос были видны даже с того расстояния, что разделяло женщину и инкуба.
Эйр прикрыл глаза, сосредотачиваясь на ощущениях. Он так и не понял, что произошло - в этом мире, пропитанном праной, его умение соблазнять должно было сшибать с ног как мужчин, так и женщин. Но на Анну оно совсем не действовало. Мало того, он даже желаний её не ощущал! То, что считалось невозможным, превратилось в реальность.
Эйр снова посмотрел на ту, что несла на себе печать Праматери Лилит. Лицо осталось бесстрастным, но душу сдавило ледяными оковами: прямо перед ним спал самый страшный кошмар инкубов.
Анна долго лежала, прислушиваясь к звукам вокруг. Но ничего не происходило, только дыхание мужчины мерно нарушало тишину палаты. Наконец, усталость и сон победили - Анна заснула по-настоящему.
Дни потянулись бесконечной чередой. Эйр так и не договорился о переводе в общую палату. Она ругалась, а он просто отмалчивался. День и ночь он проводил на стуле, в полной неподвижности, оживая, когда санитарки приходили умыть и переодеть Анну. Ей пришлось несколько раз закатить истерику. Сгорая от стыда перед медперсоналом, Анна кричала, ругалась и пыталась швырнуть в мужчину подушкой. Но только сообразив, что такое поведение может замедлить выздоровление, Эйр стал выходить ненадолго.
Монотонность больничного распорядка разбавляли визиты следователей - они пытались понять, что случилось, в какую аварию попала "Скорая". Но Анна почти ничего не помнила:
- Машину тряхнуло, словно взорвалось внутри… И все.
В результате пришли к выводу, что от удара в салоне взорвался плохо закрепленный баллон с кислородом. Фельдшер, находящаяся в эпицентре, погибла, а вот врачу и водителю повезло.
Травмы водителя оказались не очень серьезными, он зашел навестить её перед выпиской. Они долго сидели молча, потом поговорили о чем-то незначительном и расстались. Ни он, ни она не смогли заговорить на болезненную тему. А Анна еще и боялась проболтаться о результате бреда - чудовищах, что вырвались из искореженного нутра машины.
В итоге она окончательно решила, что в отпуске займется своим здоровьем. После пережитого потрясения нужен отдых, пахота сутки через сутки выматывает. Аж до галлюцинаций.
Бинты постепенно снимали, вскоре остался только корсет, поддерживающий шею. И врач сообщил, что переводит Анну на амбулаторное лечение. Впереди маячил длинный больничный, а после - неиспользованный отпуск. Времени отоспаться и подлечить нервы вполне хватало.
Забирал Анну Эйр. За эти дни она перестала его бояться. Фантазии на тему мира инкубов стали казаться милой выдумкой по сравнению с тем, что привиделось ей самой. Но все же Анна понимала - обострение психического заболевания может привести к катастрофе.
- Эйр? - глядя, как мужчина ловко складывает её вещи в спортивную сумку, Эра решилась.
- Да, Наири? - он тут же оставил свое занятие и подошел к кровати.
- Эйр, ты… извини, но ты не мог бы поговорить с одним моим знакомым врачом.
- Что-то случилось? Вам хуже? - он встревожился. Рука метнулась к кнопке экстренного вызова.
Анна перехватила его за запястье. Привычно отметила состояние голубых тяжей под кожей - вены хорошие, без изменений. Что на локтевом сгибе, что на запястье... Мысль запнулась - рука казалась слишком изящной для мужчины. Красивой формы пальцы с безупречным маникюром, тонкие, хорошо очерченные мышцы... С него бы скульптуру лепить - пронеслось в голове. И мысли вернулись в нужное русло:
- Нет, Эйр, со мной все хорошо. Просто… - ну как ему сказать? - Ладно, забудь. Давай сперва до дома доберемся.
В машине Анна задумалась. Демоны из посттравматического бреда не давали покоя. Похоже, психиатр нужен не только Эйру. Она достала телефон и набрала номер бывшего однокурсника.
- Привет. Это Аня. Да. Узнал? Нет, извини, не могу. Я по делу звоню. Ты можешь проконсультировать? Ой, ничего страшного, но кое-что беспокоит. Согласна, не телефонный разговор. Хорошо, спасибо. Пока.
Анна нажала кнопку и посмотрела в окно.
- Мы куда едем?
- За город, Наири. Врач сказал, вам нужен отдых.
Анна насторожилась и выругалась про себя: совсем расслабилась. Знает же, что этому типу нельзя доверять. И что с того, что он ведет себя безупречно?
- Я и дома отдохну. Поворачивайте!
Но водитель словно оглох. Машина промчалась по дороге, мимо стройного ряда берез, и повернула направо. В окне замелькали деревенские дома. Разные: сколоченные из фанеры дачи, основательные срубы и роскошные особняки. Наконец, такси миновало шлагбаум въехало в распахнувшиеся ворота большого коттеджа.
Эйр открыл дверь и протянул Анне руку, приглашая выйти. Водитель обошел машину, достал из багажника сумки, сгрузил у крыльца и повернулся к пассажирам. Выражение его лица было странным. Ноздри трепетали, и взгляд карих глаз ловил каждое движение Эйра. Грудь вздымалась, словно мужчина своими руками толкал машину от больницы.
Эйр не обращал на его состояние никакого внимания. Он замер, ожидая, когда подопечная возьмет протянутую ладонь. И Анна сдалась - шансов справиться с двумя мужчинами у неё не было. А если подчиниться, могут и не тронуть. За эти дни она поверила, что Эйр жесткий, а вот жестокости в нем нет.
Анна выставила ногу из салона. Эйр тут же протянул свободную руку к её голове. Анна отшатнулась, и только потом поняла, что так он оберегает её от случайного удара о крышу машины.
- По-твоему, я совсем дура, и без травм выйти не сумею?
- Простите, Наири.
Эйр отступил на шаг и расплатился с водителем. Тот нехотя сел в машину и, не сводя глаз с Эйра, выехал за ворота.
- Странный какой-то.
- Не обращайте внимания, Наири. Прошу!
Жестом Эйр пригласил Анну в дом и, подхватив по пути сумки, пошел следом, приноравливая свой размашистый шаг к её неторопливой походке.
Дорожка из красноватых плит в обрамлении широких листьев ландыша раздваивалась. Одна часть вела к высоким стриженым кустам, вторая - к дому. Эйр ненавязчиво указал на крыльцо. Анна, проклиная себя за глупость, подчинилась. Если в квартире еще можно было кричать, стучать по батарее, вышибить окно, наконец, то в этом одиноком коттедже...
Застекленная дверь открылась. Появилась немолодая женщина в строгом платье и фартуке. Анна чуть не рассмеялась от облегчения и с любопытством посмотрела на предполагаемую союзницу. Короткие волосы аккуратно уложены, на лице - едва заметный макияж. Анна поежилась - типаж «старая дама», блюститель порядка и морали. Но именно пуританский вид заставил Анну поверит, что она в безопасности. Под строгим оком дуэньи Эйр вряд ли позволит себе лишнего.
- Добрый день. Вы совсем приехали, или ненадолго? Обед готовить?
Дама обращалась непосредственно к Эйру. По гостье её взгляд скользнул, как по муравью, заползшему в кухню. И, похоже, только безукоризненное владение собой заставило её удержаться от брезгливой гримасы.
Но Анне было все равно, как к ней относятся. Внутренне она ликовала: в доме есть еще женщины!
Эйр вопросы проигнорировал, обратившись сперва к Анне:
- Это Инна Петровна. Она экономка в этом доме. Если что-то будет нужно, обращайтесь прямо к ней, Наири.
- А она тоже…
- Нет, Инна Петровна - человек, - пояснив очевидную на его взгляд вещь, Эйр повернулся к даме: - Инна Петровна, мы надолго. Комнаты готовы? И будьте добры - позаботьтесь о вкусах госпожи, когда будете подавать обед.
Поджатые губы без слов говорили, что Инна Петровна думает о "госпоже" и её пожеланиях. Но все же снизошла до вопрошающего взгляда.
- Спасибо. Я ничего не хочу. Только отдохнуть.
Эйр встревожился, захлопотал. Завел Анну в дом, оставил сумки в прихожей и тут же прошел на второй этаж:
- Тут три спальни, Наири. Пожалуйста, выберите ту, что вам понравится.
Анна не стала привередничать - зашла в первую же комнату.
- Располагайтесь. Я сейчас принесу вещи. Все, что найдете в шкафах и на полках - тоже ваше.
- Благодарю.
Анна оглядела туалетный столик, заставленный баночками, коробочками и флакончиками. Фирмы разные, но все очень дорогие. У неё никогда не было такой коллекции, она предпочитала количеству - качество, и не всегда оно означало брендовые марки.
В шкафу нашлись банные халаты и несколько домашних платьев. Их простой вид не смог обмануть Анну - качественные, фирменные вещи выглядели подчеркнуто скромно. Ценники, которые Эйр или Инна Петровна забыли срезать, подтвердили правоту.
- Это на первое время, чуть позже я съезжу за покупками, - словно извиняясь, пробормотал Эйр. - Только поясните, что именно вам нужно.
Потом он принес сумки и велел:
- Не разбирайте сами, Инна Петровна все сделает.
Видеть экономку Анне не хотелось, и как только Эйр вышел, она тут же нарушила приказ. Вещи, пусть и простенькие, были родными и любимыми. Синий ситцевый халатик с цветами жасмина по подолу, застиранное, но такое уютное махровое полотенце. Голубая пластиковая мыльница с рисунком гортензии на крышке...
Анна решила сразу разложить все по местам, и направилась в смежную с комнатой ванную. Открыла дверь и застыла на пороге.
Если спальня была элегантной, то здесь царила роскошь.
Все металлические предметы - словно из состаренного серебра, включая радиатор и ручку окна! Круглая ванна джакузи наполовину утоплена в пол, чуть в стороне - сверкающие чистотой стеклянные перегородки душевой кабины. За мозаичной ширмой скромно прятался унитаз.
Под окном изящно выгнула изголовье кушетка. Рядом с ней, аккуратно опираясь на тонкие ножки, звало присесть стул-кресло. Полочки развешены так, что удобно доставать содержимое.
В таком окружении и пластиковая мыльница, и дешёвая зубная щетка, и порошок в простой круглой баночке казались нищенски - убогими. Но это делало их только роднее и дороже. Ставя вещи на сверкающую полочку над раковиной, Анна поклялась убить того, кто решиться выкинуть её имущество из-за несоответствующего вида.
При этом очень хотелось погрузиться в теплую, пузырящуюся воду, смыть с себя запах больницы... Но сил открыть кран и ждать, пока ванна наполнится, не хватало. Поэтому она решила ограничиться душем.
Быстро сходила за махровым халатом и полотенцем, заперла дверь и встала под обжигающие струи. Пар туманной пленкой осел на стекле.
Падающая вода успокаивала. Боль от ушибов отступала, нервное напряжение ослабевало... Ароматная пена из синего пузырька укутала тело, натуральная губка ласкала кожу... Все проблемы вдруг показались такими далекими и несущественными... Они закручивались спиралью, утекая в серебристый слив вместе с мыльной водой. Им на смену приходила приятная легкость...
Грохот сорванной с петель двери вырвал Анну из благостного состояния. Испугавшись, она вскрикнула и отшатнулась, наткнувшись на рычаг. А потом закричала от боли, когда сверху обрушился поток кипятка. Память услужливо подсунула недавнюю аварию. Ужас вынырнул из глубин подсознания, и Анна уже ничего не понимала, когда Эйр распахнул дверцу душа и выхватил её из-под обжигающих струй.
Анна пришла в себя на широкой кровати. Вдруг поняла, что кричит и вырывается из сильных, но осторожных мужских рук. Вспомнила недавнее и замерла. Через несколько мгновений удерживающие её объятия разомкнулись, и Эйр тревожно заглянул ей в глаза:
- Вы в порядке, Наири?
- Что... произошло?
- Ну... - Эйр отстранился и встал, глядя сверху вниз. - Инна Петровна пришла к вам помочь разобрать вещи. Постучала. Вы не ответили, и она позвала меня. Я стучал, честное слово! А потом выбил дверь.
- Вот как... - Анна покосилась на развороченный проем. - А зачем?
- Испугался, что вам стало плохо.
- Ага. Зато теперь несравненно лучше... Ой!
Анна вдруг заметила, что из одежды на ней - только махровое полотенце, которое впитывало влагу, но совершенно не прикрывало тело.
- Может быть, выйдешь?
Эйр слегка поклонился. И опустил взгляд:
- Извините, вам одной оставаться опасно. Следовало нанять служанку.
- Да уйдешь ты, или нет?
В Эйра полетела подушка. Он не отстранился, стойко приняв удар, а вот Анна задохнулась от боли - подобные упражнения давались тяжело.
- Где ваш корсет, Наири?
Эйр принес из ванной корсет и, не обращая внимания на возмущение, сам зафиксировал его. Застегивал аккуратно, стараясь не касаться обожженной кожи.
- Это нельзя так оставлять. Но сперва надо перебраться в другую комнату – в этой беспорядок.
Прежде, чем Анна успела возразить, укутал её в простыню и легко подхватил на руки.
Его лицо оказалось совсем рядом. Четко очерченные губы, красивая Линия подбородка. Кожа казалась гладкой-гладкой, словно её никогда не касалась бритва.
Словно почуяв, что Анна смотрит, Эйр повернул голову так, чтобы полностью открыться её взгляду. Но сам наблюдал только за тем, чтобы не сжать руки сильнее, чем надо, не причинить боль. И не ударить женщину о косяк двери.
Вторая спальня ни в чем не уступала первой. Ортопедический матрас мягко спружинил, когда Анна растянулась сверху.
- Я пришлю Инну Петровну, она принесет лекарства. Надеюсь, без меня справитесь?
- К…конечно, – Анна, морщась от боли, натянула простыню под самый подбородок. - Можешь не беспокоиться.
- Это невозможно. К вечеру я найду вам горничную.
Как ни старался Эйр не смотреть, взгляд то и дело натыкался на красные пятна на бледной коже. И уже в который раз почувствовал, как звереет от бессилия. А тут еще эта недонаири со своими претензиями. Смущает он её, видите ли...
Но, едва мысли скользнули в эту сторону, мужчина оборвал их. Как бы не капризничала Анна, она была в своем праве. Все во благо Наири! А вот он - не справился. Этого вообще не должно было произойти.
И, выйдя из комнаты, Эйр включил телефон.
Анне было все равно, какая причина мешает Эру лечить её лично. Только бы убрался!
Но уже через несколько минут она поняла, что это - не худший вариант. Едва он ушел, раздался стук в дверь и в комнату вплыла Инна Петровна.
В одной руке она держала аптечку, в другой – Анину сумку.
- Хозяин велел передать вам лекарства и оказать помощь.
Анна тут же открыла пластиковый ящик с красным крестом и пришла в ужас. Анальгин, «Нурофен» в сиропе, «Но-шпа» и бактерицидный лейкопластырь. Все. Как можно обойтись без противоожогового или противоаллергического? Но в чужом доме свои порядки наводить не стала. Выпила сироп, в надежде, что боль отступит, и вернула коробку экономке.
Та забрала её с видом королевы, вынужденной принимать подношения всякого сброда. Переставила на стул и принялась раскладывать немудреный Анин скарб по местам. При том так поджимала губы, что Анне стало неловко:
- Я сама…
На что тут же получила ледяной ответ:
- Это входит в мои обязанности. И, пожалуйста, оденьтесь к ужину.
Анна поежилась. Натягивать на обожжённое тело что-то, кроме халата, казалось мазохизмом.
- Я… не буду ужинать. Спасибо.
- Хозяин велел приготовить ужин. Вам лучше спуститься.
- Не хочу!
Терпение Анны лопнуло. Та, кого он почти сочла союзницей, нанесла удар в спину. Этот ушат ледяной воды помог вынырнуть из мира иллюзий, а и Анна подняла бунт. А чтобы спрятать враз заблестевшие глаза, отвернулась, с головой накрывшись простыней.
- Я доложу хозяину о том, что у вас пропал аппетит, - и, уже подойдя к двери, задержалась на мгновение:
- Если собираетесь спать, нужно снять покрывало и лечь, как следует. И одеть белье и ночную рубашку.
Проклиная и Эйра, и экономку, и свое невезение, Анна разобрала кровать. Кожу саднило, но куда болезненнее оказалась рана в душе. В ней клокотала обида и недоумение - на работе Анна находила подход к разным людям. Почему же с Инной Петровной не получается? В надежде, что после отдыха станет лучше соображать, Анна закрыла глаза. Но в дверь постучали: на пороге возникла экономка.
- Хозяин велел подать обед вам в комнату.
Принимая поднос из рук экономки, Анна мысленно добавила в список необходимых лекарств абсорбент. Взгляд на принесенную еду только укрепил во мнении. Но попытки отказаться прервались жестким:
- После больницы нужна здоровая пища. И голодать больным тоже противопоказано!
Анна вздохнула - похоже, в этом доме понятия не имели о том, что полезная еда бывает вкусной. Пододвинула к себе тарелку, вяло перемешала ложкой содержимое.
Настоящий луковый суп готовится с большим количеством сыра, тогда его как-то можно есть. Но тут им даже и не пахло! Зато вареного лука - хоть отбавляй. Уксусное выражение лица Инны Петровны служило плохой приправой. А есть пришлось.
Склизкая, безвкусная масса амебой расползалась на языке, забивалась в горло, вызывая рвотные спазмы. Сжав волю в кулак, Анна съела все. После супа несоленая, пресная курица показалась пищей богов! Благо, кусок оказался небольшим. Ну, а овощное пюре серо-зеленого цвета проглотила, стараясь не смотреть на то, что отправляет в рот.
Все это время Инна Петровна буравила Анну взглядом. Аппетита он не прибавлял, но протест застрял в горле, вместе с пюре.
Как только тарелки опустели, внимание стало чуть менее пристальным. Экономка составила их на поднос и направилась к двери. Её спина при этом выражала крайнее неодобрение.
Побежденная лекарством, боль отступила. От наполненного желудка по телу разливалось тепло. Рвотные позывы ушли, забитые чашкой зеленого чая. Стресс потихоньку отступал, и Анна задремала. Шорох осторожно открываемой двери и тихие шаги заставили её вынырнуть из блаженного состояния, которое наступает на грани сна и яви.
Эйр, стараясь не шуметь, осматривал комнату. Недовольное движение разбуженной Анны заметил сразу:
- Простите, Наири. Я не хотел вас тревожить, но дело срочное.
- Что-то случилось?
- У меня нет инкубов для вашей охраны, а людям я не доверяю. Сам же не могу находиться везде одновременно. И двойников, к сожалению, создавать не умею. Поэтому нужно повесить видеокамеры.
- Камеры? - от возмущения Анна проснулась окончательно. - Ты хочешь поставить камеры в моей спальне?
- Да, Наири. Прошу, не сердитесь. Обещаю - кроме меня никто ничего не увидит.
- Извращенец!
Со злостью кинутая подушка снова достигла цели. Но Анна переоценила силы - боль охватила шею, пробежалась по груди, где еще алели свежие шрамы, ударила в едва сросшиеся ребра.
- Наири!
Эйр не подбежал. Он словно переместился, в секунду оказавшись рядом. Теплые руки обхватили сведенные судорогой плечи, прижали к сильной груди. И только дождавшись, когда боль отступила, Эйр осторожно опустил Анну обратно на подушки.
- Я не извращенец, Наири. Я всего лишь рораг.
- Все. Мне это надоело, Эйр. Я хочу вернуться домой. Немедленно! Дурой я была, что поддалась! Вообще не понимаю, что на меня нашло! Ты, конечно, можешь удерживать меня тут силой, но я найду способ сбежать. Обещаю!
- Наири, успокойтесь. - Эйр взял Анну за руку, отвлекая от истерики. - Я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить вас.
Он сопроводил это обещание легким поцелуем в ладонь. Анну передернуло - показалось, слюнявый язык пробежал по руке, оставляя влажную дорожку. Эйр, словно заметив, тут же выпустил руку. Анна с трудом подавила желание вытереть её о простыню.
После того, как она справилась с волнением, мужчина продолжил:
- Я выполню любое ваше желание. Но вернуть обратно не могу. Пока вы в этом мире, вашим домом будет коттедж. А после...
- В этом мире? В... этом? Ты хочешь сказать, что потом... Что будет потом? Зачем я тебе?
- Я уже говорил вам - мой народ на краю гибели. Мы нуждаемся в новой Наири, и... НАИРИ!
Нервы у Анны сдали окончательно. Она забилась в руках Эйра как пойманная птица - о стекло, в надежде пробить его и вырваться на волю, которая кажется такой близкой! Результат был тем же - пташка разбивается о невидимую преграду, а Анна растревожила раны. Но боль не отрезвила. Женщина кричала и что есть силы колотила кулаками Эйра, а он сжимал её плечи, стараясь оградить от особо резких движений, боясь, что едва зажившие раны откроются, и лечение придется начинать сначала.
И не понимал, что он опять сделал не так. Великая Матерь Лилит! Он был терпелив. Он уговаривал, он призвал весь свой опыт рорага, полученный на службе государю и прошлой жрице.
Эта женщина совсем на неё не походила. И не только внешностью - красоте прошлой Наири завидовали даже некоторые суккубы, что бывало очень редко. Высокая, с мягким, приятным взгляду телом, она одним взглядом заставляла падать ниц и молить о пощаде.
Это же человеческое существо, на взгляд Эйра, совершенно не годилось на роль Великой Жрицы, Воплощения Лилит. Слабая, неуверенная в себе... Даже приказ отдать не может. И... боится мужчин. Этого Эйр совершенно не мог понять. Почему? Ведь никто в целом мире не осмелиться причинить ей вред. Кроме саритов. Но для этого его сюда и прислали - найти и уберечь до заветного часа возвращения.
Истерика захлебнулась вместе с потоком воды, выплеснутой в лицо. Анна закашляла, пытаясь продышаться, а Эйр резко развернулся, отшвыривая подкравшегося сзади врага.
Стакан, ударившись о стену, с радостным "ДЗИНЬ" разлетелся на множество сверкающих в свете мощных ламп кусочков. А Инна Петровна, вскрикнув, осела в углу.
- Это вы? - Эйр мгновенно успокоился, но от Анны не отошел, держась между ней и домработницей. - Что вы делаете?
- Ох... - Инна Петровна с трудом поднялась. - Истерику успокаиваю, конечно. Лучше всего была бы пара хороших пощечин. Но для экзальтированных дам это очень жестоко, поэтому я выбрала более щадящий вариант - воду. Видите? - она указала на отдышавшуюся Анну. - Помогло! И, хотя вы были невежливы, и сильно меня толкнули, думаю, простого извинения хватит.
Царственный взгляд в сторону Эйра оставил того равнодушным. Но Инну Петровну это не смутило. Теперь она повернулась к Анне.
- А вам следовало бы соблюдать приличия. Устроили тут истерику! Я понимаю, вы только что из больницы, пребывание там нервы не укрепляет. Но надо же себя в руках держать! Успокаивающие пить! В конце концов, это грубо по отношению к окружающим. Ладно, я - наемный работник, хотя тоже уважения заслуживаю. Но подумали бы о своем мужчине! Он так много работает, ему отдыхать надо. А вы лишаете его драгоценного сна!
- О ком? - вопрос вырвался одновременно и у опешившей Анны, и у Эйра. - О своем мужчине?
Но Инну Петровну было уже не остановить. Буравя Анну взглядом, она продолжала лекцию:
- Если уж вам повезло найти человека, который заботится о вас, исполняет малейшие прихоти, то вы, как минимум, должны считаться с его потребностями! Сидеть тише воды, а не устраивать ежечасные истерики и не привередничать!
- Инна Петровна! - Эйр обрел дар речи. - Вы правы: вы в этом доме только прислуга. Как и я. Мы оба служили госпоже Анне. Но пришло время с вами расстаться. Соберите вещи и подойдите ко мне за расчетом.
Инну Петровну словно в холодную воду окунули. Она несколько минут хватала ртом воздух, а потом разразилась речью:
- Я прожила в семье владельца этого дома большую часть сознательной жизни! Вы не имеете права меня увольнять!
- Почему же? - Эйр серьезно оглядел пожилую женщину с ног до головы. - Я же не заставляю вас покидать семью, в которой столько лет прослужили. Просто уведомляю, что надобность в ваших услугах прошла. Я снял дом без обременения. Наири, - мужчина повернулся к Анне. - Вы же не против?
Анна не слушала. Она смотрела на Инну Петровну. Куда делся уверенный вид! Сейчас экономка была похожа на обиженного щенка. Казалось, в одночасье рухнул весь её мир. И все же она не сдавалась:
- Вы меня не уволите!
- Почему? - в глазах Эйра полыхнуло черное пламя. Но только на краткий миг. Он тут же взял себя в руки.
- Вы внимательно прочитали договор найма? Там очень недвусмысленно написано, что я должна следить за состоянием дома.
- Так я вам и не препятствую. Только предварительно уведомите о визите.
Инна Петровна сникла. Анна же заволновалась. Водитель, готовый на все, теперь домработница со взглядом влюбленного щенка. А может, те демоны над горящей машиной - не галлюцинация? Анна даже головой помотала, вызвав вспышку боли. Но отогнать опасные мысли было важнее - если поверить в этот бред, то можно окончательно скатиться в безумие.
- Эйр?
- Да, Наири? - он тут же забыл об экономке.
- Мне нужно увидеться с одним человеком.
- Невозможно. Простите.
Анна вздохнула. Похоже, все внешние контакты под запретом. Но ведь Эйр был не против её лечения!
- Это врач. Мне просто необходимо с ним проконсультироваться.
- Вам нехорошо?
Эйр встревожился. Вытолкал из комнаты Инну Петровну, велев немедленно собирать вещи, перенес Анну в кресло и быстро перестелил постель, сменив мокрое белье.
- Ты снова напоминаешь служанку, а не телохранителя.
- Неважно, Наири. Рораг обязан обеспечить не только безопасность, но и комфорт господина.
- Комфорт... В том числе, и моральный? - Анна решила сыграть по правилам Эйра.
- Да, Наири. Вам неуютно?
- Больно. Нет, это не раны, успокойся! Много лет назад я тяжело болела и, боюсь, вылечилась не до конца. Иногда мне нужны консультации моего врача.
Эйр задумался.
- Давайте поговорим о лечении вашей души завтра? Сегодня отдохните. И ни о чем не беспокойтесь - я тут, сразу за дверью.
Анна с трудом сдержалась. Постоянный надзор бесил, и она на самом деле стала бояться возвращения болезни, из которой выкарабкивалась долго и тяжело.
Эйр убедился, что Анна удобно устроена на широченной кровати, настроил кондиционер, поклонился и вышел.
Обиженная Анна закуталась в одеяло и принялась себя жалеть. Захотелось поплакать. Но долго реветь она не умела, ослабленный болезнью организм взбунтовался и Анна заснула.
Разбудили её вкусные запахи. На столике возле кровати стоял поднос, заставленный тарелками. Анна потянулась проверить содержимое.
Большой кусок мяса со специями. Зажаренные в кляре овощи. Непонятные комочки с торчащими хвостиками креветок. Салат. Из чего - на вид определить не удалось, слишком тонко оказались порезаны ингредиенты. Но - вкусный. После садистского обеда Инны Петровны ужин казался даром богов!
Эйр услышал движения за дверью. И вошел без стука. Анну и раньше это задевало, но именно сейчас, расслабившись, он не успела натянуть на себя простыню. И зло поинтересовалась:
- Ты стучаться умеешь?
- Простите?
Недоуменный взгляд тюремщика вывел из себя окончательно:
- Говорю, правила приличия соблюдать не намерен? Прежде, чем войти в спальню к женщине, нужно спросить разрешение. Или хотя бы постучаться!
- Зачем, Наири? Глупо стесняться собственной тени.
Анна посмотрела на темные силуэты, рожденные на стене лампой, и подытожила:
- Не похож.
- Рораг и означает - Тень. Не обращайте на меня внимания, занимайтесь своими делами, - Эйр отступил к двери, но не вышел.
Анна вздохнула. Вот как "заниматься своими делами" он не позволял. Но здравый смысл подсказывал, что ей очень повезло, что вспышка гнева осталась без ответа. И перевела разговор в безопасное русло.
- Спасибо за ужин. Кто готовил? Инна Петровна?
- Нет. Эта женщина больше вас не потревожит. Это мой недосмотр - я не учел своего влияния на людей. Слишком редко бываю в вашем мире.
Снова "ваш мир". Но поведение экономки и водителя...
- С Инной Петровной понятно. А... водитель? Он странно себя вел...
- Он тоже. Хотя я ничего не делал. Мужчины мне безразличны. Как и женщины.
Эйр говорил совершенно спокойно, даже равнодушно.
- Да, я помню - королевские телохранители не влюбляются...
- Любовь отвлекает от исполнения долга. Хотя бывают и исключения. Но рораг, нарушая табу, совершает непростительный грех. Мы принадлежим только Королю и Наири.
- А... королеве?
- Зависит от того, мужчина или женщина сидит на троне. Супруг правителя безгранично пользуется нашей преданностью. Но, кажется, я вас утомил. Отдыхайте.
- Да сколько же отдыхать можно? Я проспала, наверное, сутки. Который час?
- Около полуночи. Время ночного сна. Сладких вам сновидений.
И Эйр вышел.
Анна тут же сползла с кровати и последовала за ним. Чуть-чуть приоткрыла дверь, чтобы увидеть, как её тюремщик устраивается в кресле напротив спальни. Судя по всему, просидеть там он мог долго.
Накатила волна паники. Обычно так начинала свое наступление депрессия. Анна сжала кулаки. Она не позволит болезни взять верх! И если для этого придется заставлять себя что-то делать, веселиться, смеяться, да - пусть так! А для начала попробует сбежать. Даже если не получится - терять нечего. Жизнь в удушающем коконе вечной апатии - все равно, что умереть.
Анна хотела накинуть любимый халатик, мягкий, комфортный для обожженного тела, но он остался в первой спальне. А напяливать на себя махровый в такую жару желания не возникало. Поэтому она завернулась в простыню, как в римскую тогу, и с ногами забралась на кровать. Устроилась так, чтобы ничто не беспокоило раны и ожоги, и подвела итог.
Собак в коттедже Анна не заметила, Инну Петровну выставили... В большом доме находились только двое. А перед окном - она хорошо помнила - днем маячили ветки большой яблони. В детстве Анна неплохо лазила по деревьям. Правда, это было давно...
- Ну, мне бы только не сверзиться, а там видно будет.
С этими словами Анна подошла к окну и распахнула плотные бежевые занавески. Увы! Эйр предусмотрел все - снаружи стекла прикрывали металлические жалюзи. На ночь их опустили. В целях безопасности, или опасаясь побега?
- План не удался, - подытожила пленница. - Ну, с утра попробуем снова.
Изо всех сил отгоняя апатию, Анна, только ради того, чтобы что-то делать, сходила в душ, где проторчала почти час, не обращая внимания на отлепившиеся от долгого купания повязки. Потом попыталась поменять их. Самостоятельно не получилось. Поэтому, осторожно промокнув раны чистым полотенцем, Анна снова завернулась в простыню. Боль не позволила вытереться как следует, и ткань тут же прилипла к влажному телу.
- Эйр? - выглянула Анна в коридор.
Сторож среагировал мгновенно - вскочил, вытянулся, и только по моргающим глазам Анна поняла - враг спал! Вот дура - упустила такой шанс!
- Разбудила? Извини. Надо повязки сменить, промокли в душе.
Эйр двигался легко и стремительно. И соображал быстро. Анна даже позавидовала этой способности. Самой ей, чтобы проснуться, приходилось ставить будильник на повтор. Первый звонок - за полчаса до подъема, потом - каждые десять минут. Желание "подремать еще чуточку" перевешивало всегда, сколько она себя помнила.
Аптечка, которую принес Эйр, оказалась куда богаче той, что демонстрировала Инна Петровна. Но копаться в ней мужчина не позволил. Заставил вернуться в комнату, сам наложил мазь и повязки.
- Где ты научился так перевязки делать? - Анна повела плечом, убеждаясь, что бинты лежат удобно и крепко. - Профессионально.
- В бою нет врачей под боком. А я - солдат, обязан позаботиться и о себе, и о господине.
Говорил он спокойно, но руки ни на мгновение не останавливались - помог Анне лечь. Потом методично убрал в коробку лекарства.
- Вам что-то еще нужно?
- Я очень хочу чаю.
Эйр кивнул и, прихватив аптечку, вышел.
Анна задумчиво смотрела на закрывшуюся дверь. Она прекрасно понимала, что не красавица. Но уж в чем, а в фигуре своей она уверена была. Работа на "Скорой" неплохо заменяла фитнесс, за сутки приходилось бесчисленное количество раз пробегать подъезды сверху-донизу - лифты часто ломались. Иногда нужно было помочь фельдшеру - тащить двенадцатикилограммовый ящик в одиночку тяжело. Периодически пропускались обеды-ужины... Ну, а для поддержания тонуса Анна дважды в неделю посещала бассейн. Взрезать спокойную воду дорожки, преодолеть сопротивление, промчаться из конца в конец, а потом обратно - подобное наслаждение давала только верховая езда. Но после тяжелого падения, и полугода, проведенного на вытяжке, Анна к лошадям относилась прохладно. К счастью, в современном мире легко было избежать этих животных.
Анна повернулась к зеркалу спиной, спустила с плеч край простыни, оглянулась и порадовалась хорошему травматологу - все могло оказаться хуже. А так - бледная линия от плеча до бедра. Главное - не загорать слишком сильно. Хотя и это не важно. Из-за уродливого родимого пятна Анне всю жизнь приходилось носить закрывающую спину одежду. Даже обычные сарафаны оставались мечтой.
Она вспомнила, как назвал эту отметину Эйр. "Нимфа цикады"? И Анна внимательнее вгляделась в темно-коричневую кляксу. Ни цикад, ни тем более, их нимф она в жизни не видела, но, на её взгляд, ничего общего между пятном и насекомым не было.
Складки ткани расслабились и сползли ниже, открывая ягодицы и бедра. Почти идеальная форма скрипки. И при этом Эйр остался безразличен! В свою способность воспламенять мужчин взглядом Анна не верила. К тому же, до этого он недвусмысленно пытался её зажечь, завести... Теперь же... А еще инкубом себя называет! Она еще раз окинула взглядом фигуру и озорно подмигнула своему отражению. Не повелся - тем лучше! Похотливых самцов сейчас только и не хватает!
Немного успокоенная отсутствием реакции от похитителя, Анна заснула.

Опубликовано: 21.04.2016

ЗАЖГИ ЗВЕЗДУ!

Зажги звезду (уже зажгли 67 человек)
Загрузка...

 

« предыдущаяследующая »

На плюшки музам и на хостинг сайту:
(указывайте свой емайл!)


Яндекс.Деньгами
Банковской картой

Не будь жабой! Покорми музу автора комментарием!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Чтобы вставить цитату с этой страницы,
выделите её и нажмите на эту строку.

*